Крик (СИ), стр. 52

Дядя Ли когда занимался со мной говорит, что она большая умница и много схватывала на лету. Я не могу представить, как это, жить в войне, когда все, даже женщины, должны вставать под ружьё. Мама говорила, что даже когда я родился война шла полным ходом, да и сейчас мы вооружены до зубов и не только отстаиваем свои границы, но, если неприятель нападает на нас отбираем и его земли.

Я устраиваюсь за столом, в ожидании, когда мама даст мою тарелку, на которой ровной стопочкой будут лежать вкуснючие оладушки, в этот момент вихрем, с заднего двора, вбегает мужчина и схватив маму за талию кружит её со словами:

— А где тут моя самая любимая девочка? — он прижимает её к себе и целует.

Родители иногда такие смешные, как дети. Но я с удовольствием смотрю на них, они очень красивая пара: она с длинными тёмно-русыми, отливающие золотом волосами, немного усталыми зелёными глазами и извечной тёплой полуулыбкой и он с волосами цвета спелой пшеницы, выбеленными на висках сединой, с голубыми задорными глазами и ртом, счастливо растянутом до ушей. Они необыкновенно гармоничны мамы среднего роста, крепенькая, но на фоне высокого и широкоплечего отца смотрящаяся хрупкой.

Отец у меня важный человек в нашем Государстве, он глава совета. Иногда мне кажется, что без его решения и дождь не идёт. К сожаленью он много работает и частенько уезжает в командировки, мама тогда себе места не находит допоздна кружится по дому и не спит ночами, она думает мы не знаем, но только дурак не заметит льющийся из-под её двери свет. Иногда мне кажется, что они друг без друга не смогут, хотя Кондрат рассказывал, что был период в их жизни, когда они больше года были порознь. С одной стороны, папин помощник не склонен врать, а с другой стороны верится с трудом. Вообще мы с ним очень дружны, не смотря на разницу в возрасте, он иногда катает меня на своей странной двухколёсной мотомашине. Взрослые недоверчиво смотрят на эту ярко красную агрегатину, а мама с папой улыбаются. Отец говорит, что со временем они введут подобный транспорт в войска, я, когда вырасту обязательно научусь ей управлять. А ещё Кондрат рассказывал, что раньше мама была главой совета и только благодаря ей есть наше Государство. В это мне верится ещё меньше чем в то что она была девой-воительнице. Хоуп говорила, что таких в стародавние времена называли Валькириями. Представить маму эдакой воительницей невозможно, особенно когда вечером мы и все соседи собираемся послушать как она поёт.

Не знаю, всё это попахивает какими-то сказками. Я глубоко уверен, что мама с папой созданы друг для друга, папа большой сильный и умный, он знает ответы на многие вопросы, а мама добрая и мягкая. А как иначе пап смог бы быть таким? Мы его тыл, его семья.

— Тим ты что замечтался? — смеётся отец и ласково треплет меня по голове, — давай быстрее завтракай и пойдём к охотникам.

— Герман, ты сам то поешь, — говорит мама, ставя на стол большую кружку и тарелку.

— Ох, вот как влюбила в себя стряпнёй, никогда не мог отказаться, — он садится рядом со мной.

— ты всё пирожки с малиной вспоминаешь? — лукаво подмигивает мама.

— ты моя самая сладкая малинка, Ась, — он притягивает к себе мимо проходящую маму.»

Из дневника Тима

Больше книг на сайте - Knigoed.net

×