В оковах твоей Тьмы. Книга 1 (СИ), стр. 2

Не так давно отгремели новогодние праздники. Ничего не напоминает больше о тех днях, наполненных предвкушением, знакомым всем людям независимо от возраста. Из года в год в это волшебное время ждут чуда даже самые заядлые скептики. Но проходит праздник, который для некоторых длится с 31 декабря по 14 января, и каждый осознает одну простую истину: нас опять кинули. Причем кинул абстрактный "кто-то", а не собственное воображение, зеленый змий или непростительная детская наивность.

Эти обрывочные мысли успевают пронестись в еще не окончательно проснувшемся сознании Аси Евтеевой, пока на плите закипает расписной чайник со сломанным свистком. Рисунок в виде сочной земляники на эмалированной поверхности весь в едва заметных сколах. Выглядит так же грустно, как и пейзаж за окном. Как и вся ее жизнь за последние лет десять. И - она уже давно с этим смирилась - впереди такие же года одиночества и отчаяния.

На сковороде шипит яичница. Два разбитых на горячую поверхность яйца. Когда-то Ася покупала забавные формы в виде сердец и звезд, чтобы придать банальному блюду вид практически ресторанной подачи. Кулинарные книги были затерты до дыр, все рецепты с их страниц неоднократно опробованы и усовершенствованы. Так хотелось надеяться и верить, что подобное рвение оценят по достоинству, раз уж ее саму привыкли ни в грош не ставить. И она поверила в то, во что хотела верить.

Тогда еще не было у нее той работы, что сейчас. Интересной, требующей сил и свободного времени, надо признать, но творческой, что с лихвой компенсировало все эти трудности. Нет, это не означает, что она, Ася, могла позволить себе сложить руки и наслаждаться ролью домохозяйки. Вовсе нет.

Кипящий пар поднял крышку чайника, вода с шипением побежала на плиту, едва не загасив газовые горелки. Ася прогнала отголоски своего прошлого, которое ей так хотелось забыть.

…Лестничный пролет и площадка с квартирами в элитной двенадцатиэтажке в центре города. Холодная и грязная вода с примесью хлорки разъедает руки, дешевый силиконовый крем не спасает. Не полагается ей перчаток, самой обычной грубо сколоченной швабры и моющего средства. Как и возможности мыть полы стоя, а не ползать на коленях с рваной тряпкой. Может, домоуправление пересмотрело бы свою позицию по поводу инвентаря для уборки, если бы кто-то из жильцов пожаловался на оскорбляющую их эстетически картину или просто задал резонный вопрос: «Куда идут наши немалые взносы, а особенно касаемо пункта "уборка?». Но с трех часов ночи до пяти утра жители элитного комплекса, как правило, спали.

Ася же тогда практически забыла, что такое сон. Она ложится спать не раньше полуночи. Славик на все ее просьбы сделать звук потише врубает его на полную мощность с выражением высочайшего презрения на лице. Молодая женщина знает по именам всех футболистов каждой команды. Не потому, что любит этот вид спорта или хочет подстроиться под вкусы своего супруга. Ей просто не оставили другого выбора - надо заснуть любой ценой. Иначе двух часов на сон, и тех лишат...

Ася не любит об этом вспоминать. Клянет свою безропотность и низкую самооценку, которая когда-то обрекла ее на подобное. И не признается сама себе, что сейчас, помимо работы, мало что в жизни изменилось.

За окном еще темно. Стрелка на часах приближается к цифре шесть. Чай засыпан в кружку, залит кипятком. Ася пытается нарисовать кетчупом улыбку на белом фоне своего нехитрого завтрака, но получается вымученный оскал неведомого чудовища с круглыми желтыми зенками...

Ей хочется расплакаться. Непозволительная роскошь, которую она запретила себе давным-давно. Но скупая слезинка все-таки срывается на клеенчатую скатерть, прежде чем женщина успевает понять, что же произошло...

Рывок в сторону навесного шкафчика с расшатанной дверцей на сломанной петле. Больше года при живом и в меру упитанном хозяине в доме такая вот разруха. Ася старается не думать о треклятом шкафчике, достает наполовину пустую коробку конфет "Вишня в коньяке" и жует сразу несколько подряд, не прочувствовав вкуса. Она бы с большей охотой выпила коньяка без шоколада, но мысль о том, что этот прием "успокоительного" придется на начало рабочего дня, вызывает чувство стыда. Конфеты так конфеты. Серотонин в шоколаде. Легальный самообман.

Славик снова не ночевал дома. Уже в который раз за последний месяц. Раньше Ася обрывала телефон, но после последнего разноса от сожителя перестала это делать. Потому что он в совершенстве владел умением затрахать мозги так, что извинялась в итоге она сама. Глотала слезы и просила прощения за то, что позвонила то ли в момент разгрузки танкера, то ли поимки особо опасного преступника, то ли секретного совещания, чем навлекла на благоверного недовольство дракона-директора. Вот и этой ночью, вместо того чтобы звонить и униженно выпытывать, а не придет ли Слава ночевать, готовила котлеты по-киевски и даже не прикоснулась ни к одной из них. Славик будет недоволен...

Ее рабочий день начинается в девять утра. Час на привести себя в порядок и одеться - ей его хватало с лихвой. Душ. Попытка придать тонким светлым волосам объем из года в год терпит фиаско. Светлый блеск для губ и темная линия контурного карандаша, чтобы подчеркнуть серые глаза. Капелька недорогого парфюма, которому уже три года, Ася его экономит.

Поскольку Слава не ночевал дома, ее деловой костюм в отличном состоянии. Не примят вещами мужа, которые тот просто запихивает кулем в шкаф, чтобы утром о них не спотыкаться.

Тонкие телесные колготки. Осталось всего две пачки. Придется купить еще, дресс-код обязывает. Слава будет орать. Несколько упаковок пропадут. Знакомая ситуация. Он скажет, что сжег их или спустил в унитаз. Куда же они денутся на самом деле? Ася не дура. И не пофигистка. Ася мечтательница, и в этих фантазиях нет места любовнице, которой и достались ее колготки. Скорее, это в магазине обсчитали или же она заказала восемь вместо десяти...

На улице уже светло, когда девушка выходит из подъезда. Смущенно кивает соседу, который собирается везти дочурку в детский сад, а сейчас завязывает ей под подбородком веревочки шапочки, пока маленькая Мила недовольно морщит нос и топает ножками. У Алексея джип. Милочка ходит в частный детский сад, который расположен всего в квартале от места Асиной работы. Но проще откусить себе язык, чем набраться смелости и попросить этого, в общем-то, приятного мужчину довезти ее до работы. Ася не любит обременять людей просьбами.

На автобусной остановке знакомая картина. Бабушки опаздывают на базар. Растолкав локтями всех, кто спешит на работу, они первыми прорываются к подъехавшему автобусу, и в салоне резко превращаются в несчастных созданий, которым только черствый дикарь не уступит место. А если этих самых непробиваемых окажется больше, чем пенсионерок, можно услышать трехэтажный мат, проклятия, обвинения родителей в плохом воспитании таких вот бесчувственных хамов.

Ася практически всегда виснет на ступеньке. Прижимает к себе сумку, как родного ребенка, чтобы не порезали и не вытащили кошелек. Полчаса до станции метро, там почти все выходят. В метрополитене шумно и давка, но не так ужасно, как в автобусе. На следующей станции переход на другую линию, вагон частично пустеет. Можно присесть и с условным комфортом доехать до офиса.

До начала рабочего дня еще пятнадцать минут, когда Ася поправляет сбившийся на шее шарф и поднимает голову вверх.

Величественное стеклянное здание "Офис-Плаза" в 24 этажа. Зеркальные стекла отражают серое, неприветливое январское небо утреннего мегаполиса. Двери-вертушки впускают и выпускают стайки деловой элиты города с кейсами. Эти шибко деловые от своей значимости особи не отрывают от ушей телефоны. Впервые за сегодня Ася непроизвольно улыбается.

«Ты менеджер среднего звена. Ты не работаешь "в". Ты работаешь «на»...

Сотрудники десятка офисов пьют кофе, курят и переговариваются. Ася проходит мимо, в холле наконец-то развязывает шарф, вызывает лифт. Ее альма-матер, если можно так назвать крупнейшее пиар-агенство города, занимает девятый и десятый этажи. Девятый - отделы верстки, фото- и видеостудии, десятый - царство высшего руководства и приближенных работников, к которым теперь относится она, Ася. Это самое большое и едва ли не единственное достижение за всю ее жизнь.

×