Проект 'Время', стр. 1

Франке Герберт В

Проект 'Время'

Герберт Франке

Проект "Время" *

Пер. Ю. Новикова

Они сидели в креслах из тонких стальных труб - кто неподвижно, затаив дыхание, кто ерзал от волнения...

Подземный научный центр был полон, ни одного свободного места. Одни следили за происходящим на небольших мониторах на пультах, другие - таких было большинство - не сводили глаз с выпуклого экрана, занимавшего всю переднюю стену.

Картина на экране была самая безобидная: сколоченная из дерева веранда, на заднем плане - крытые соломой хижины, ограждение крааля. В тени выступающей далеко вперед крыши стояла колыбель, в ней лежал запеленутый в голубую материю младенец. Крупный план: ребенок открыл умные, темные глаза, время от времени он кривил губки и показывал язык, сжимал маленькие кулачки и, играясь, рассекал ими пустоту...

Неожиданно на земле появилась тень: мужчина, затянутый в черную кожу, на груди патронташ, сапоги, перчатки, шлем... Он приблизился, ступая на цыпочках, быстро оглянулся по сторонам, затем вскинул пистолет-пулемет и навел его на колыбель. Сноп огня, разлетевшееся вдребезги дерево - какие-то две секунды, потом все пропало.

В первое мгновение зрители продолжали сидеть, словно оцепеневшие, но вот изматывающее напряжение исчезло, чары развеялись, они вскочили со своих мест, стали хлопать друг друга по плечу, били в ладоши, пожимали друг другу руки, кричали все разом...

Почти никто из них не удосужился хотя бы мель

* Пер. изд.: Franke G. W. Projekt TIME: Zarathustra kehrtzuriick. Suhrkamp Verlag, Frankfurt/Main, 1977. c Suhrkamp Verlag, Frankfurt/ Main, 1977.

ком взглянуть на экран, а между тем обстановка там уже изменилась. Можно было видеть, как беспорядочно забегали вооруженные мужчины в белых одеждах и шляпах с широкими полями, как они стреляли в человека, зигзагами бегущего по двору и потом внезапно исчезнувшего, словно растворившегося в воздухе...

Ему это удалось, как ни трудно было в это поверить. Это был их последний шанс, и они использовали его. Подумать только - самый молодой в их команде! Большинство считало, что он идет на верную смерть, а в него даже не попали.

Кто-то устремил взгляд на большие часы, два циферблата которых показывали обычное и прошлое время. Красная сигнальная точка все быстрее совершала круги по минутной шкале, пока внезапно не замедлила свое движение и не остановилась. Оба потока времени слились.

Теперь внимание всех было обращено на тяжелую магнитную дверь в стене с правой стороны, где тоже были шкалы, измерительные приборы, сигнальные лампочки. Перед ними собралась группа врачей, неотрывно следивших за движениями стрелок, мигающими огоньками... Рядом стояла небольшая платформа с кислородными баллонами и дыхательной маской, а также сумка с набором шприцев и различных ампул, с хирургическими инструментами и перевязочным материалом.

Раздалось шипение пневматического запора, откинулась округлая крышка, и по рельсам выкатились носилки, на которых лежал Уилл Саундерс. Глаза его были закрыты, и выглядел он непостижимо молодо. Люди, стоявшие неподалеку от врачей, не заметили на нем никаких внешних повреждений. Одежда его была в целости, хотя порядком запылилась и покрылась грязью.

Главный санитар подошел ближе и надвинул на лицо недвижимо лежавшего Уилла дыхательную маску. Не прошло и полминуты, как тело его слегка вздрогнуло и он сделал попытку выпрямиться. Одна из сестер мягким движением вернула его на подушку и нажала на рычаг, приподнявший изголовье. Уилл открыл глаза, и постепенно взгляд его становился все более выразительным и ясным, утратив замутненность обморочного состояния. Когда же он увидел столпившихся вокруг него людей, готовых в любую минуту оказать ему помощь, когда услышал бурные аплодисменты, то от волнения снова закрыл глаза. Впервые до его сознания дошло: то, чего до него никому не удавалось, он выполнил!

А начало всему положил Мигуэль Альбас. Справедливости ради надо признать, что он не входил в наш круг и все-таки оказался первым, кто пожертвовал собой ради совместного проекта. В те времена еще не было тайной организации, не было грандиозного плана. Альбас работал научным ассистентом в Высшей школе Мехико, и лишь его ближайшие коллеги знали о его намерениях. Правда, не приходилось сомневаться, что их план поддержали другие, - во всяком случае, непременно поддержали бы, если бы план удался.

Это не было безрассудной выходкой, попыткой создать мученика... Все было подготовлено наилучшим образом: поддельные документы, позволившие проникнуть на пресс-конференцию президента, ручная граната, которая должна была его убить, она была изготовлена из легких полимеров, не содержала в себе металлических частей и при рентгеновском просвечивании так же не выделялась в виде тени, как и взрывчатое вещество. Кроме того, заговорщики заручились поддержкой трех человек из охраны. Последние позаботились о том, чтобы их чересчур ревностные коллеги не слишком увеличивали дистанцию, - это позволяло Альбасу подойти достаточно близко. С президентом можно было переговариваться только на расстоянии - сам он вместе с приближенными и советниками стоял на удалении от всех остальных. Однако никто не знал, что в помещении, где он должен был находиться, было создано интенсивное мезонное поле...

Альбас выждал подходящий момент. Игра в вопросы и ответы подходила к концу, начальное внимание сменилось легким утомлением, никто более не интересовался друг другом так, как было до прибытия президента, когда каждый спрашивал себя: кто, кроме него, входил в число избранных?..

Альбас снял предохранитель с гранаты в тот момент, когда президент собирался отвечать на очередной вопрос. Выскочив вперед, он размахнулся изо всех сил и метко швырнул гранату в трибуну. Президент запнулся на полуслове. Вместе с остальными он завороженно следил за тем, как граната замедлила полет в середине траектории, отклонилась в сторону, взорвалась...

Одиннадцать журналистов и пять человек из охраны президента были убиты на месте, многие, в том числе сам Альбас, получили ранения. Один из охранников, верный присяге, среагировал молниеносно: он навел свой огнемет на Альбаса и нажал на спуск... В то же мгновение от Альбаса осталась лишь черная, обугленная масса.

- Это было единственное благо, - если учесть, что произошло, - сказал профессор Уикрофт. - В результате не было ни допросов, ни пыток. Не было предательства. Никто не знает, кто именно покушался. Никто не заподозрил Альбаса, никто не установил связи с университетом. Мы не дискредитированы, нас по-прежнему считают преданными коллаборационистами. Это дает нам шанс на будущее.

- Какой шанс, профессор? - возразила Шейла Цермак, ассистентка Уикрофта. - Как раз неудавшееся покушение показало, что президент решил не полагаться на одну только тайную полицию, а привлек также военных техников. Существование мезонного поля оказалось для всех неожиданностью. И как нам теперь известно, это была не единственная дополнительная мера безопасности. Только что я получила еще одну информацию: граната Альбаса не достигла бы цели даже в том случае, если бы преодолела мезонный вал. Дело в том, что президент со своими людьми находился двумя этажами ниже, а в пресс-центр лишь проецировались их объемные изображения.

- Кроме того, они воспользовались еще более тонкими методами, - добавил доктор Горо Мье. - Они вмонтировали поле смещения во времени с интервалом всего лишь в десять секунд, но этого было бы вполне достаточно: над Рохасом, если бы ему действительно угрожала серьезная опасность, за одну секунду опустили бы стальной колокол двухметровой толщины.

- Десять секунд! - бросил профессор Уикрофт. - Но для этого им потребовалась бы колоссальная энергия?

- Вы полагаете, это может заставить Рохаса отказаться от заботы о собственной безопасности? - спросил Горо Мье. - Его личная охрана в состоянии в течение десяти секунд видеть будущее и тем самым предотвратить любое покушение раньше, чем оно будет предпринято. Вот и вся мудрость.

×