Идеальный брак, стр. 49

– Подойди ко мне, – сказал граф, поднимаясь на ноги и отодвигая стул, – ты больше не одна.

Абигайль взглянула на мужа через плечо.

– Я думала, что ни одна душа не знает мою тайну, считала, что отец и мать унесли ее с собой в могилу. Но он успел рассказать Рейчел, и она собирается прийти к тебе за двумя тысячами фунтов в конце недели, Майлз. Если она не получит денег, мой секрет узнает весь мир.

– Эбби… – начал граф, подходя к жене.

– Не прикасайся ко мне, – почти крикнула она. – Пожалуйста, не делай этого. Я куда-нибудь уйду. Не знаю куда, но скоро что-нибудь придумаю. У меня осталось немного денег из тех шести тысяч. Еще две недели назад такая сумма была для меня целым состоянием, так что я смогу…

– Эбби, – резко прервал ее граф, схватив за руку и резко притянув к себе, – что за чушь ты несешь? Немедленно прекрати.

– Я не должна была так поступать, – продолжала каяться Абигайль. – Не поддайся я искушению, я не решилась бы. Но это было сильнее меня, Майлз. Ты представить себе не можешь, что значит быть на грани нищеты, боясь даже надеяться на помощь, и вдруг получить возможность стать графиней и выйти замуж за человека богатого, как Крез. Но я не думала, что кто-то еще знает мою тайну, я даже не подозревала, что Рейчел жива. Я переборола бы себя, если бы знала, что кто-то способен нанести тебе такой удар. Я обязательно переборола бы себя, верь мне. Я понимаю, что поступила ужасно, что я бастард и все такое, но…

Граф не дал ей закончить.

– Я вынужден буду принять суровые меры, если еще хоть раз услышу от тебя это слово, – строго сказал он. – Ты не повинна в обстоятельствах своего рождения, Эбби, и ты не то, чем упорно продолжаешь себя называть. – Именно то, – настаивала она. Ее глаза стали просто огромными от непролитых слез.

– Случайно, – возразил он, – ты не стала плодом любви четы Гардинер. Но, судя по тому, что я слышал, ты с лихвой проявила себя дочерью своего отца, сестрой своего брата и сводных сестер. Эбби, любовь моя, прости себя за все.

– За то, что обманула тебя?

– И за это тоже, если хочешь, но я имел в виду то, что ты, возможно, стала причиной позора твоей матери и разочарования отца. Ты была единственным человеком, на которого он не поднимал руку, единственной, кто имел на него влияние? Думаю, Эбби, он просто-напросто понял, какой бесценный дар преподнесла ему судьба. Прости себя.

Слезы наконец пролились из ее глаз и покатились по щекам.

– Я не могу простить себе того, что сделала с тобой, – всхлипнула она.

– Не можешь? – удивился он. – Жалеешь о том, что привнесла в мою жизнь солнечный свет, немного сумасшествия и целое море любви? Ты ведь знаешь, что я люблю тебя.

Она громко всхлипнула и зажала рот рукой.

– Ты не можешь, – сказала она, отнимая руку, – Майлз, ты не можешь. Я бас…

Граф крепко поцеловал ее.

– Я не шучу, – пригрозил он, – насчет суровых мер. Если не веришь, проверь. Хотя мне не слишком хочется демонстрировать, тебе серьезность своих угроз.

– Если ты вздумаешь меня побить, я сама в два счета уложу тебя на лопатки, – похвасталась Эбби, и на сей раз всхлипы смешались со смехом и икотой.

– Уверен в этом, – рассмеялся граф. – Эбби, если сможешь простить себя и избавиться от чувства ущербности, то могу я надеяться, что ты хоть немного полюбишь меня? Настолько, чтобы мы смогли построить совместное будущее, а?

– Я влюбилась в тебя, как только увидела твои глаза, – призналась Абигайль. – Какая женщина смогла бы устоять?

– Действительно, какая? – рассмеялся он. – Так ты любишь мои глаза, неплохое начало. Есть шанс, что твои чувства распространятся и на другие части моего тела?

– О да, – подтвердила она, – это уже давно произошло. Но, Майлз, все это пустые разговоры. Есть Рейчел, и есть угроза скандала, который она может навлечь на тебя из-за меня. Ты должен отвезти ей деньги, хорошо? Сделай это сегодня, пока она не занервничала. Если она расскажет кому-нибудь о том, что знает, разразится грандиозный скандал.

– Вокруг меня? – переспросил он. – Хочешь, я скажу тебе, насколько сильно меня это волнует, Эбби? Вот насколько. – Он щелкнул пальцами у нее над ухом. – А ты как? Тебя все это расстроит?

– Да, – призналась она, – потому что я буду этому причиной.

– Если на минуту забыть обо мне, – переспросил Майлз, – ты сама расстроишься?

Абигайль на секунду задумалась.

– Нет, потому что я понимаю, что, если бы мой настоящий отец не бросил мать, я никогда не оказалась бы в этом доме. Это ужасно!

– Что ужасно? – с улыбкой поинтересовался лорд Северн. – На каком же уголке земного шара ты бы сейчас сидела, Эбби, сетуя, что тебе так и не удалось появиться на свет?

Она слабо улыбнулась мужу, и он прижался лбом к ее волосам.

– Для тебя действительно все это не имеет значения? – задумчиво протянула Эбби.

– Действительно, – подтвердил граф. – А что еще более важно, так это то, что я сэкономлю две тысячи фунтов и буду иметь удовольствие послать миссис Рейчел Харпер ко всем чертям. Сегодня мой день, Эбби.

– Для тебя важнее всего деньги? – спросила она, озадаченно глядя на мужа.

Граф обнял жену за талию и улыбнулся:

– Я отказываюсь отвечать на такой глупый вопрос. Эбби, скажи мне кое-что.

Она вопросительно взглянула на него.

– Это все? Я узнал все темные секреты твоего прошлого?

Эбби хорошенько все обдумала.

– Да, – наконец кивнула головой она.

– Отлично. Через минуту я раздену тебя и займусь с тобой любовью, скажи только где: в твоей спальне или моей? А когда все закончится, я скажу тебе те слова, которые повторял две ночи подряд. И буду ждать твоего ответа. Он будет на этот раз?

Когда Эбби подняла на него глаза, ее лицо пылало.

– Да. В твоей постели, Майлз, если хочешь.

Он сплел пальцы жены со своими и провел ее к себе в спальню через две смежные гардеробные. Там Майлз взял жену за плечи и развернул к себе так, чтобы можно было добраться до ряда крошечных пуговок у нее на спине. Пока его руки работали, он наклонился, чтобы поцеловать ее в шею.

Наконец он положил ее на кровать, разделся под ее жадным взглядом, потом лег рядом и начал медленно соблазнять ее, постепенно доводя до исступления своими ласками…

Придя в себя, Майлз прижался к жене, положил ее голову себе на плечо и натянул на них обоих одеяло.

– М-м, – пробормотал он, потершись щекой о ее кудряшки, – тебе не кажется, что некоторые вещи от частого использования становятся только лучше? Можешь себе представить, как это будет лет через десять? Вокруг нас с тобой будут взрываться звезды. – Граф наклонил голову и запечатлел на губах жены долгий поцелуй. – Я люблю тебя, Эбби.

Она поудобнее устроила голову в тепле его рук.

– Я тоже тебя люблю, каждый дюйм твоего тела и все, что у тебя есть. – Она удовлетворенно вздохнула.

– И они жили долго и счастливо, – подытожил Майлз, – и на следующий же день уехали в загородное поместье, чтобы сполна насладиться семейным счастьем.

Эбби задумчиво выводила пальчиком узоры на его груди.

– Есть еще кое-что, о чем мне стоит тебе рассказать, – тихо проговорила Эбби.

Майлз застонал. – Когда я однажды повторила тебе те слова, с которыми обратилась к мистеру Гиллу, чтобы отвадить его от Лоры, – начала Абигайль, – ты сказал, что я просто не могла быть настолько неженственной, чтобы произнести такое вслух. Поэтому я не сказала тебе всего, что он от меня услышал, когда я застукала его пристающим к Лоре. Я боялась, что ты будешь меня презирать.

Он издал еще один стон.

– Это и правда было ужасно, – созналась она. – Я каждый раз краснею при одном воспоминании об этом. – Она нервно захихикала.

Граф прикрыл глаза ладонью свободной руки и тяжело вздохнул.

– Эбби, ты не могла бы признаться мне во всем, не тратя десять минут на прелюдии? Облегчи свою совесть, любимая, если тебе это так необходимо, и позволь мне заснуть. Я только что заслужил хороший отдых, не так ли?

×