Досье Госпожи (ЛП), стр. 1

Тиффани Райз

Досье Госпожи

Серия: Грешники - 3,5

Перевод: Skalapendra

Сверка: helenaposad

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Eva_Ber

Дело Актрисы

Автор: Нора Сатерлин

Я пишу эту историю по одной единственной причине - Кингсли заплатил мне. Ну, еще и приказал. И еще он великолепен, а у меня проблема - я не могу сказать "нет", когда он дуется. Ладно, может у меня больше чем одна причина сделать это.

Но, тем не менее, я не хочу этого делать.

Кингсли, ты хоть представляешь, насколько написание профайлов клиентов - масштабная и неприятная работа? Ты знаешь, сколько у меня клиентов? И нет, я не разговариваю с тобой, пока ты читаешь через мое плечо то, что я пишу.

А поскольку ты читаешь через мое плечо, я воспользуюсь каждой подвернувшейся возможностью тебя оскорбить. Я знаю, ты хочешь, чтобы я написала эти досье "чтобы̀ другиѐ Доминанты̀ могли учиться̀ у меня и "как лучшѐ обращаться̀ с клиентамѝ..." И да, ты так говоришь, по-французски. А теперь перестань дышать мне в ухо и дай спокойно писать. Я буду называть настоящие имена. Позже можешь попросить Джульетту изменить их.

О, и я специально использую стиль сэра Артура Конан Дойла в названии, и, если ты изменишь его, я разожгу в твоей кровати огонь. И на этот раз не в хорошем смысле.

Клиент: Шеридан Стратфорд, 23 года.

Профессия: Актриса, в настоящее время снимается в «Имперском городе» в роли невинной дочери коррумпированного миллиардера. Она известна прессе как «Любимица Америки» из-за ее небольшого роста, невинной внешности и натуральных светлых волос. Однако, она далеко не невинна. Спасибо тебе Господи.

Предпочтения: сабмиссив.

Сексуальная ориентация: гетеро, но уступчивая.

Фетиши: Мужские деловые костюмы, чем дороже, тем лучше.

Шеридан не привлекают женщины, но у нее проблема, разрешить которую она не могла позволить мужчине. Возможно, причиной тому и стал мужчина. Я женщина. Трудно скрыть этот факт - 4 размер, большое спасибо матушке-природе, но я отлично перевоплощаюсь, и только Кингсли выглядит лучше меня в костюме-тройке. Этот парень раздражает меня почти каждый день, но признаюсь первой, Лягушка на самом деле Принц.

И этот осел должен лучше заботиться о своей лучшей Доминатрикс и каждый день кормить ее шоколадом и мартини. (Я знаю, ты все еще читаешь через плечо, Кингсли. Уходи. Разве тебе не пора насиловать свою секретаршу или что-то в этом роде?)

Но вернемся к делу. Шеридан. Ах... Шеридан. Доминанты берите на заметку - ужасная идея влюбляться в своих клиентов. Ужасная. Запретная. Даже не думайте об этом.

Только если вы - это я. Мне можно. Но только чуть-чуть. Вы не станете меня осуждать, когда увидите эту девочку. Ой, погодите. Ее показывают по телевизору. Вы видели ее, поэтому понимаете. Маленькая прекрасная дюймовочка двадцати лет, ей едва дашь восемнадцать. Настолько миниатюрная и хрупкая, она словно хрустальный цветок, который хочется держать на ладони и смотреть на каждую изящную линию, пока вы не сожмете ладонь и не раздавите ее на тысячу кусочков.

Простите. Думаю, у меня только что был оргазм.

Вернемся к Шеридан. Люблю эту девочку. А как не любить? Она почти дрожала, когда я впервые увидела ее на крыше особняка Кингсли в зимнем саду с подсвечником в руках...

Знаете, думаю, я начинаю вплетать интригу в свою работу. Только представьте, Интрига будет намного более интересной и темной игрой, если она будет о сексуальном преступлении, а не об убийстве.

Снова отступление. Простите. Я слишком многословна, ведя повествование от первого лица, поэтому мне не стоит писать. Давайте исправим это.

Дорогой читатель, просто представьте Шеридан Стратфорд - дебютантку с Бродвея, милую звезду маленького экрана, сидящую на антикварной софе в лунном свете в зимнем саду на крыше особняка на Манхеттене. Серебряное струящееся платье, босоножки на шпильках с тонкими ремешками, переплетающиеся на лодыжках, длинные светлые волосы собраны в пучок, широко раскрытые напуганные глаза.

Напуганные, но смелые.

Это и есть моя девочка.

Первая сессия.

Шеридан шептала что-то в бокал вина и то, что она шептала Госпожа никогда не узнает. "Помогите" возможно. "Что я здесь делаю?" - может быть. Шеридан сделала пару глотков, прежде чем поставить бокал на стол, рядом с вазой белых орхидей. Госпожа просто ждала в тени дверного проема и наблюдала за ней, пытаясь прочитать язык тела девушки. Плечи ссутулены, голова опущена, ноги постоянно в движении, даже когда она сидит. Госпожа поняла два факта по движениям Шеридан: один - достоверный, второй - ужасающий. Девушка была в ужасе. По-настоящему. И девушке было стыдно.

Очень.

От Кингсли Госпожа узнала, почему Шеридан пришла к ним. Но ее мотивы были не так важны. Клиенты приходили отовсюду. Они были кем угодно. У каждого были свои причины прихода в Преисподнюю.

Моя жена не хочет связывать меня...

Мой парень не знает, как правильно прикасаться ко мне...

Мама говорит, что я больной...

Мне снятся эти сны каждую ночь безостановочно...

Мне нужна боль, иначе я не смогу кончить...

Меня нужно наказать, чтобы я чувствовала себя любимой...

Тысяча причин, которые можно свести воедино, вытеснить лишнее и выделить одну настоящую из двух...

Я здесь, потому что хочу этого.

Я здесь, потому что мне это нужно.

Госпожа не была проституткой. Она никогда не позволяла клиентам прикасаться к ней, никогда не позволяла клиентам проникать в нее. Проникать в ее тело. Иногда, в редких случаях, если клиент был исключительно красив, или особенно сломлен, тогда Госпожа позволяла клиенту проникать в ее сердце.

Шеридан обладала богатством от актерской карьеры, а богатство означает власть. Но она была беспомощной маленькой девочкой, которая сегодня сидела под стеклянной крышей. И когда нежный лепесток одной из орхидей слетел с цветка и приземлился на пол, Шеридан встала и подошла к раковине, вылила вино из своего бокала и наполнила его холодной водой, затем вылила ее в растение.

Госпожа улыбнулась, вспомнив, как Шеридан превратила вино в воду, чтобы напоить увядающий цветок, который она никогда прежде не видела. Именно в тот момент Шеридан впервые пробралась в сердце Госпожи.

Порывшись в кармане, Госпожа нашла свою серебряную зажигалку и поднесла сигарету к губам. Она открыла ее, зажигая пламя. Шеридан ахнула от внезапного звука и повернулась так быстро, что выронила пустой бокал на пол, где тот разлетелся на тысячи сверкающих осколков.

- О, Боже. Простите, - сказала Шеридан, прижав ладонь к краснеющему лбу. Она начала собирать осколки на полу, ее лицо выражало полнейший шок и ненависть к самой себе. Видеть такое отвращение на этом прекрасном личике разбивало сердце Госпоже. Тотчас же она решила навсегда стереть стыд с этого лица.

Госпожа не шелохнулась. Не важно, что произошло, не важно насколько эмоционален клиент, Госпожа давно усвоила, что она должна сохранять спокойствие в любой ситуации. Даже когда клиент выкрикивает ругательства на немецком, пока она порет его розгами, она должна быть спокойна внутри, умиротворена и всегда сдержана. Клиенты не просто платят за это, они заслуживают этого.

Шеридан в ужасе посмотрела на разбитое стекло, Госпожа поднесла зажигалку к кончику сигареты, и зажгла ее, выходя из тени.

- Оставь, - приказала Госпожа. - Это лишь бокал. У Кингсли их миллион.

- Я заплачу за него, мэм. Обещаю.

- Ты не будешь этого делать. Я заставлю его заплатить за то, что он посмел дать тебе такой хрупкий бокал. А теперь иди. Сядь там и забудь о бокале.

Госпожа кивнула в сторону кушетки у стены зимнего сада. Оттуда открывался вид на тысячи окон, из который струился искусственный свет, подсвечивающий лунный Манхеттен.

×