Пара воина (ЛП), стр. 2

Глаза Джордан распахнулись, и понадобилось пару минут прежде, чем ее мозг достаточно прояснился, и она смогла осознать, что же случилось. Перед глазами все плыло, а в ушах звенело от взрыва. Она лежала наполовину в кабине, наполовину свешиваясь из разбитого окна, удерживаясь на месте лишь благодаря ремню безопасности перевернутого автомобиля.

Ее голова раскалывалась от боли, и Джордан чертовски обрадовалась тому, что надела шлем, иначе боль была бы сильнее. Она знала, что нужно выбираться, но, когда попыталась двинуться, то едва сдержала крик. Задыхаясь, приложила дрожащую руку к животу и наткнулась на торчащий острый кусок металла.

Твою мать!

Раны на животе опасны... Она умрет, если ей не окажут помощь в ближайшее время.

Ее пронзила боль, когда Джордан повернула голову, чтобы оглядеться. Хотя боль была ужасной, она не шла ни в какое сравнение с тем, что она почувствовала, когда увидела Доббса на водительском сиденье — его глаза были широко открыты и уже остекленели. В горле пересохло, и пришлось откашляться прежде, чем заговорить, а это привело к новой волне боли в теле.

— Тэкс? Моррис?

Джордан повторила их имена еще несколько раз, услышав едва скрываемую панику в голосе. Когда Джордан услышала ответный стон от одного из мужчин позади, то на глаза навернулись слезы. Этот краткий миг счастья быстро сменился мукой, когда она снова повернула голову и увидела, что второй «Хаммер» был разорван на куски, а скелет автомобиля адски пылал.

Бл*ть... в той машине были четыре хороших человека, и теперь их не стало.

Запах бензина заставил Джордан сфокусироваться на собственном положении. Потом будет время оплакивать других. Она коснулась ремня безопасности, и приготовилась к боли, которая настигла ее, как только она отстегнулась. Джордан закричала, когда упала, — боль была настолько сильной, будто ей вырвали кишки.

Из раны шла кровь. Движение вызвало смещение металлических осколков, Джордан придержала их рукой. Второй — разорвала бандану, которую всегда носила в кармане, и прижала рану, чтобы остановить кровь. Временное решение не поможет надолго, но и это необходимо было сделать.

— Лут?

Джордан испытала облегчение при звуке голоса Калхуна, если это действительно был он.

—Тэкс! Ты в порядке?

Он застонал:

— Плечу п*здец, а нога истекает кровью, как резаная свинья. Голова болит, как сучка, но в целом я в порядке.

— Произошла утечка топлива. Убирайся оттуда! Немедленно.

— Понял. Моррис в обмороке. У него плохая рана на голове. Что насчет Доббса?

— Он не выжил.

— Черт. А с тобой все в порядке, Рэмси?

— До сих пор дышу... пока что, — сказала Джордан. Пока она выбиралась через разбитое окно, то порезала руки. Она потянула заднюю дверь, но удар заблокировал ее. — Эта дверь не откроется.

— Я могу вытащить его с этой стороны, — сказал Тэкс, и выбил ногой дверь.

Джордан слышала ругань Tэкса, когда он вытаскивал бесчувственное тело Морриса из автомобиля. Она убедилась, что двое мужчин освободились, и только тогда обошла автомобиль с другой стороны. Сил ее хватило ненадолго, и она поползла, но даже так через несколько футов она рухнула на землю.

— Лут? Рэмси? Черт побери, Джордан, ответь мне!

Джордан слышала Тэкса, но не могла заставить себя ответить. С другой стороны транспортного средства он звучал так далеко... Слишком далеко, чтобы услышать ее, даже если бы она смогла произнести что-то в ответ. Из последних сил Джордан перевернулась на спину, прикрыв глаза от яркого солнца в ясном небе и чувствуя, как жизнь утекает из нее.

Это был конец.

Джордан позволила себе поддаться апатии, которая переполняла ее. Там, где они находились, у нее не было шанса получить помощь, чтобы выжить. Не с такой раной. Они потеряли так много хороших людей, и ради чего, черт побери? Двое из ее мужчин еще могут вернуться, но она уже не попадет домой. Черт, ведь в действительности, у нее даже не было дома. Не было никого, кто бы скучал по ней, никого, кто бы оплакивал ее смерть на какой-то обочине у черта на куличках.

Надо же, это была чертовски удручающая мысль.

Ярко-красный свет за веками вдруг померк, и Джордан почувствовала, что кто-то склонился над ней. Это мог быть повстанец, который пришел убедиться в ее смерти. Когда не последовало ни болезненного удара, ни тычка, Джордан подумала, что, вероятно, это Тэкс. Она открыла глаза, собираясь попрощаться со своим другом, и моргнула в замешательстве.

Человек, стоящий над ней, был не Тэксом.

На самом деле, он и человеком-то не был.

Очертаниями фигуры он был похож на человека, но выглядел так, как будто был из воды или какой-нибудь другой жидкости, которая мерцала и колебалась в пределах границ своей формы. Джордан видела солнце сквозь прозрачное существо, но свет был приглушен, как будто она смотрела со дна бассейна.

Существо склонилось над Джордан, в которой любопытство боролось с безумием. Джордан как-то удалось поднять руку, и она ткнула его, с удивлением обнаружив, что существо было твердым... отчасти. Девушка увидела, как плоть прогнулась от давления, когда ее палец дотронулся до него. Существо заколыхалось, как пруд от брошенного камня. «Странно», — подумала девушка, когда ее рука опустилась обратно на землю.

Джордан слышала, как Тэкс что-то кричал, но она не могла различить слов. Звук привлек внимание существа, голова повернулась. Повернув голову, Джордан увидела еще одно существо, идущее к ним. Если первое существо, казалось, состоит из воды, то другой принял форму огня, когда шел сквозь ад, в который превратился второй Хаммер. «Вот же дерьмо!»

Галлюцинации. У нее были чертовы галлюцинации.

Джордан сдалась, закрыла глаза и позволила себе отключиться. Видимо, она была не из тех людей, которые видели, как их жизнь проносится перед глазами перед смертью. Нет, у нее вместо этого были глюки.

Твою мать, умирать действительно хреново.

Глава 2

Джордан проснулась в цепях. Она думала, что это был какой-то сумасшедший сон, но реальность оказалась гораздо хуже, чем любой кошмар, который она могла себе представить. Оглядевшись, Джордан обнаружила, что ее держат в какой-то крохотной клетке.

Слабые лучи солнца скользнули сквозь трещины в деревянных балках, образующих стены ее клетки. Первой мыслью было, что после взрыва джипа, ее взяли в плен, но хватило нескольких секунд, после которых, изучив окрестности, Джордан поняла, что находится в гораздо более глубоком дерьме, чем казалось на первый взгляд. Она была не в пустыне... по крайней мере, она была не в той пустыне, которую она когда-либо видела…. на планете Земля.

Медленно приподнявшись, она осмотрела свою тюрьму. Деревянные доски были насыщенного сине-сапфирового цвета, а грязный пол, на котором она сидела, пепельно-серым. На запястьях были черные стальные оковы, скрепленные вместе короткой цепью. Нет, она была не из стали. Это был другой материал, который был таким же прочным, но гибким и не повреждал ее кожу, когда она тянула за оковы.

Джордан была одета в платье кремового цвета, которое едва достигало середины бедра, и это было даже преувеличение. Оно было сшито из материала, легкого и мягкого, словно шепот, а лямки были настолько тонкие, что было удивительно, как это платье вообще держалось на ней. Воспоминания ожили перед глазами Джордан, как фильм на ускоренной перемотке. Руки подлетели к животу, пробежались по мягкому материалу платья и не почувствовали ничего, кроме гладкой кожи под ним.

Не было никаких следов травмы, и она чувствовала себя совершенно нормально... или настолько нормально, как это может быть в нынешних странных обстоятельствах. После того, как она потеряла сознание от потери крови, Джордан была уверена, что умерла, но она проснулась в какой-то медсанчасти, отличной от всего, что она когда-либо видела.

Память ее подводила, но она все же вспомнила, что очнулась в темно-серой комнате. Казалось, она лежит на какой-то каталке. Стоило шевельнуться, как ее пронзила боль, но это не было так плохо, как должно было быть, учитывая, насколько сильно она пострадала. Когда Джордан посмотрела вниз, то поняла, что она обнажена, а рана на животе скрыта странным гелеобразным веществом. Даже несмотря на благодарность за оказанную медицинскую помощь, Джордан по-прежнему хотела уйти оттуда, где бы, черт возьми, она ни находилась.

×