Герой (ЛП), стр. 68

— В чём дело? — спрашивает она, когда я замолкаю.

— Норман скончался.

— Кельвин, — шепчет она.

— Не думаю, что он видел меня прежним после твоего отъезда из поместья. Ему было тяжело на это смотреть. Он не бросил меня, а вместо этого умер.

Кейтлин прижимается к моей спине и обвивает меня своими руками.

— Нужно прекратить винить себя за всё, — тихо произносит она. — Норман любил тебя. И я простила. Он видит, что ты пытаешься быть лучше, и тоже тебя прощает.

— Ты всё ещё веришь, — произношу я. — Даже когда потеряла так много.

Она потирает мой живот ладонями.

— Может быть, я была тебе послана. Возможно, это всё был Божий замысел.

Её слова посылают мурашки по моей коже. Я продукт науки, в моём мире нет места религии. Но если Бог существует, то он не позволит мне и близко подойти к драгоценным вратам. Но Кейтлин всё ещё здесь и думает, что я могу быть прощён. Накрываю её руки и обнимаю себя ими ещё крепче.

Ты спасаешь меня, — мурлычу я, качая головой. — Это несёт в себе столько грёбаного смысла. Не считая тебя, в этом мире нет человека, который мог бы спасти меня.

Она дёргается и всхлипывает.

— Я была одинока всю свою жизнь, — шепчет она.

— Я был здесь.

— Но не так, как сейчас. Скажи мне, что не уйдёшь. Я хочу любить тебя, Кельвин. Могу ли я делать это? Ты позволишь мне? Больше не хочу жить в одиночестве.

Я так хочу, чтобы она сказала, что не может жить без меня и я единственный, кого она когда-либо хотела. Но возьму лишь то, что могу взять, а нежелание быть одиноким — это возможность кого-то любить. Хоть и люблю я её не так. Моё существование зависит от неё так же, как и мой следующий вдох. Я люблю её как нечто, необходимое для меня, как что-то, без чего не смогу жить.

Я разворачиваюсь в её объятиях и крепко прижимаю к себе, словно она изгоняет то, что живёт во мне. Не знаю, это слёзы горя или счастья, но я покорно смахиваю их.

Мои пальцы погружаются в её волосы так глубоко, насколько позволяют её запутавшиеся пряди.

— Ты не одинока, — мурлычу я. — Теперь я здесь.

Кейтлин пытается отодвинуться, но без особого сопротивления мне удаётся вновь крепко прижать её к себе. Она смотрит на мою грудь.

— С чего нам вообще стоит начать, Кельвин?

Я жду, когда её глубокие серо-голубые глаза посмотрят на меня так, словно всегда меня искали.

И улыбаюсь:

— Давай начнём с завтрака.

КОНЕЦ.

×