Билл, герой Галактики, на планете десяти тысяч баров, стр. 1

Гарри Гаррисон

Билл, Герой Галактики, на планете десяти тысяч баров

Глава 1

На плакате, висевшем в приёмной Галактического бюро расследований, красовался двухметровый ящер; из его слюнявой, клыкастой пасти торчала человеческая рука. Это был на редкость отвратительный чинджер с острыми серповидными когтями. На его чешуе играли зловещие блики. Жуткие глаза чудовища горели адским пламенем, на зелёную грудь стекала слюна, перемешанная с человеческой кровью, и капала на лапы, меж которыми торчал жёлто-зелёный хвост с серебряными прожилками. Страшное, гипнотическое зло сияло в фасеточных глазах ящера. Казалось, он сошёл со страниц садомазокомиксов AC/DC [AC/DC — переменный/постоянный ток, название популярной рок-группы.] — так, во всяком случае, показалось сержанту Биллу с Фигеринадона-2. Сам Билл предпочитал комиксы Фурвилла.

УБЕЙ ЧИНДЖЕРА ВО СЛАВУ КРИШНЫ! — кричали сияющие переливчатым светом трёхмерные буквы, что сильно смахивало на вывеску парикмахерской.

Билл задумчиво глазел на плакат, выковыривая из зубов остатки утренней чашки студня, которую ему выдавил кухонный автомат.

— Сильная вещь, правда? — подал голос сидящий за столом человек. Его имя горело на сверкающей голотабличке: ГЕРВИЛ СКИММИЛКВЕТОСТ. — Это новый образец, полученный из Императорского отдела оперативной информации.

Парень был типичным плутоватым клерком: низеньким, глупым и нерасторопным. Врождённые дефекты: зелёная кожа, шишки, заострённые зубы и всё такое — делали его похожим на крокодила. В Галактике много мутантов, и они будут появляться до тех пор, пока существуют радиация, плохая генетическая наследственность и генные мутации плюс право продюсеров из Голливуда на их неограниченное воспроизводство. И это было нормально: ведь кто-то должен служить в Галактической канцелярии; все дееспособные организмы рекрутировались в армию и там выполняли свой долг перед Императором.

Мутанты неплохо управлялись с компьютерами и даже ухитрялись не замызгать соплями терминал, поскольку за их косыми глазами всё же были какие-то мозги. Клерки из них получались вполне сносные.

— Говорят, они снимали настоящего чинджера. И рука настоящая. Скандал даже вышел, когда он сожрал руку и её не смогли вернуть тому парню, который одолжил её для съёмки, — но вышло классно. Чинджерам доверять нельзя, их нужно гандошить.., я хотел сказать — уничтожать...

Он вынул из ноздри когтистый палец, с огорчением осмотрел его и опять сунул в нос, намереваясь копнуть поглубже.

— Хм-м-м. А что я хотел сказать?

Насколько Билл заметил, у этого субчика только одно было в порядке. Он перегнулся через стол и улыбнулся самой обольстительной улыбкой галактического солдата.

— А ножки у тебя ничего, зеленыш, — пропел Билл.

— Что? — Клерк перестал ковырять в носу и, растерянно моргая, подался вперёд.

— Ножки, говорю, красивые. Точнее, должны быть, если снять ботинки. Можно взглянуть?

— Но.., мистер солдат...

— Зови меня просто Билл, дружок. Рядовой Билл. Билл с трудом удержался, чтобы не применить к парню любовный захват за шею типа «сержант-новобранец». Всё-таки здесь не учебка. Это была любимая забава Билла — странная, даже извращённая тяга к «пожиманию ножек».

— Рядовой Билл, я правильно вас понял? Вы что, хотите посмотреть на мою ногу?

— Точно. Я торчу от ножек. Такая «ножная» болезнь. Один лепила сказал, что это педофилия. У меня самого с ногами не всё в порядке. Когда начинает чесаться мизинец, ничего с собой поделать не могу. О-о-ох!

Без лишних разговоров Билл задрал ногу, шлёпнул голой ступнёй по столу клерка-крокодила и принялся энергично чесать мизинец. Ах, что за нога: двенадцать пальцев, ногти золотые, а кожа — в нарядную клеточку.

У парня глаза полезли на лоб, челюсть отвисла — он захлопнул рот, эффектно щёлкнув зубами.

— Е-моё! Вот так нога. Разрешите спросить — как это случилось?

— Тебе расскажу. На планете Венерия я совершенно случайно отстрелил свою родную ступню — вот что случилось. — Жалея себя, Билл даже носом шмыгнул. — Знаешь, такое трудно пережить.

— Но.., но.., разрешите спросить, — у парня в голосе появились жалобные нотки, — зачем?

— Очень просто. Это был единственный способ сорваться с той планеты. Запасных ног не оказалось, и меня пришлось эвакуировать. В конце концов ногу мне пришили и снова отправили на войну. Но уже на другую планету.

— Вот эту ногу? — ужаснулся Герв.

— Да нет, другую, идиот. У меня было столько ног — я мог быть ростом в километр. У меня было столько ног, что я чувствую себя ходячей ортопедической лабораторией. У меня было столько ног...

Парень выглядел испуганным и зачарованным одновременно.

— Ох, я понял, — глупо хихикнул он. — Я слышал, что солдаты по многу лет проводят в своих дредноутах без женской компании. Тут что угодно может случиться — и случается. Вот почему вас так на ножки тянет.

Билл с грозной миной навис над столом.

— Поосторожней, мля. Ты хочешь сказать, что я извращенец?

— Нет-нет, рядовой Билл, — отпрянув, заныл клерк: он заметил, как бицепсы и трицепсы вздулись на теле Билла, словно скафандр. — Я, видите ли, не привык показывать нашим посетителям ноги.

Парень примиряюще улыбнулся, но Билл упрямо тянулся к его шее.

Но тут закудахтал селектор:

— Скиммилкветост! Это вызванный солдат там с ума сходит?!

— Да, сэр, — ответил Герв, испуганно глядя на Билла.

— Ну только одним глазком, а? Слово даю, даже пальцем не трону!

— Чем вы там занимаетесь? В «доктора» играете? Пусть этот сфинктор рваный ко мне идёт!

Селектор обрубился с громким щелчком.

— Ну покажи, будь другом, — уговаривал Билл. — Я денежку тебе дам. У меня есть любовные ягоды с Бетельгейзе, очень сочные. Бери, они твои. Ну прошу тебя...

— Нет. Ничего мне не надо. Если уж ты так хочешь, смотри и проваливай отсюда, пока меня не вышибли со службы.

Клерк скинул ботинок, стянул носок. И поднял бледно-зелёную ступню так, чтоб Билл смог рассмотреть.

Билл вздохнул.

Это была самая прекрасная нога из всех, что ему довелось увидеть.

Само совершенство, от прекрасной пятки до восхитительных кончиков розовых ногтей. Она не уступала великим творениям Микеланджело или Рафаэля. Жаль только, что зелёная. Биллову ногу было даже не с руки (точнее, не с ноги) сравнивать.

— Прелесть, что за нога, — умилился Билл. — Спасибо.

— А что у тебя со второй ногой? Она тоже какая-нибудь особенная?

Билл тряхнул головой.

— Совсем плоская. Все пальцы переломаны. Шишки да мозоли. Обычная солдатская нога. Вот тебе есть чем гордиться. Береги ногу, друг. — Он смахнул слезу. — Ладно, пойду гляну, чего там этот чурбан хочет.

Билл расправил плечи и пошёл в кабинет Дж. Эдгара Инсуфледора, заместителя директора ГБР по борьбе с чинджерами и отражению колунистической угрозы.

А когда вошёл, то оказался под прицелом лазерной пушки Ховитцера, тип одна тысяча второй. Орудие было установлено на клёпаном стальном столе заместителя директора.

— Стоять! А то разнесу!

Билл остановился и быстро поднял руки, показывая, что он сдаётся, оружия не имеет и вообще желает в туалет.

— Это я. Рядовой Билл. Верный солдат Империи. Прибыл по вашему приказанию, сэр!

— А ты, случаем, не чинджер-шпион? — прорычал в ответ голос.

Билл заметил ёжик седых волос над орудийным столом.

— Никак нет, сэр. Неужели я ростом два двадцать и весь зелёный, сэр?

Билл из богатого личного опыта знал, что рост среднего чинджера далеко не два двадцать, а только двадцать сантиметров, да и то с хвостом. Правда, эти обитатели миров с высокой гравитацией были очень сильными, опасными и безжалостными убийцами, да к тому же ещё и пучеглазыми. Но Билл благоразумно решил играть по правилам Интергалактической пропаганды, тем более что перед ним был один из создателей этой чепухи.

×