Ломаная линия, стр. 31

— Куда? — удивилась она.

— Как куда? — не меньше удивился Лоуренс. — В свадебное путешествие. Ты забыла, что у нас с тобою начинается медовый месяц?

— Куда же я поеду в этом наряде? — спросила Одри.

— Не беспокойся, твоя мама обо всем позаботилась. Поднимайся в номер родителей на третьем этаже, к лифту ты попадешь вот через ту дверь. — Он показал ей глазами. — Я буду ждать тебя через сорок минут у выхода в вестибюле.

В серебристо-сером платье с высокой кокеткой, в маленькой шляпке и в перчатках Одри смотрелась тоже замечательно, с удовольствием отметил Лоуренс. Он обратил внимание, что она смыла косметику с лица и сняла все украшения, кроме обручального кольца. Да еще у ворота была приколота серебряная брошь в виде лилии. Он видел эту брошь и раньше, Одри неизменно прикалывала ее к любому наряду, когда они отправлялись вместе куда-нибудь развлечься.

Возле подъезда отеля их дожидался синий лимузин, за рулем которого сидел неизменный водитель Лоуренса, улыбчивый Арчи.

— И куда мы направляемся? — спросила Одри преувеличенно бодрым голосом, чтобы скрыть усталость.

— В наш загородный дом, который отныне станет нашим основным домом, потому что тебе и ребенку нужен свежий воздух.

Лоуренс рассказал, как ему удалось в рекордно короткий срок реконструировать старый дом на Лонг-Айленде. Теперь в нем была детская комната, комната для няни новорожденного, комната для акушерки, которая будет принимать роды, три гостевые комнаты со всеми удобствами на случай, если родители Одри или его родители захотят с ними пожить.

— Вот увидишь, мне кажется, я все предусмотрел и тебе там понравится.

— Если тебе там нравится, значит, и мне понравится, — сказала Одри, взяв его под руку, и прижалась к нему.

— Вот уж не ожидал, что из тебя получится такая кроткая жена, — засмеялся Лоуренс. — Ты не устала? — тут же заботливо спросил он.

— Немного, — призналась Одри.

— Скажи, пожалуйста, все забываю тебя спросить. Откуда у тебя эта лилия? Чей-нибудь подарок?

Лоуренс очень старался, чтобы в голосе его не прозвучали ревнивые нотки.

— Можно сказать и так. Эта брошь старинная, переходила в роду отца из поколения в поколение. Ее берегли как зеницу ока. Родители отца подарили ее моей матери на свадьбу. А мне она досталась на день моего совершеннолетия.

До встречи с тобой я не надевала эту брошь. — Она погладила лилию. — Знаешь, отец рассказал мне, что у них в семье существует легенда, будто эта брошь принадлежала самой королеве шотландской, Марии Стюарт.

— А какое отношение семья твоего отца имеет к Шотландии?

— Его далекий предок был главою какого-то знатного шотландского клана. Когда их начали преследовать англичане, он бежал вместе с семьей в Америку, потому что ему грозила смертная казнь.

— Подожди, ты кому-нибудь рассказывала об этом?

— Нет, никому.

— Значит, я и впрямь женился на принцессе! — весело воскликнул Лоуренс.

— Да-да, — засмеялась Одри, — на принцессе из ночного клуба.

— Нет, Одри, когда я тебя увидел сегодня в церкви, я сразу понял, что ты настоящая принцесса, — серьезно сказал Лоуренс.

Он взял ее руку, на пальце которой сверкал бриллиант в изящной оправе, и, почтительно склонив голову, поцеловал.

×