Ориэлла, стр. 1

Мэгги Фьюри

Ориэлла

Эрику, с благодарностью за неослабную поддержку в течение всей долгой, долгой заботы, с любовью посвящается эта книга

Глава 1. ФЕЯ ОЗЕРА

— Эй, малышка!

Ориэлла вздрогнула, и голубой огненный шарик скатился у нее с ладони и затерялся в сухой траве. Она торопливо затопала ножками по ломким стеблям, в панике забыв о заклинании уничтожения. Прятаться было уже поздно, а мать запретила ей заходить так далеко одной. Девочка повернулась, чтобы убежать, но, заметив на поляне какое-то незнакомое существо, остановилась.

Ориэлла никогда еще не видела мужчин. Высокий и широкоплечий незнакомец был в тяжелом плаще и с головы до ног затянут в коричневую кожу, а на поясе у него висел огромный меч. Густая каштановая щетина на подбородке выглядела особенно необычно я к сочетания с карими глазами напоминала Ориэлле ее верных друзей — зверюшек.

Протянув руку, мужчина шагнул вперед, но девочка поспешно отступила, и на ладони у нее начал расти новый огненный шарик. Незнакомец внимательно посмотрел на девочку и опустился на корточки. Теперь, когда он был почти одного роста с Ориэллой, человек казался уже не таким страшным, и девочка почувствовала себя уверенней. В конце концов, эта земля принадлежит ее матери.

— Кто ты? — строго спросила она.

— Меня зовут Форрал, я — воин и бродяга. К вашим услугам, маленькая госпожа. — Он с серьезным видом склонил голову, пытаясь изобразить поклон, что в его положении — на корточках — было весьма нелегко сделать.

— Да, но кто ты такой? — настаивала Ориэлла, по-прежнему стараясь держаться на безопасном расстоянии. — Что тебе нужно? Здесь запретное место, и звери должны были задержать тебя!

— Не беспокойся, — улыбнулся Форрал. — Я не трогаю зверей, а звери не трогают меня. По-моему, это справедливо.

Невзирая на предупреждения матери, Ориэлла чувствовала расположение к незнакомцу, и, кроме того, ей нравилась его улыбка. Может быть, стоит предупредить его, что мать сильно разгневается, если узнает, что он вторгся в ее владения?

— Послушай, — начала она, но Форрал перебил:

— Не могла бы ты проводить меня к фее Озера?

— К кому-кому?

Форрал сделал руками неопределенный жест:

— Ну, знаешь, к волшебнице Эйлин. Ведь ты, если не ошибаюсь, Ориэлла, ее дочь? Ты очень похожа на Джеранта. От изумления Ориэлла открыла рот:

— Ты знал моего отца?

По лицу Форрала пробежала тень:

— Конечно, знал, — мягко ответил он. — И отца, и мать. Джерант сделал меня человеком. Я был тогда сиротой, примерно твоих лет. Он нашел меня и отдал в военную школу при гарнизоне Нексиса, и с тех пор всегда оставался моим другом. — Форрал вздохнул. — Я был далеко отсюда, когда умер твой отец. До нас не дошли вести о.., несчастье. Едва я вернулся, как услышал… — на мгновение у него пропал голос. — И вот я здесь, чтобы предложить свои услуги твоей матери.

— Она их не примет, — непроизвольно воскликнула Ориэлла и тут же сообразила, как бестактны ее слова. Этот человек прошел такой долгий путь! И к тому же он ей уже понравился. За все свои девять лет Ориэлла не видела никого, кроме матери, а у той вечно не хватало времени — она была целиком поглощена Великой Задачей. Друзьями девочки были одни лишь лесные зверюшки, и жизнь ее протекала весьма одиноко.

— У мамы никогда не бывает гостей, — поспешно объяснила Ориэлла, чтобы не обидеть своего нового друга. — Она так занята, что даже меня едва замечает.

Форрал оглядел ее с головы до ног, и, будь Ориэлла воспитана как нормальный ребенок, она бы наверняка смутилась, вспомнив о своих драных серых лохмотьях, растрепанных рыжих волосах, перепачканном лице и грязных голых коленках. Но она лишь спокойно посмотрела на него в ответ.

— И кто же, в таком случае, приглядывает за тобой? — помолчав, спросил Форрал.

— Никто, — пожала плечами Ориэлла. Воин нахмурился:

— Я вижу, самое время кому-то им заняться. Кстати говоря, разве тебе разрешают это делать? — он кивнул на огненный шарик, по-прежнему танцующий на ее ладони, и Ориэлла поспешно спрятала руки за спину, жалея, что не может с такой же легкостью скрыть и свое смущение.

— Ну.., не совсем, — созналась она, — но ведь это особый случай. — Она закусила губу. — И ты ничего не скажешь маме, правда?

Казалось, Форрал задумался.

— Ну что ж, не скажу. — но только на этот раз, — сказал он и строго прибавил:

— И больше так не делай, слышишь? Это очень опасно. И не воображай, что я не видел, чем ты тут занималась, когда я появился, а ведь тогда никакого особого случая не было, правда? — Ориэлла залилась краской, а Форрал улыбнулся. — Ну что ж, малышка, пойдем? Мне нужно поговорить с твоей матерью.

— Она не очень-то тебе обрадуется, — предупредила Ориэлла, но так и не смогла понять, поверил ли он ей.

***

Они спускались по лесистому склону. Форрал вел в поводу усталого коня, а худенькая нескладная девчонка ехала на своем косматом неоседланном пони. Неяркий осенний свет проникал сквозь скрюченные голые ветви и скользил по шуршащим под ногами золотистым листьям. Неожиданно деревья кончились, и девочка остановилась. На ее лице появилось мрачное и упрямое выражение.

— Да хранят нас боги! — Не веря своим глазам, Форрал уставился на пустыню, лежащую у его ног. Весть о несчастье потрясла его, но он и понятия не имел о размерах катастрофы. За гребнем, насколько хватало глаз, простирался огромный пустынный кратер — немое свидетельство печальной участи старого друга. Форрал отвел глаза. Джерант, блистательный порывистый Джерант, основной претендент на титул Верховного Мага!

Упрямый и заносчивый, как и все в его роду, высокий рыжеволосый Джерант с резким характером, заразительным смехом, неиссякаемыми мечтами погиб на этом самом месте!

«Джерант тоже был мечтателем», — печально подумал Форрал.

Восемь лет назад Джерант предпринял дерзкую попытку воспользоваться древним и малопонятным заклинанием Драконьего Народа, чтобы мгновенно перенестись из одного мира в другой, — и вот плачевный результат. Поговаривали, что Джерант вплотную подошел к той опасной черте, за которой лежит гибель всего мира, и неудивительно, если имя его на поколения, в поколение будут проклинать и маги» и смертные. Впрочем, сам Форрал считал, что его друг слишком поздно осознал опасность происходящего и пожертвовал жизнью, чтобы уменьшить последствия катастрофы. Но даже несмотря на это, глубокий кратер у них под ногами был не меньше пяти лиг в диаметре и представлял собой застывшее море расплавленного камня, а почва вокруг была похожа на осколки черного стекла. В центре воронки острые глаза воина различили отблески солнца на поверхности воды.

Форрал не знал, сколько времени он простоял, созерцая разрушения, оставленные Джерантом. Очнувшись от размышлений, он почувствовал на себе пристальный взгляд Ориэллы.

— Мама еще не добралась сюда, — тихим, ровным голосом проговорила она. — Я же говорила тебе, она очень занята, и впереди еще много работы.

Форрал почувствовал острую жалость к девочке, растущей без всякого присмотра в этой унылой глуши. Неужели слухи о том, что после гибели своего возлюбленного супруга Эйлин потеряла рассудок, — правда? Владеющая магией Земли, она, как говорили, покорилась навязчивой идее вернуть к жизни земли, превратившиеся в пепел в результате трагической ошибки Джеранта. Присутствие ребенка заставило воина собраться и напустить на себя бодрый вид, и все же на душе у него было тяжело, когда они спускались по стенкам кратера.

Лошадь Форрала добиралась до дна воронки с трудом, но пони уверенно находил дорогу. Он и его всадница, казалось, составляли одно целое, и, судя по всему, привыкли спускаться по скользким, растрескавшимся стенкам гигантской чащи. Стекловидная поверхность застывшей лавы отбрасывала острые блики и излучала тепла, словно гигантская печка. «Летом, должно быть, здесь невыносимо жарко», — подумал Форрал-Кое-где в глубоких трещинах собралась вода, но единственным признаком жизни были только случайные птицы, проносящиеся над головой.

×