Проклятие. Отверженные (СИ), стр. 2

«Spektr- Antidot: А на их долю, все равно, выпадает, еще множество страданий… я сочувствую людям, не способным понять даже этого»

«Antidot- Spektr: Страх превращает людей в безмозглое стадо, которое не видит дальше своего носа. Он же порождает и ненависть. Мы боимся того, чего не способны понять или же подчинить»

Звон разбивающихся капель все отчетливее раздавался в моей голове, глаза слипались, а веки казалось, становятся все тяжелее. Даже горячий кофе перестал бодрить.

«Arhivarius-Spektr: Проклятое поколение создали мы — люди. Уже бессмысленно рассуждать о гуманности. Они могут стать хорошим подспорьем в войне, в руках тех, кто сможет держать их под контролем. Сейчас самое главное покончить с этой войной, не важно, каким образом. Тогда почему бы не использовать их? При правильном подходе эти дети смогут выполнить свое предназначение, и в будущем вполне смогут стать нормальными членами общества, которых не будут бояться. Сейчас они лишь озлобленные на всех звери, с колоссальной силой в руках. Но однажды они вырастут, станут более сговорчивыми и возможно даже поймут тех, кто дал им их силу»

«Spektr- Arhivarius: Вы действительно так считаете? В ваших словах действительно есть смысл. Но почему вы решили, что с возрастом ненависть и озлобленность пропадет из сердец этих детей?»

«Arhivarius-Spektr: Потому, что в ином случае человечество, каким мы его знаем, просуществует не долго. Ведь за каждый грех нас ждет кара. Возможно, мы создали тех, кто однажды оставит нас, как вид, в прошлом, и займет наше место»

Заряд ноутбука закончился, и он тут же вырубился. Но меня это уже не волновало. Веки стали неподъемными, и я поддался дрёме, сложив руки на столе и уснув чуть раньше, чем выключился ноут.

Рев проезжающих мимо дома машин, крики до сих пор отмечающих что-то соседей, все это заглушала ритмичная, казалось бесконечная соната, проливного дождя.

Глава 2

Возвращаясь домой после ночного дежурства в супермаркете, я решил немного прогуляться по оживленным улицам моего родного города. «Ост». Не имею ни малейшего понятия о том, кто решил назвать так город. Да и разве это имеет хоть какое-то значение? Скажу лишь то, что это кипящий жизнью городок с населением около миллиона человек.

Я снимаю однушку в доме на улице Гагарина с литерой «2б». Обычный девятиэтажный дом. Ну а я устроился на его шестом этаже, в двадцать второй квартире. Кроме подработки охранником в супермаркете неподалеку, я еще пишу статейки для местной газеты «Ост-экспресс». Платят, конечно, немного, но на жизнь хватает.

Война еще не добралась до этого города, так, что пока мне еще позволено наслаждаться мирной жизнью. Только вот никто точно не знает, сколько еще будет длиться это затишье…

Человек я, как вы поняли не особо общительный, так что друзей у меня немного. Один из них Виктор Молчанов. Мой ровесник и штатный журналист все того же «Ост-экспресса». К слову, там мы и познакомились. Помнится, он тогда писал о набиравшей в то время популярность секте «Длань света». Точнее о загадочных смертях её членов. Тела без признаков насильственной смерти находили по всему городу, а врачи тогда лишь разводили руками, ссылаясь на беспричинную остановку сердца. Полиция так и не смогла ничего обнаружить.

С того времени «Длань света» разрослась до целого культа, который пришлось признать даже властям. Она начала оказывать воздействие на различные сферы жизни города и быстро получила в нем влияние.

Про эту секту ходило много невероятных слухов. Говорили, что их лидер — Крупский Сергей Альбертович со своими приближенными смогли пленить некое существо, которое для удобства нарекли «ангелом». Они якобы используют его силу для своих дел.

— Исход близится и вскоре начнется священная последняя война, в которой выживут лишь избранные. Остальных же ждет кара от меча демона — часто повторял Крупский, выступая на ТВ.

Его последователи ходили по домам, приставали к вам в метро, звонили на телефон. Из-за такой вот навязчивости на них нередко жаловались полиции. Но прижатая Крупским правоохранительная структура могла лишь ненадолго задержать прилипал, после чего их забирал кто-нибудь из уполномоченных культа.

До сих пор не пойму, как так вышло. Но этот «мессия» нового мира стал влиятельным политиком, которому никто не мог долго противостоять. Одни принимали его сторону, а другие просто исчезали без следа.

Число сторонников Крупского быстро росло. В чем же секрет? Невообразимая харизма? Талант оратора? Как бы то ни было, пророк стремительно набирал высоту.

— Я снова занялся той историей — обмолвился со мной Витек Молчанов, когда мы спустя долгое время встретились и выпивали в нашей любимой забегаловке «У Эльзы».

Простой бар, в не совсем обычном стиле. Обстановка внутри напоминала собой средневековый трактир, усеянный массивными дубовыми столами. Зал, наполненный запахом табачного дыма, пива и винных паров, в сочетании с живой музыкой и приглушенным освещением создавали поистине неповторимую обстановку. Всегда улыбающиеся красотки-официантки в разнообразных нарядах, сшитых самой хозяйкой пивнушки, изо всех сил старались услужить посетителям, преобладающее число которых были мужчинами.

Заведение быстро заслужило любовь и признание у местных жителей, которые каждый вечер приходили сюда, чтобы выпить, расслабиться или же просто отвести душу за приятной беседой, наблюдая при этом за работой красавиц.

— Какой историей? — не сразу понял я собутыльника, решив, что ему, наверное, уже пора завязывать с выпивкой. Мне не очень хотелось, нести его, потом домой.

— О секте той — тихо прошептал Витя, предварительно осмотревшись, не греет ли кто рядом уши. Выражение его лица стало куда серьезнее, а взгляд будто пронзал меня насквозь.

— И на кой черт, оно тебе нужно? Зачем снова лезть в это дело?

— Это все мое чутье. Я знаю — там точно есть сенсация. Да и кое- кто из оставшихся противников Крупского пообещал неплохо поблагодарить за любую компрометирующую старика информацию.

А… так значит дело все-таки в наживе.

Немного расслабившись после слов друга — сделал из кружки глоток пива. Я подозревал, к чему клонит мой товарищ, и если уж мне все-таки предстоит в этом поучаствовать, то не хотелось бы делать это за «спасибо».

— Ну а причем здесь я? — спросил я, в принципе догадываясь о том, куда дальше заведет этот разговор.

Скажу откровенно: Лучше бы я не понимал, о чем он. Затея не нравилась мне с самого начала. И с каждой минутой уверенности в том, что мне не захочется в ней участвовать, становилось все больше.

— Андрюх, я хочу, чтобы ты помог мне. Пособирай информацию изнутри.

— Отказываюсь — решительно отрезал я — Не впутывай меня во что-то опасное. Неужели ты позвал меня сюда, лишь за этим?

— Да нет, мне и правда, хотелось увидеться — поспешил переубедить меня собеседник — Андрюха! Я бы сам это сделал. Но ты же знаешь, я в последний раз там так нашумел, что меня теперь каждая собака в секте знает.

Я выглянул в окно. Укрытый темной пеленой забытый город, омывался проливным дождем. Порывистый ветер подобно дыханию улиц вторил моему собственному. Ночной город по-своему прекрасен. Освещенный, редкими фонарными столбами он излучал спокойствие. Чувствовалось медленное размеренное течение времени. Оно казалось, текло сквозь пальцы подобно песку. И не существовало ничего, что было бы способно разрушить эту гармонию. Ничего, кроме скорого восхода солнца. Ведь вместе с ним тысячи людей выйдут из своих домов и снова бросятся в погоню за упущенным временем.

Такая жизнь не для меня. Ведь однажды, когда уже будет слишком поздно, ты внезапно очнешься и поймешь, сколько всего пропустил в этой бессмысленной гонке. Как прекрасен порыв осеннего ветра, кружащий в причудливом танце опадающую листву. Всю красоту солнца, что на закате своими лучами, подобно художнику с кистью, расписывает багровым узором зеркальную морскую гладь. Усеянное алмазной россыпью, безмятежное ночное небо. А ведь все эти чудеса совсем рядом. Нужно просто остановиться и посмотреть вокруг.

×