Поймай меня (ЛП), стр. 3

Его мнение о г-же Еве приняло положительный поворот. Скучная жизнь в течение нескольких месяцев бесконечного парада женщин находилась на приятном контрасте с Тарой, которая заинтриговала его в течение нескольких минут разговора. Она была смесью колючки и тепла, застенчивая и упрямая. Ее стыд о своем теле вызывал его изменить её мнение. Он никогда не отступал от проблем.

Даже сейчас её зубы прикусывали нижнюю губу в беспокойстве. Она взялась за край своего ногтя, и этот жест предупредил его, что она явно думала о бегстве и отчаянно искала вежливый способ, чтобы исчезнуть. Он подавил смешок и провел её к бару.

- Белого вина? Pinot? - спросил он её.

Когда она с благодарностью кивнула, он открыл новую бутылку и наполнил бокал. Ее шпильки погрузилась в плюшевый ковер, когда она обратила свой взгляд на открывающийся с балкона вид. Тысячи ярких огней мерцали и светили в ночном небе, напоминая экзотические звезды. Но вид на Вегас был ничтожным по сравнению с её задницей, от которой он не мог оторвать своего взгляда.

Сочные изгибы, от которых у него начали чесаться ладони, и ему до боли захотелось коснуться и шлепнуть их, впиться зубами в чувствительную плоть и почувствовать её вкус. Его член стал очень твердым и он боролся с собой, стараясь сохранять контроль. Он принес ей бокал вина и спрятал свою ответную улыбку, когда она благодарно улыбнулась. Она сделала глоток, а затем глубоко вдохнула. Он ждал.

- И что мы теперь будем делать?

Черт, она прекрасна. Он любил ее естественную застенчивость, и то, как она мастерски переступала через собственные барьеры. Эта женщина имела большое мужество, особенно если ее прошлое было таким ужасным. Он понизил свой голос до сексуального шепота.

- А что ты хочешь делать?

Она сделала шаг назад и остановилась.

- Хм, ну, я думаю, что мы должны раздеться, так? Не мог бы ты притушить свет? Или ты хочешь, что бы я ждала тебя под одеялом?

Она не шутила. Гнев взял над ним верх, потрясая его до глубины души, но он не проявил никаких эмоций на лице. Что за мудак учил её быть грязной в сексе? Кто научил её, что она не достойна ничего, кроме быстрого траха в темноте? Анкета мадам Евы и её собственные слова сказали ему о её шрамах, но не о том, как она получила их. Какой мужик избивал ее? Я убью его.

- Подожди минуту.

Он повернулся и пошел в спальню. Дернул ручку, чтобы открыть шкаф, и достал одну из своих белых рубашек, а затем вернулся в гостиную.

- Дорогая, могу я попросить тебя кое-что для меня сделать? – Он смягчил свой голос, чтобы она успокоилась. Через некоторое время она кивнула. – Я бы хотел, чтобы ты разделась и одела эту рубашку, затем распустила свои волосы и смыла весь свой макияж. - Он протянул руку и погладил ее по щеке. - Пожалуйста.

Она смотрела на ткань.

- Зачем?

Он улыбнулся её замешательству.

- Потому что я хочу видеть твое лицо, и я хочу, чтобы тебе было комфортно.

Он терпеливо ждал, пока она обдумывала его просьбу.

- Сейчас? - Спросила она.

- Да.

Она ушла в ванную комнату. И через несколько минут вышла и встала перед ним.

- Лучше?

Его сердце остановилось. Она прекрасна. Тяжелое море клубнично-светлых волос, принадлежащих ей, рассыпались по плечам, отказываясь менять свое положение. Ее кожа светилась, а вымытый макияж открыл множество веснушек на её носу. Ее кожа была кремово-белой и гладкой. Он с трудом подавил желание попробовать ее на вкус, потому что ее аромат был такой сладкий. Пухлые губы были бледно-розовые. Но ее тело …. Его рубашка проглотила ее, и он поймал тень её сосков, которые выпирали из ткани. Кромка упала мимо колен, и показала мускулистые икры и красиво окрашенные ногти в розовый цвет.

- О, да, так гораздо лучше, - прорычал он. – Покрутись.

Ее лицо покраснело, но она медленно повернулась вокруг, чтобы угодить ему. Он был поражен её естественными манерами. Она, очевидно, любила дарить удовольствие, и, вероятно, этот дар эксплуатировали до такой степени, что это пугало ее. Когда она поворачивалась, то линия ее фиолетовых трусиков просвечивалась через рубашку, полненькие щечки и попа хотели его пальцев. Но она еще не была готова. Для начала ему нужно было заставить её расслабиться.

- Ты знаешь, насколько ты красивая?

Недоверие мерцало в ее глазах.

- Спасибо, но…

Он преодолел расстояние между ними. Она ахнула, когда он схватил ее за руку и положил ее на его напряженную эрекцию.

- Это то, что ты делаешь со мной. С того момента, как я увидел тебя, я хотел тебя. К концу ночи ты поверишь в мои слова, дорогая. Обещаю тебе.

Она напряженно покачала головой, и власть захлестнула его. Он хотел слышать ее восторженные крики, хотел, чтобы она вскрикивала его имя, когда кончала, пока не смогла бы вспомнить, когда в последний раз другой мужчина так касался её. Он не собственник по натуре, но он не мог бороться с желанием. Он просто принял свою основную мужскую сущность - охоту. Покорить. Заявить.

Ее мягкая рука на мгновение замерла, а затем осторожно погладила его. Он застонал, и она удивленно посмотрел на него. Затем смело, сжала вокруг ткани штанов и провела рукой от начала и до кончика головки. Он стоял неподвижно и позволил ей изучать себя. Она сделала шаг ближе, пока соски не прижались к нему. Он сжал свои руки, при этом не касаясь ее. Ее руки взяли его за плечи, ее дыхание прошлось по его губам, и она поднялась на цыпочки.

Неуверенный поцелуй перевернул его мир. Ее губы были мягкими и сладкими. Он позволил ей изучить линию рта, завоевать доверие, пока кончик языка медленно проталкивался между губами. С низким рычанием, он открыл ей доступ, отчаянно пытаясь сдержать свой инстинкт, и не бросить ее на кровать, чтобы погрузиться между ее ног. Ее язык исследовал и кружился вокруг него, дразня и подталкивая в бой.

Он опустил руки вниз, схватил ее за пышные формы сзади, и поднял ее так, чтобы она обхватила его бедра ногами. Она промурлыкала, и он проглотил этот звук, как будто утверждая, насколько он жаждал её рот. Он глубоко вдохнул, и утонул в ее вкусе, теперь в его голове существовал лишь запах клубники и цветов. Через несколько секунд она упала на него, и он сдался, позволяя её полностью насытиться, когда она запустила пальцы в его волосы и начала держать голову неподвижно и требовательно. Медленно он облегчил хватку и посмотрел на ее лицо. Ее губы были пухлые и мокрые. Голубые глаза излучали ошеломительный блеск, когда она смотрела на него.

- О, Боже, - прошептала она. Это было так … хорошо.

Он смеялся над ее открытой реакцией.

- Сейчас ты мне веришь? Я хочу бросить тебя на эту кровать обнаженную. Пробовать вкус каждой части твоего тела. Затем сделать так, чтобы единственное, что ты могла бы кричать, это мое имя. Поняла?

Она кивнула, не в силах говорить.

- Но я не хочу тебя пугать. Ты специально просила человека, который будет нежен с тобой, и который не станет тебе угрожать. Я доминант, но я бы никогда не навредил тебе. На самом деле, я хотел бы разорвать ублюдка, который разрушил твою сексуальность и сделал тебе больно.

Он внимательно следил за ее лицом. Там был проблеск возбуждения и потребности. Она определенно была сабмиссивом, которая любила наслаждаться в спальне. Она ответила на его доминантное отношение, хотя её очень пугали мужчины такого типа. Сейчас было время показать ей, что он подходящий для этого партнер. И у него всего одна ночь.

- Я должен задать тебе вопрос. Это поможет мне, если ты будешь говорить правду. Это твой последний мужчина оставил на тебе шрамы? Он бил тебя?

Мышцы ее тела напряглись, как будто, хотели отсечь удар. Он смотрел на нее, проводя пальцами по локонам её волос и сжимая их. Секунды тикали, и она подняла подбородок выше.

- Да. И из-за него, я не думаю, что я буду хороша в этом. – На её лице отразилось страдание. - Я хочу этого. Но он заставил меня бояться…

Он боролся с инстинктом найти этого безвольного труса и заставить его заплатить. Вместо этого, он притупил свою ярость и сосредоточился на ней.

×