Читай по губам... (СИ), стр. 2

— Когда он тебя бил, думаю, не опасался, что тебе больно, — я с силой сжала в ладони чашку с остывшим чаем.

— Нану, я понимаю, что он ужасный человек, но иногда Виардо говорил так, что не возникало сомнений в том, что он действительно изменился.

Мама раскрывала передо мной душу и рассказывала то, что никогда не откроет ни одной своей подруге, а я ее слушала, радуясь уже тому, что она не открыла дверь Виардо, а значит, постепенно начала давать ему отпор. Об этом и сказала маме, но решила, что пока что мне лучше пожить с ней, чтобы поддержать.

Отчим не просто ужасный человек. Он мерзкий и гнусный, но достаточно хитрый и умный, чтобы годами обманывать женщин и жить за их счет.

За себя я в этой ситуации не переживала. Виардо надеется, что может повлиять на маму и вытянуть из нее деньги, но со мной этого не произойдет и отчим это прекрасно понимал. Моя часть суммы от продажи семейного особняка спокойно и законно лежала на банковском счете.

Вплоть до вечера мы с мамой сидели в гостиной и разговаривали. Она обрадовалась тому, что я останусь у нее и, кажется, даже немного успокоилась, благодаря чему смогла пойти к себе и прилечь. Думаю, сон это как раз то в чем она сейчас нуждалась.

Я же приготовила легкий ужин и вместе с этим написала Доминику сообщение, что останусь у мамы, после чего пошла купаться. Наверное, тоже устала так как в ванне чуть не заснула и, плюс ко всему, слишком поздно поняла, что не взяла с собой пижаму. Пришлось идти в спальню обвернувшись одним лишь полотенцем, которое не являлось большим и вообще мало что прикрывало. Поэтому по коридору я буквально бежала и радовалась тому, что мама уже спала. Даже перед ней не хотелось появляться в таком неподобающем виде.

Я быстро вбежала в спальню и тихо захлопнула дверь. В первое же мгновение увидела в полумраке около окна силуэт человека и, поняв, что в моей комнате был еще кто-то помимо меня, вздрогнула всем телом. Сознание панически подкинуло мысли про отчима и я испуганно схватила настольную лампу.

Я была готова в любой момент воспользоваться ею, как предметом для защиты, но буквально через секунду в этом силуэте узнала Доминика.

— Да, что… Ты… — прошипела, включив свет. Испуг испарился, но сердце все еще стучало прерывисто. — Как ты сюда попал? Мы находимся на третьем этаже.

— Почему ты решила остаться тут? — взгляд Моно привычно мрачный. Сразу он посмотрел мне в глаза, но уже вскоре взгляд опустился ниже, а я, вспомнив, что полотенце почти ничего не прикрывало, под взглядом Моно покраснела. Еще и от того, как на меня смотрел Доминик тело будто бы обдало огнем и по коже скользнули огоньки. Только он мог смотреть так, будто брал уже просто взглядом.

— Мама не в себе из-за прихода отчима, — я немного помялась, но все же рискнула спросить: — А ты можешь узнать про то, где он сейчас?

— Не в Париже.

— Откуда ты знаешь? — удивленно спросила, но почти сразу поняла, что Моно и без моей просьбы уже узнал про отчима. — Когда он покинул Париж?

— Сегодня днем, как только понял, что его ищут.

— А куда он уехал?

— По направлению к Живери. Там испарился.

Я этому не удивилась. Отчим идеально умел прятаться. Это умение он усовершенствовал с годами. Я очень надеялась на то, что он не вернется.

Иногда мне казалось, что Доминик так же не особо хотел знакомиться с моей мамой. Он ненавидел моего отца, а к остальным моим родственникам, в том числе и к маме, относился с безразличием. Вернее, так, будто их вовсе не существовало, но он сам разузнал про отчима услышав, что тот угрожал моей маме. Может, у Доминика с ней все же могут сложиться нормальные отношения.

— Это хорошо. Чем дальше он, тем лучше, но, наверное, я еще некоторое время все же поживу с мамой. Ей сейчас нужна поддержка.

— Как долго?

— Может, несколько дней. Или недельку. Вообще, возможно, пару месяцев, — я лукаво улыбнулась. — Но это же хорошо. У тебя появится шанс поухаживать за мной. Будешь приезжать за мной перед университетом и еще звать на свидания. Будешь опять меня добиваться.

Вместо ответа Доминик подхватил меня на руки и уже через мгновение положил на кровать, тут же нависая сверху. Полотенце было сорвано и отброшено в сторону и грубые руки парня по-собственнически легли на мое тело. Сначала прикосновение легкое — его руки оказались на моей талии, но уже от этого жар скользнул по коже.

— Доминик… — прошептала, нет, уже простонала его имя, когда губы парня коснулись моей шеи, а одна из ладоней сжала грудь.

— Бл*ть, хочу тебя, — хрипло. Спускаясь жесткими, но такими обжигающими поцелуями ниже и уже вскоре губами касаясь груди. Прикусывая сосок, этим причиняя легкую боль, но тут же ощутимо проводя вокруг него языком, из-за чего по телу пробежали импульсы, а перед глазами заискрилось.

Глава 3. Страх

Сознание покрылось плотным, но, из-за всколыхнувшегося безумия этой близости, рванным туманом и перед глазами все поплыло. Тело горело и мне казалось, что я сойду с ума от этого жара. Сгорю в нем и превращусь в пепел, ведь прикосновения Доминика подобны тлеющим углям, испепеляющим кожу и оставляющих после себя ожоги — его личное клеймо. Ни одной секунды чтобы прийти в себя и ни одного лишнего вдоха. Все на пределе и на грани, которые мне, как всегда, невыносимо трудно выдержать, а Моно уже напоминал чудовище с неутолимым голодом и с каждым мгновением все настойчивее напирал. Прижимал меня к кровати и я так отчетливо чувствовала его тело. Вес, дурманящий запах, сталь мышц и до предела возбужденную плоть, ощущающуюся даже сквозь плотную ткань джинсов.

Прикосновения более жадные, острые и порочные, а поцелуи безумнее.

Его грубая ладонь сжала бедро и от этого по телу пробежали импульсы, собираясь внизу живота всполохами, а, когда Моно вновь поцеловал мою грудь, прикусывая сосок, я поняла, что вовсе пропала. Была окончательно подчинена Домиником и так беспрекословно подчинялась его жажде.

Создавалось ощущение, что время остановилось и во всем мире не существовало никого кроме нас двоих. Только я, Доминик и эта ночь.

Лишь в то мгновение, когда он подхватил меня под коленками и потянул немного вниз — к себе ближе, я, услышав звук расстегивающегося ремня, вспомнила о том, что в квартире мы были не одни. Стало неловко и я уперлась ладонями в торс Доминик.

— Подожди, — прошептала.

— Только не говори, что собираешься мне не дать, — взгляд парня помрачнел. Стал практически черным.

— Я не могу так. Не тут. Мы можем разбудить…

— Плевать.

— Нет, — сказала уже более резко и отползла немного в сторону, тут же прикрываясь покрывалом.

В этот момент особенно ясно ощущала, насколько ему безразлична моя семья. Это даже не касалось самой ситуации. Доминику вообще было плевать на существование остальных Леконт.

— Я не могу тут, — тихо повторила, но, немного подумав, я очень смущенно добавила: — Если, хочешь, я могу рукой… — не смогла закончить фразу, так как слишком застеснялась, но понадеялась, что Доминик меня поймет.

Внезапно Моно взял меня за руку и потянул на себя. Сам встал с кровати, а меня посадил на ее край и, все еще кутаясь в покрывало, я подняла на парня растерянный взгляд.

— Открой рот, — сказал он, расстегивая ремень.

— Зачем?

— Хочу, чтобы ты отсосала.

Я дернулась и немного отползла в сторону, отстраняясь от Доминика. Неловко сильнее закуталась в покрывало и отвела взгляд в сторону.

— Ты же знаешь, что я не могу, — прошептала негромко.

Я и правда не могла взять в рот. В плане интима между мной и Домиником уже многое было, но нечто такое для меня казалось чем-то за гранью — слишком смущающим.

— Я могу рукой… — прошептала. Все еще смотрела в сторону, но отчетливо ощущала взгляд Моно на себе. От него кожу обжигало, но в тот же момент по спине скользил холодок.

— Мне этого мало.

В комнате повисла давящая тишина. Для меня очень неуютная и так сильно хотелось, чтобы она прекратилась. Но, единственное, что я в ней услышала — это шаги Доминика направляющиеся в сторону двери.

×