Утро вечера мудренее (СИ), стр. 1

========== Пролог ==========

- Эстебан, прекрати красоваться перед зеркалом. Тебя вызывает правитель.

- Меня всегда вызывает правитель, - вампир еще раз взглянул, изогнувшись самым немыслимым образом, хорошо ли сидит камзол на его спине, затем убедился, что зубы безукоризненно сияют при малейшем попадании света на них, после чего придирчиво поправил пару прядей в своей прическе, изображающей модную ныне в столице «романтическую гриву». И в завершение взмахнул пуховкой, нанося искристую жемчужную пудру, модную в этом сезоне при дворе, на фарфоровую, безукоризненной белизны кожу.

Посыльный, личный королевский гуль, а государь доверял любые личные поручения только своим собственным рабам, сделал вид, что его крайне интересует лепнина на потолке покоев графа. Именно такой титул носил при дворе Великолепный и никто из придворных, кто был знаком с Эстебаном, не смел даже усомниться в том, что он, первый повеса, дуэлянт и дамский угодник, попросту прожигает время и родительское довольствие, фактически кочуя от одного королевского двора к другому. Причем кругом его, не слишком умного, наивного в чем-то, но элегантного, обаятельного и богатого, принимали с распростертыми объятиями. Хоть у гномов, хоть у эльфов, хоть у темной нежити, даже у демонов. Людей в этом мире почти не осталось в чистом виде, они давно в той или иной мере смешались с магическими народами, исключение составляла только Империя, но она находилась за горами и в состоянии войны с демонами. А потому с ней никто не связывался, чтобы не противопоставлять себя негласным владыкам этого мира - демонам. Пусть те и играли в «демократию», позволяя самостоятельно существовать другим королевствам. Самыми близкими по происхождению людям, были, пожалуй, дворфы или гномы, как их именовали в просторечье, хотя и их людьми нельзя было назвать даже с натяжкой. В нынешнем раскладе примесью человеческой крови, пожалуй, гордились, а не стеснялись. Это давало гарантию возможности завести потомство даже нежити. А вампиры, с небольшой поправкой, именно к ней и относились.

Зато других рас в этом мире хватало, и каждый народ ратовал за суверенитет и непременное равноправие, имел свое королевство или хотя бы княжество, как те же орки, к примеру. И кругом Эстебана Великолепного принимали с удовольствием, несмотря на то, что он относился к не самой популярной расе Амадеума - вампирам. Более них, наверное, не любили только представителей темной нежити и демонов.

Наконец посыльный гуль не выдержал и вышел. После того, как дверь закрылась, граф небрежно подхватил перчатки, веер и, наконец, под насмешливым взглядом своей сестрицы Изольды Кровавой, направился к выходу. У самых дверей он на минуту задержался, быстро оглянулся и показал аристократке язык. Та поперхнулась вином с толикой крови, которое в этот момент пила, смакуя.

Эстебан мгновенно покинул комнаты.

- Ну что же… веди меня, голубчик, - небрежно бросил он личному гулю короля, пришедшему за ним.

Тот степенно поклонился и устремился вперед по сумрачным коридорам резиденции короля вампиров Влада ХХ, Неустрашимого.

Изредка их стремительное следование внезапно прерывалось на раскланивания графа с прекрасными дамами двора, прогуливающимися по галереям, и благородными вампирами королевской свиты, а так же королевскими гостями и теми, кто прибыл сюда по делам. Все были не прочь показать свое расположение Великолепному, а почему бы и не показать? При всей глупости и поверхностности, Эстебан был великолепным дуэлянтом, сильным магваром и просто очень богатым вампиром древнего благородного рода. Тем более что Великолепный был очень и очень красив и ему благоволил сам король Влад, что дорого стоило.

Он считался при любом дворе весьма завидной партией, хотя был третьим сыном своего отца, но зато наследником его младшего мужа, от которого и получил собственно титул и небольшое состояние, давно любовно приумноженное. Хотя никто точно не знал, во сколько раз. Поэтому многие дамы и кавалеры средней руки не отбросили мысль заполучить его себе в супруги. Аристократы высокого круга раздумывали на эти темы, желая его в качестве временного возлюбленного. Но на интрижки Эстебан не разменивался, кажется, просто не воспринимая намеков со стороны приближенных короля. Самые умные и дальновидные и не старались затянуть вампира в свою постель как раз по этой причине, подозревая интерес к нему самого короля. А тот славился ревнивым нравом и быстротой расправ.

Некоторые завидовали, а некоторые искренне жалели отца Эстебана, его старших братьев и сестру в разговорах у каминов. Но как говорится – в семье не без урода. В данном случае… дурака. Ведь вампиры по своей природе хищные, хитрые и умные твари. Едва ли не самые коварные и жестокие среди рас, соединенных королевств Амадеума, исключая демонов, а тут… удивительная наивность и простота, но, как говорится – дуракам везет.

Поэтому все считали Эстебана находящимся под покровительством богини Крови, такое порой бывало, вероятно, она простирала свое крыло над подобными … вырождениями, дабы уравновесить коварство детей своих. Эстебан был настоящим везунчиком, и при дворе давно перестали с ним бороться, заведомо зная о своем глупом проигрыше в любых интригах и заговорах.

Впрочем, его слава «странного вампира» снискала ему определенное имя при дворах других народов, где он был всегда желанен. Единственно, что огорчало всех, Эстебан был преданно влюблен в свою троюродную кузину, баронессу АрИю Алоглазую.

И был патологически, до тошноты, ей верен. Что тоже было странно как для вампира, так, тем более, для придворного.

Хотя сама баронесса Ария слыла крайне холодной и расчетливой дамой высшего вампирского света. И, похоже, замуж за своего нареченного воздыхателя «со странностями» не спешила по всеобщему мнению. Однако самых ярых соперниц могла убрать недрогнувшей рукой со своей дороги. Просто из принципа, и «во имя доброй черной славы». Она-то была истинной вампиршей и никакими «странностями» не страдала.

Но все знали, что Эстебан преданно следовал за своей любовью и всегда выручал интриганку. А она частенько попадала в крайне двусмысленные ситуации. Ее даже подозревали в шпионаже для вампирской короны, что для дамы ее статуса и происхождения было несколько …. моветоном. Нет, в том, что она шпионила, никто не сомневался, и это не вменялось ей в вину. Никто из вампиров не отказывался от получения информации любым путем, но вот что она попадалась… И хотя в глаза именовали «Леди», но за спиной покачивали головами с сомнением и толикой издевки. И лишь чистая и совершенно слепая любовь Эстебана пока спасала ее имя. Все не вампиры после очередного скандала покачивали головами и утверждали; если уж Эстебан находит что любить в этой вампирше, то, наверное, что-то хорошее и достойное в ней точно есть. Много раз ему пытались открыть глаза на ее измены и интриги, нечистоплотность в сделках, но всегда та умудрялась вывернуться из обвинений, а Эстебан радовался, точно ребенок, тому, что обвинения оказались «обычной ошибкой, с кем не бывает».

Всего-то за какие-то два часа Великолепный с провожатым, наконец, преодолели путь, на который нормальный вампир потратил бы полчаса максимум, и то только потому, что все же дворец был не мал. Но даже тут богиня соизволила доказать, сколь она благоволит Великолепному. И граф небрежно бросил в какой-то момент, раздраженному постоянными задержками гулю, при этом ловко подхватывая «случайно» встреченного на пути к своим покоям, герцога Адамаса Злого под локоть, «что им следует немного изменить маршрут».

Ибо Адамас отвечал за королевский стол, и граф предложил зайти на кухню. Видите ли, он совсем забыл, что туда собирался уже два дня! А вот увидел герцога и внезапно вспомнил, что следует передать рецепт приготовления фирменного десерта, привезенного им специально для короля от главного повара короля дроу.

Граф поведал, что блюдо весьма понравилось королю во время визита, на что герцог ответил, закатывая глаза, что непременно это надо сделать немедленно, пока граф его не потерял среди любовных записок, конечно герцог шутил, он спешил, но знал, что Эстебану лучше не перечить. Тот все равно не поймет тонкости придворного юмора, как и знаков симпатии, на него направленных. Порой Эстебан был наивен, точно новообращенный птенец. На эти темы тоже любили пройтись придворные. При внешней привлекательности вампира и его столь аппетитной магической силе, он совершенно не понимал порой намеков, которые частенько ему авансировали придворные щеголи. Герцог невольно вздохнул, а ведь наверняка секс с Эстебаном должен был быть великолепен при взаимном обмене кровью и магией. Ммм…

×