Капитуляция, стр. 94

Он снова взял её за руку.

— В какой-то степени я и есть торгаш. Но я никогда не был безразличным к тебе.

Сердце тяжело перевернулось в груди Эвелин.

— Джек, помнится, ты говорил, что увлекся мной с того самого момента, как мы впервые встретились?

— Да, именно так.

Она вздохнула.

— Как же хорошо ты это скрывал!

— Я боролся со своими чувствами к тебе, душил в себе любое их проявление. Я был глупцом, Эвелин. — Он порывисто притянул её в свои объятия. — Это колье было надежно спрятано в поместье Грейстоун, в противном случае я вернул бы его тебе ещё раньше.

Эвелин неудержимо тянуло выпалить, что она любит его — безумно, до самозабвения.

— Джек, мы квиты. Я тоже была очарована тобой с самой первой встречи.

Он медленно расплылся в счастливой улыбке:

— Неужели?

— Думаю, я влюбилась в тебя ещё тогда.

Его улыбка стала ещё шире.

— Ты внушаешь мне надежду!

«Что это значит?» — недоуменно подумала Эвелин и призналась:

— Я тысячи раз молила Бога сберечь тебя от всех напастей, сохранить целым и невредимым. Это всё, что меня заботит. Я так рада, что ты дома. И ты свободен!

Джек положил руки на плечи Эвелин, и его лицо приобрело серьезное, торжественное выражение.

— У меня было достаточно времени, чтобы подумать. Я мало о чём жалею в своей жизни, но мне действительно жаль, что я противился своим чувствам к тебе, и мне жаль, что я сделал тебя своей любовницей.

Эвелин встрепенулась:

— Но ты ведь, разумеется, не жалеешь о времени, которое мы провели вместе?

— Это эгоистично, но нет. Хотя ты ведь прекрасно знаешь, что я законченный эгоист? — Он пронзил её взглядом.

— Ты самый самоотверженный человек, которого я знаю!

— Я контрабандист, Эвелин, шпион. Я человек, привыкший получать то, что хочу.

— Ты герой! И тебя вот-вот посвятят в рыцари, что только подтверждает мои слова! — вскричала она, многозначительно добавив: — Сэр Джек Грейстоун.

— Эвелин, я хочу тебя.

Она остолбенела, волнение наполнило душу.

— Я не понимаю тебя, Джек. Я уже у тебя есть.

— Ты достойна гораздо большего, чем участь любовницы контрабандиста.

Неужели он собирался сделать ей предложение? Нет, это было невозможно: Джек — авантюрист, безрассудный искатель приключений, а не семейный человек!

Странно взглянув на Эвелин, Джек отпрянул и принялся медленно прохаживаться вокруг неё. Эвелин пришлось повернуться, чтобы взглянуть на него.

— Ты молода и красива, ты ещё не раз можешь стать матерью — и, мне кажется, ты хочешь иметь много детей. Ты достойна стать чьей-нибудь женой. — Он остановился перед ней, глядя прямо в глаза. — Перед тобой, Эвелин, может выстроиться целая очередь из потенциальных женихов, начиная с Тревельяна и д’Аршана.

Эвелин совсем растерялась, но не встревожилась. И что она должна была ответить Джеку на это? Она хотела быть его женой! И скоро у них появится ребенок!

— Конечно же я хочу ещё детей. Но я не хочу очереди из женихов. Я не хочу Трева или графа!

Джек явно колебался. Он выглядел таким неуверенным в себе…

— Эвелин! Я пытаюсь попросить тебя снизойти к предложению стать моей женой, — всё так же неуверенно произнес Джек, но его взгляд в этот момент ошеломлял силой и глубиной.

Эвелин вскрикнула, и её сердце гулко застучало.

— Я правильно тебя расслышала? Ты только что сделал мне предложение?

Потянувшись к карману своего красновато-коричневого сюртука, Джек извлек оттуда огромный желтый бриллиант.

— Я приобрел его во Франции. Ты видишь, он ещё не вставлен в кольцо. Но этот камень просто идеально для тебя подходит. Он твой, независимо от того, примешь ты мое предложение или нет.

Эвелин едва взглянула на камень. Вне себя от изумления, она с трудом держалась на ногах. Ведь Джек не был семейным человеком! Он даже не знал о её беременности! И всё равно делал ей предложение!

— Ты так любишь опасность, — с усилием произнесла она. — Ты истинный искатель приключений!

— Я наслаждаюсь опасностью, но люблю я тебя. — Улыбка на мгновение озарила его лицо. — И прежде чем ты ответишь, должен сказать тебе, что я покончил с этими шпионскими играми, Эвелин. Я бросил шпионаж. — Ища взглядом её глаза, Джек продолжил: — Но я не могу бросить свою жизнь в море.

Оно всегда будет моей любовницей — море всегда будет моей второй, только второй любовью. Я собираюсь отправиться в поместье Грейстоун и вернуть ему былую славу. Я продолжу заниматься беспошлинной торговлей, точно так же как это делали мой дед и мой прадед. Если ты откажешь мне, я не обижусь и всё пойму. Безусловно, тебе подойдет джентльмен — не контрабандист.

И тут Эвелин осознала, что плачет. В такую минуту она не могла говорить.

— И если ты мне откажешь, — срывающимся голосом добавил Джек, — я хочу, чтобы ты знала: ты — не одна. Я всегда буду рядом с тобой. Я всегда буду твоим покровителем и защитником, даже если ты решишь выйти замуж за другого.

Она взяла руки Джека в свои ладони и взглянула на него сквозь слезы.

— Я ведь столько раз говорила тебе, как сильно тебя люблю! Так что — да, я стану твоей женой!

Его глаза недоверчиво распахнулись.

— Ты действительно уверена в этом?

— Я никогда и ни в чём не была уверена так, как в этом, — ответила Эвелин. И поняла, что должна сейчас же рассказать ему о ребенке.

Джек притянул её к себе, приподнял над полом и закружил в объятиях, смеясь. Это был такой непринужденный, такой беззаботный и счастливый смех!

— Джек! — воскликнула Эвелин. — У меня есть новости. И я молюсь, чтобы они тебя обрадовали. Джек, срок уже почти пять месяцев — я ношу под сердцем нашего ребенка.

Его глаза округлились больше прежнего.

Эвелин чутко уловила его растерянность.

— Мы слишком опрометчиво предавались страсти, — сказала она. — Что тебя так удивляет?

Лицо Джека озарила улыбка.

— Ты ждешь от меня ребенка? — переспросил он и громко, счастливо засмеялся. — Ну, теперь у тебя точно нет иного выбора, Эвелин, кроме как выйти за меня замуж, причем как можно быстрее! Нам придется пожениться тайно! — И он снова засмеялся.

А Эвелин поняла, как он на самом деле, рад.

— Ты так счастлив, потому что теперь я просто обязана выйти за тебя замуж? Или потому, что у нас вот-вот появится прекрасный ребенок?

— Сразу по двум причинам, — не колеблясь, ответил Джек. — Сразу по двум.

Он привлек Эвелин к себе:

— Я уже говорил тебе, как сильно я тебя люблю?

— Возможно, — прошептала она, улыбаясь и тая от счастья в его объятиях. — Но я не против услышать это ещё раз.

— Тогда именно это я и сделаю, — ответил Джек. — Но сначала, полагаю, нам стоит собрать всю семью и позвать ближайшего священника. Эвелин, если не возражаешь, мы узаконим наши отношения сегодня же вечером.

— Ну как я могу возражать? Жду не дождусь мгновения, когда стану твоей женой, — прошептала она, и сердце, наполненное любовью, будто воспарило к небесам. — Я чувствую себя так, словно мы попали в волшебный сон.

Джек с нежностью улыбнулся:

— И я тоже. Но мы не спим. Мы выжили в войне и мы вместе. Ты ждешь моего ребенка, и я никогда больше не расстанусь с тобой.

Эвелин прильнула к Джеку, и он крепко сжал её в объятиях. И это казалось таким правильным, таким настоящим! Но, с другой стороны, разве она не знала, что Джек Грейстоун предназначен ей судьбой, ещё в тот самый момент, когда они впервые встретились, когда он так гордо стоял на палубе своего черного судна, когда взял рубины, чтобы переправить её во Францию?… И Эвелин не волновало то, что море было его любовницей. Она знала, что была его первой, главной любовью — его любовью навечно.

Капитуляция - imgFE16.jpg

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно её удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

×