Профиль клинка, стр. 1

Сергей Митин

ПРОФИЛЬ КЛИНКА

Говоря о продольном профиле клинка, мы рассматриваему как правило, форму его острия. Именно в передней (ближе к острию) части разница между разными типами профиля становится наиболее заметна, практически сходя на нет у пятки клинка. Быть может, именно поэтому в англоязычной литературе типы продольного профиля клинка подразделяют именно по форме его передней части — перу и острию (по-английски — point).

Владея несколькими языками, я всегда испытываю немалые затруднения с переводом некоторых терминов. Названия профилей клинка не составляют исключения. В глубинах богатого русского языка есть термины, или, по крайней мере, их прообразы, определяющие все известные типы профиля клинков. Но слова, переходя из одного языка в другой, часто меняют свое значение, иногда на практически противоположное. Солидно звучащее слово «симпозиум», например, происходит древнегреческого симпосион, что в античные времена означало эдакий «мальчишник» с вином и нагими танцовщицами. Но кто это теперь помнит? Во всем мире сейчас пользуются англоязычными названиями, не будем исключением и мы.

За базовый, основной, профиль клинка я предлагаю принять изображенный на рис. 1. Думаю, что его родителями были Технология, довольно примитивная в те времена, и Здравый Смысл, который сохраняет свои позиции по сегодняшний день. Изготовить такой нож проще всего, даже имея лишь оборудование средневековой деревенской кузницы. А делать им можно буквально все, что можно и нужно делать ножом. В нашем распоряжении прямая часть лезвия, которой можно строгать.

Выпуклым «брюшком» очень удобно резать «с потягом», концентрируя режущее усилие на ограниченном отрезке лезвия и, тем самым, увеличивая эффективность реза. А самое острие пригодится, чтобы что-то проколоть, пробить, или вырезать отверстие, например, в шкуре. Все под рукой. А приходится защищаться от хулигана — ну, что же, острием, находящимся на линии направления удара, можно довольно точно нанести колющий удар (это по-научному) или, проще говоря, пырнуть. А выгнутой передней частью лезвия можно полоснуть противника режущим ударом, эффективно прорезая даже толстую зимнюю одежду, кожу, крупные кровеносные сосуды и сухожилия. Простота и функциональность! Чего же удивляться, что такие клинки встречаются у старинных ножей во всем мире, где только вообще пользовались стальными клинками, от Скандинавии до Японии. Его и до сих пор используют ( фото 2), но все реже и реже. Почему? Да просто потому, что стремление улучшить то, что и так хорошо работает, видно, заложено в самые основы человеческой натуры.

Думаю, что именно желание повысить эффективность режущих ударов за счет сильного, более выразительного изгиба лезвия привело к модификации исходной формы клинка в направлении поднятия острия над линией обушка ( рис. 3). На английском такой тип профиля клинка, как правило, называется upswept point, а говоря по-русски — задранное острие. Иногда встречается название persian, предполагающее, что историческим прообразом таких клинков были древние персидские боевые ножи. Если поднимем острие над обушком, то при равной длине клинка длина лезвия увеличивается с увеличением крутизны его изгиба. Значит, таким ножом можно полоснуть противника более эффективно при меньшим усилии, что может иметь решающее значение в бою. Особенно, используя технику боя, основанную на непрерывных движениях вооруженной руки, нанесении режущих ударов без остановки и возвратном движении руки в исходное положение. Только прошу все мои рассуждения о различных техниках ножевого боя принимать с холодной головой и изрядной долей здорового скептицизма. Просто в течение многих веков нож оставался серьезным оружием, и это не могло не влиять на его эволюцию. По большому секрету скажу, что мне лично использовать нож в качестве оружия пришлось только дважды в жизни. И то один раз дело ограничилось тем, что я вынул нож, а во втором случае даже и вынимать не пришлось, для убеждения противников, что они не правы, хватило движения руки к карману с ножом. Правда, как потом оценил мой знакомый специалист прикладного рукоприкладства и художественного кровопускания — движения очень точного и уверенного, профессионального, можно сказать. Тем не менее, во всем, что касается ножевой драки лучше советоваться со специалистами именно по этим вопросам.

Но все в этом мире имеет свою оборотную сторону. Поднимая острие над линией обушка и сильно выгибая лезвие, мы в значительной мере теряем контроль над острием и заметно уменьшаем точность и эффективность нанесения таким клинком колющих ударов. Думаю, что изначально такой тип профиля клинка появился именно в ноже-оружии, а не в ноже-инструменте. Дело в том, что работать острием такого ножа тоже не слишком удобно, именно потому, что оно значительно хуже контролируется, чем при основном, исходном профиле клинка с острием на линии обушка ( фото 4).

Единственное исключение, которое приходит мне в голову, это нож-шкуродер. Сильно выгнутая дуга лезвия помогает эффективно и точно подрезать жир, сосуды и сухожилия при ошкуривании туши охотничьей добычи. А загнутая вниз в направлении лезвия линия обушка помогает несколько притупить острие, сделать его менее агрессивным, уменьшая риск пробить им шкуру при работе ( рис. 5 и фото 6).

Плодом совершенно противоположенного направления развития техники ножевого боя, основанной на нанесении проникающих, колющих ударов, можно считать клинок обоюдоострого кинжала ( фото 7). В литературе англоязычной такой профиль клинка называется dagger point, так как dagger по-английски — это именно кинжал. Узкий обоюдоострый клинок обладает исключительной проникающей способностью, и пырять таким — одно удовольствие. А вот режет он плохонько, именно потому, что спуск, выведенный только на половине ширины и без того узкого клинка, образует, согласно законам геометрии, толстое, малоэффективное при резании лезвие. Слышал я такие утверждения, что обоюдоострым лезвием можно наносить режущие удары в обоих направлениях без оборота кисти руки, чем, якобы, увеличивается боевая эффективность клинка. Наносить-то можно, только толку от такого удара! Выведенное тупым клином лезвие, к тому же практически лишенное изгиба, потеряет практически всю свою силу в одежде противника, а нанесенная рана будет больше похожа на царапину, которую в горячке боя можно даже не заметить. Поэтому даже для боя как такового кинжал был и остается так себе пригодным. В средне вековой Европе такой кинжал назывался мизерикордией, что в переводе с латыни ближе всего соответствует «кинжалу милосердия». Применялся он для добивания поверженных, раненых противников, пробивая панцирь в местах сочленений, например, между наплечником и нагрудником. Во времена Ренессанса в уменьшенном варианте использовался для тихого и, по возможности, гуманного (чего зря мучить!) закалывания политических противников и надоевших любовников. А во время Второй мировой войны английские и американские специалисты-разведчики предлагали вооружить узкими обоюдоострыми клинками диверсантов, чтобы не слишком мучить умерщвляемых во сне вражеских часовых.

Вот только беда — кроме гуманного закалывания ничего другого делать таким клинком практически невозможно. Даже действующему в тылу врага диверсанту, а уж мирному пользователю и подавно ( фото 8). Быть может, именно из-за неприспособленности к использованию в мирных целях (примерно, как забивать гвозди пистолетом) ношение обоюдоострых клинков запрещено во многих цивилизованных странах, например, в Германии, Италии, Франции, большинстве штатов США.

×