Ускользающая любовь, стр. 42

– Скажи мне еще раз, – попросил он. – Чтобы я знал, что не ослышался.

Ее не нужно было спрашивать, что он имел ввиду.

– Я люблю тебя, Блейк, – тихо повторила она. – И буду любить всегда.

– Никогда больше не бросай меня, – попросил он между поцелуями. – Я думал, что сойду с ума, когда вернулся на Фиджи в отель и обнаружил, что ты уехала.

Он поднялся с постели и стал снимать одежду. Она наблюдала за ним с нескрываемым желанием, едва не сгорев от страсти к тому времени, когда Блейк наконец улегся рядом с ней на узком ложе. Дрожащими пальцами он начал расстегивать ее блузку, а она радовалась тому, что способна вызвать в любимом человеке такую бурю чувств.

Медленно раздевая ее, он целовал ее тело, и их страсть нарастала от каждого прикосновения его губ к ее коже. В его ласках ощущался голод, но одновременно и нежная любовь, и в душе Кейт смешались безудержное счастье и огонь страсти. Она различила шепот Блейка: «Я люблю тебя, Кейт», а потом окончательно стала слепой и глухой к окружающему миру. Реальным остался лишь лихорадочный жар, который Блейк вызвал в ее теле, и она стонала и звала его по имени снова и снова, когда он любил ее. Потом они погрузились в сон, крепко обнявшись на узкой кровати, а ее голова уютно покоилась на его плече.

Через несколько часов Блейк разбудил ее, включив свет. Она улыбалась ему, а все ее тело было наполнено сладкой истомой.

– Кто-то очень деликатно подсунул под дверь записку, – сказал Блейк, гладя ей спину ладонью. Потом неохотно поднялся и направился к двери. – Твоя мать уезжает на вечер в госпиталь, – сказал он, пробежав глазами записку. – А еще она пишет о том, что экономка оставила нам на кухне обед.

– Ты голоден?

– Я умираю с голода, – весело ответил он. – По-моему, прошла целая вечность, с тех пор как я в последний раз что-то ел с аппетитом.

Когда они оделись и спустились на кухню, Блейк осведомился об ее отце.

– Что говорят врачи, Кейт? Он полностью поправится?

– Левая рука будет уже не такой, как раньше, – ответила она. – В остальном доктор настроен оптимистично. А у меня хорошие новости насчет отцовской фирмы. Один нью-йоркский банк дает ему ссуду на приемлемых условиях. И я уверена, что теперь папа сумеет поправить дела. Корпорация как раз нуждается в притоке свежего капитала.

– Да, – отрывисто произнес Блейк. – Я уверен, что все позади.

Что-то в его голосе заставило Кейт поставить бокал и с неожиданным подозрением посмотреть на него.

– Это был ты, – догадалась она. – Ты позвонил президенту того банка и предложил ему гарантийный капитал, подкрепив им отцовскую просьбу о ссуде.

– Разумеется, я этого не делал, – заявил Блейк, сердито сверкнув глазами.

– Ах, Блейк! Ты позвонил в нашу свадебную ночь, да? Хоть и думал, что я хитростью заманила тебя под венец, ты все же старался помочь…

– Просто не знаю, откуда у тебя эти нелепые мысли… – Однако смиренная мина, появившаяся на его лице, лишь укрепила ее уверенность в своей правоте.

Не обращая больше внимания на его заверения, Кейт нежно коснулась его руки.

– Спасибо тебе, – сказала она. – Спасибо тебе, Блейк.

– Мне нужно сообщить Саше, где я нахожусь, – произнес он, поспешно меняя тему. – Беднягу хватит апоплексический удар, если я и во второй раз сбегу со съемочной площадки.

– Да, ты лучше уж позвони ему сегодня вечером. – Теперь повеселевшая Кейт даже к Саше испытывала симпатию. – Тебе нужно возвращаться на Фиджи?

– Нет. Мы завершили все натурные съемки, и теперь Саша будет заканчивать фильм в Калифорнии, так что мы сможем жить в моем доме. Он стоит на берегу океана, и вид из его окон просто замечательный.

– Я поищу себе там работу, – сказала Кейт. – Раз уж у меня есть специальность, мне хочется применять ее на деле.

– Прекрасно. Остается лишь надеяться, что в штате Калифорния принимают на работу беременных педагогов-дефектологов.

– Почему ты заговорил об этом?

– Я намерен стать отцом как можно скорей и знаю, что ты придешь в восторг, когда узнаешь, что тебя я выбрал на роль будущей матери…

– Разве я не сказала тебе пару часов назад, что ты спесивый индюк? – спросила она со счастливым смешком.

Блейк не дал ей больше ничего сказать. Их губы слились в поцелуе, и она вновь поразилась силе их страсти.

– Может, это склонит тебя на полное сотрудничество в моем проекте, – произнес он.

– Мне недостаточно этих аргументов.

– С удовольствием предоставлю их тебе, моя дорогая.

Через некоторое время они услышала резкий стук в кухонную дверь. Не успела Кейт высвободиться из крепких объятий Блейка, как в комнате появилась миссис Форсберг.

Взгляд матери упал на прильнувшую друг к другу влюбленную парочку, и она даже не стала скрывать своего удивления.

– Э… добрый вечер, Кейт, – сказала она, обретая дар речи. – Добрый вечер, Блейк. Рада приветствовать вас в Форсберге.

Губы Блейка растянулись в улыбке, и он еще крепче обхватил Кейт за плечи.

– Благодарю вас, – ответил он. – Я искренне рад быть вашим гостем.

×