Страна, желанная сердцу, стр. 1

Уильям Батлер Йейтс

Страна, желанная сердцу

****

О Роза, ты гибнешь.

Уильям Блейк

Действующие лица:

МАРТИН БРУИН

БРИДЖЕТ БРУИН

ШОН БРУИН

МЭРИ БРУИН

Отец ХАРТ

ДЕВОЧКА – ФЕЯ

Действие происходит в баронстве Килмакоуен, графство Слайго, во времена отдаленные.

СЦЕНА: Комната с земляным очагом в центре и с глубоким альковом справа. В алькове стоят стол и скамьи; на стене висит распятие. По стенам алькова скользят отсветы огней очага. В левой стене комнаты имеется дверь, она открыта; рядом с дверью скамья. Через дверь можно увидеть лес. Стоит ночь, но свет луны или позднего заката мерцает меж деревьев, уводя взор в просторы смутного, таинственного Мира.

МАРТИН, ШОН и БРИДЖЕТ БРУИН сидят в алькове за столом или в комнате у очага. На них одежды неких старинных времен. Рядом с ними сидит старый священник, Отец ХАРТ; он может быть в монашеской рясе. На столе – блюда и напитки. МЭРИ БРУИН стоит у открытой двери, читая книгу. Подняв голову, она могла бы увидеть далекий лес.

БРИДЖЕТ:

Раз я велела мыть горшки к обеду,

Она достала книгу из соломы,

И до сих пор ее читает, горбясь.

Роптанье, жалобы нас оглушили б сразу,

Придись трудиться ей, как прочим, отче Харт -

Как мне, вставать с зарей, чинить и подметать,

Или, как вам, скакать в ночи по лесу

Гудящему, с Дарами под рукой.

ШОН:

Мать, ты сурова слишком.

БРИДЖЕТ:

Ты, на ней женившись,

Страшишься огорчить и вечно потакаешь.

МАРТИН (склонившись к Отцу ХАРТУ):

Вот истина: быть должно юным вместе.

Она перечит иногда моей жене,

И старой книжкой слишком увлеклась,

Но не браните строго; вырастет она

Спокойной, словно бы туман в лесу,

Когда луна замужества родится и умрет

Раз шесть.

Отец ХАРТ:

У юных вольные сердца,

Как птиц сердца; но дети все изменят.

БРИДЖЕТ:

Не чинит чайник, подоить коров не хочет,

Нож не положит, не расстелет скатерть.

ШОН:

Но, мама, если мы…

МАРТИН:

Вина не хватит, Шон,

Иди, неси нам лучшую бутыль.

Отец ХАРТ:

Читающей я прежде не видал ее;

Что в книге?

МАРТИН:

Почему ты медлишь, сын?

Бутылку не тряси, вытаскивая пробку -

Вино отменное, так действуй не спеша.

ШОН уходит.

(священнику)

У Окрис Хэд разбился раз испанец;

Хотя я юным был, но сохранил запас.

Не терпит он, когда жену бранят; а книга

Полсотни лет в соломе пролежала;

Отец сказал – дед написал ее,

И телку заколол, чтобы обложку сделать…

Вот суп готов; все за едой обсудим.

От книги той обрел дед мало благ,

Ведь скрипачи – бродяги дом заполонили,

Бродячие сказители, и всякие в том роде…

Вот, перед вами жареные хлебцы.

Милашка, что такого в книге этой,

Раз хлеб забыла разогреть? Да если б я

Или отец мой сочиняли и читали книги -

Со звонким золотом тугие кошели

Я, умирая, не оставил бы вам с Шоном.

Отец ХАРТ:

Мечтами вздорными заполнила свой ум.

О чем читаешь?

МЭРИ:

Как принцесса Эдан

Ирландская, в прекрасный Майский вечер,

Вот как сейчас, услышала поющий Голос

И шла за ним в полусознанье, полусне,

И он привел ее в Волшебную Страну,

Где стариков нет, строгих и унылых,

Где стариков нет, опытных и мудрых,

Где стариков нет, мрачно – злоязыких…

Она всё там, танцует беззаботно

Во глубине лесов росистых, вольных

И там, где звезды ходят над горами.

МАРТИН:

Милашку убедите бросить эту книжку.

Мой предок бормотал всегда о том же,

Но он не знал собак и лошадей,

Его мог превзойти любой лентяй-мальчишка…

Учите ж нас!

Отец ХАРТ:

Забудь про сказки, дочка.

Господь над нами крылья – небо распростер,

Для дел и дней всем дал недолгий срок,

Но сразу злые ангелы ловушки расставляют,

Надеждой легкой начинив, мечтою тяжкой,

Покуда сердце не раздует гордость, и тогда

То ль веселясь, то ль содрогаясь, мы бежим

От Божьей благости. И это был злой ангел,

Кто сердце Эдан развратил веселыми речами.

О дочка, видел я немало юных дев,

Страдавших, беспокойных; но минули годы,

И успокоились они, другим подобно,

Детей качая и сбивая масло,

Ходя к заутрене, по праздникам молясь.

Знай: обращает жизнь мечты багряный отсвет

В обычный свет обычных будних дней,

И лишь по старости тот огнь вернется к нам.

МАРТИН:

Все правда – но она юна, не понимает.

БРИДЖЕТ:

Взросла достаточно, чтобы понять, как дурно

Лениться и роптать.

МАРТИН:

Ее стыдить не стану.

Она грустит, когда мой сын в полях;

Тоска и, может быть, твой острый язычок

Ее заставили таиться среди грез,

Как дети прячутся от ночи под кроватью.

БРИДЖЕТ:

Я замолчу – она ж не повернется!

МАРТИН:

А может – правильно: на Майский вечер

Мечтать о феях… Расскажи мне, дочка,

Взяла ли ветвь рябины освященной,

Какие женщины на двери прибивают,

Чтоб счастье и удача в дом вошли?

Припомни: феи похищают новобрачных,

Когда сменится ночью Майский вечер,

Иль все, что говорят у очага старухи,

Есть куча лжи.

Отец ХАРТ:

Быть может, в сказках правда.

Кто ведает пределы черных сил,

Какие Бог оставил злобным духам

Для некой тайной цели? Поступаешь верно.

(к МЭРИ)

Храни обычаи невинной старины.

(МЭРИ БРУИН достает ветку рябины из-под скамьи и прикрепляет к гвоздю около двери. Девочка в странной одежде – может быть, это зеленое одеяние фей – выходит из леса и срывает ветвь).

МЭРИ:

Я не успела веткою гвоздя коснуться,

Как вдруг из ветра девочка возникла;

Она схватила ветку и к груди прижала,

Бледна лицом, как воды пред рассветом.

Отец ХАРТ:

Чье это может быть дитя?

МАРТИН:

Здесь нет детей.

Ей часто мнится, что проходит кто-то,

Когда нет никого, лишь ветра шум.

МЭРИ:

Они забрали прочь рябины ветку,

Они не пустят счастье на порог;

Но рада я, что вежлива была -

Они ведь дети Бога, как и мы?

Отец ХАРТ:

О дочь, все это дети вражьей силы,

И власть дана им до конца времен,

Когда Господь сразит их всех в великой битве

×