Как вылететь из Академии за... (СИ), стр. 1

Лиса София, Кристина Юраш

Как вылететь из Академии за…

Пролог. И снова недобор! Какой позор, какой позор…

— И снова недобор! Какой позор! Каждый год! Одно и тоже! Ни одной нормально рожи! — нервно сопела женщина в фиолетовой мантии, расшитой черными бриллиантами. Ириса, она была единственным и бессменным куратором ведьминского факультета, искренне полагая, что человеческим магам нужна особая подготовка. Потому что на десять девчонок по статистике треть — ведьмака. Это — суровая статистика нашей академии. И, судя по аттестатам, не самая верхняя и не самая лучшая!

— Ириса, ну что мы можем сделать? Вот, вы уже стихами говорите, — вздохнул добродушный старичок, поправляя на столе бумаги.

— Бальдерс! Я сейчас матами говорить начну! — засопела Ириса, понимая, что она сейчас не отказалась бы от трети ведьмака! И желательно верхней!

— Ну что ж вы в самом деле! Добрее надо, добрее! — голосом доброго волшебника произнес сильнейший из магистров, поглаживая длинную белую бороду, спадающую на алую мантию, расшитую золотом. В последний раз от этого доброго волшебника войско бежало дальше чем видело. И даже те, кто врезался в деревья, продолжали бежать, но уже по инерции, поскольку магические плетения — не самый легкий предмет, но очень познавательный. Настолько познавательный, что именно в его честь и была названа Академия. Академия Магических плетений.

— Год еще не начался, а терпение уже закончилось! — рявкнула Ириса, поглядывая на воплощение доброты и любимца студентов. Еще бы! Он — виртуозный преподаватель, его всегда любили адепты, и больше всего, наверное за то, что наш старичок был не прочь пошутить вместе с ними, устраивая в Академии маленькие шалости. А ведь уже в годах, достопочтенный маг… С виду и не скажешь, что седина в висок, а моча в голову. Мы еще после того раза заикаемся! Некоторые даже в туалет с опаской ходят.

— Человеческие маги вырождаются, а после последних законов, так и подавно скоро закончатся! Так что за каждую треть ведьмака нужно побороться! И вот фигушки я кому-то уступлю студента! Да я за каждого, как за мужика порву! — многообещающим голосом заметила Ириса. — За каждую нормальную ведьму — покусаю!

— О! Напомнили! Есть и хорошая новость! Оборотней перебор! Они занимают целое крыло! Вот не зря их потомство называют помётом! — улыбнулся добрый Баль, а заседателей послышались смешки.

— Учебный год начинается через неделю, а у нас практически пустует факультет — отметив очевидное, сказал Литаниэль, длинные, светлые волосы его были собраны в идеальную прическу, перехваченные на голове чем-то наподобие ободка с зелеными листиками. Почему у меня складывается впечатление, что следы на клумбе, ведущие к лавровому кусту принадлежать одному констататору очевидных фактов. И если в следующий раз я увижу, как этот суповой набор с незаслуженными, но надерганными лаврами, вырядится в свою жилетку на голое щуплое и бледное тело, в штаны, вмещающие сразу все полушария, то я не посмотрю, что он лучший преподаватель природных стихий.

— Нет, ну а что? У нас недобор, а факультет пустует, — снова как-то радостно от собственной сообразительности выдал наш ушастый гений.

— Я знаю, почему эльфы долго живут. Потому что до них медленно доходит! Через пару сотен лет, я уверена, дойдет! Все нормально! Я постараюсь дожить! Я очень постараюсь дожить! — процедила Ириса, нервно сглатывая. — Не запоминайте, Литаниэль! Это ненужная информация!

— Может набрать туда обычных людей, сдать отчет в министерство, а потом отчислить за неуспеваемость или поведение? Что-то вроде к размножению годны, к магии непригодны! — обиделся Литаниэль, поправляя лавры генератора идей. — Дали подержать палочку? Подержали? Молодцы! Идите отсюда!

— А это идея! — тут же воспрянула духом Ириса, потирая ручки. — Но если кто-то о чем-то догадается, то в Академии появится сразу много-много вакансий! Будь проклят этот Император! Как только этот сопляк пришёл к власти- всё пошло прахом! И откуда только взялся? У Его покойного Величества ведь не было детей!

— Наверное, оттуда же, откуда берутся дети, — с улыбкой заметил Баль. — Аист принес, бросил в капусту, и поспешил улететь, пока его не догнали и не закидали камнями.

— Как вы можете? Мы служим на благо государства и людей! — подал голос молодой Вальдер, преподаватель боевых искусств. Он опять стоял у окна, в надежде, что где-то на горизонте появятся враги, но при виде него тут же исчезнут.

Руки его были заложены за спину, совесть — в магический ломбард, а на мощной груди натягивалась жилетка и рубаха. Если кто-то меня сильно достанет, то я пожелаю ему быть пуговицами на груди Вальдера, чтобы каждый раз с удовольствием лезть в петельки. Косяк влюбленных девушек следовал за ним даже в туалет, ревниво поглядывая на часы. Но слава богам, из косяка еще никто не залетел!

— К тому же в его законах есть смысл, на запрет браков между магическими расами, многие не выживают во время родов. Поговаривают, что именно поэтому почила наша королева, вместе с младенцем, хотя о последнем ничего не известно толком. Может он выжил и теперь правит. Её Величество ведь была человеком, а Империя принадлежит демонической династии, — грустно продолжил Вальдер, пока за дверью с хихиканьем дежурил его косяк. Стоило только разогнать этот косяк, как тут же он превращался в целую стаю. Недавно я своими ушами слышал: “А давайте подставим ему подножку и зачитаем признание в любви!”.

— Нет, что вы, я ничего не имею против его здоровья, пусть сморкается и кашляет себе на здоровье, сопляк заносчивый, — взвилась Ириса, но тут же взяла себя в руки. — Итак, у нас есть пока одна идея с отчисленцами. Время на исходе. Где еще идеи? Я иссякла!

— А что думаете Вы по этому поводу, уважаемый ректор? — обратился Бальдерс, ко мне. — Возможно у Вас есть какие-то идеи? Кому как не нашему ректору предстоит спасти положение!

— И где этот безграничный поток идей? Что это за струйка соображений? Где ширина мысли? Да! А что остальные притихли? — я указал рукой на сидящих особняком женщин, которые взглядами намекали, что поддержат абсолютно любое решение, проголосуют за любую идею, кроме понижения зарплат. — Я кого-то не досчитался! Кстати, а где Фиэр? Или магистр по порталам опять напортачил? Еще свежа в памяти история, как господин Фиер случайно попал в шахту гномов. С криками: “Отдай свои сокровищ, Горный Дух” они чуть не забили его мотыгами. Единственный сокровищем был золотой зуб, но добрые гномы искренне полагали, что если бить еще, то золотых зубов станет больше. И мыслили они, в принципе, в верном направлении.

Попытка перевести стрелки увенчалась успехом. Вот терпеть не могу эти собрания. Особенно внезапные, я только прибыл в Академию и чертовски устал с дороги. Ладно я в пути тормозил, но это — то тормозят по жизни!

— Матильда? Агата? Есть что сказать? — обратился Бальдерс. — Нам важно любое мнение! Иначе бы мы всех не собирали! А провели анонимный опрос, как тот “довольны ли вы своей зарплатой”, чтобы потом после изучения ответов вычислить всех недовольных и объяснить им, что больше зарабатывать им не удастся. Надо почаще проводить анонимные опросы! Господин ректор, учтите этот момент. Кто там у нас был самым недовольным? Матильда! Ну? Есть идеи?

Матильда, не смотря на такое грозное имя, была невероятно добродушной женщиной и преподавала бытовую магию. Это был тот преподаватель, который мог помыть полы одним заклинанием, а все почему? Потому что наклоняться ей было лень. Эдакая Золушка, которая заедает отсутствие принца сладостями, рассказывая всем веселые анекдоты, а фраза: “пусть принц возьмет меня на ручки” с каждым годом все больше и больше напоминает угрозу. Несмотря на то, что сладости они ели вместе с Матильдой, Агата оставалась худой. Если бы можно представить злую мачеху, то лучше представлять Агату. То, что добротой от нее не пахнет, становилось понятно по ее суровому взгляду. Я никогда не встречал целителей со взглядом палачей, а мысль о том, что она вставляла зубы Фиеру после незабываемой встречи с гномами, я вспоминаю душераздирающие крики из ее кабинета. Она относилась к жизни с мрачным цинизмом, периодически радуя студентов фразой: “Лечить будем или подождем, пока отвалится?”.