Сказка для влюбленных, стр. 31

— Хороша частичка меня. Целое состояние. На него можно безбедно существовать всю оставшуюся жизнь, — заметил Денни.

— Милый, какой ты меркантильный! — надулась Лаура. — Для меня гораздо важнее цены вещей их назначение. Ведь ты дарил их мне как залог любви. Я очень ценю это.

— Так, — подвел итог Денни, — с запиской мы разобрались. Но ответь мне все-таки на вопрос, где ты была целый месяц и неделю.

— Денни, ты заставляешь меня выдавать чужие тайны, — огорчилась Лаура. — Я не могу тебе это рассказать.

— Лаура, — Денни уже больше не мог сдерживать накопившуюся ярость, — прекрати, пожалуйста. Отвечай на вопрос!

— Хорошо, если ты настаиваешь. Я была в Ноттингеме. У своей кузины.

— Что ты говоришь? — сделал удивленное лицо муж. — А почему я не знаю про эту кузину?

— О, милый, это долгая история. Бедная девушка. Она попала в такую беду. Не очень богатая, очень некрасивая... да еще такое несчастье.

Это она говорит об Энн. Об Энн, которая чудо как хороша. И единственное несчастье которой заключается в том, что ее обманули двое негодяев.

— И что с ней случилось?

— Она заболела. Знаешь, такой тяжелой болезнью... — Глаза Лауры наполнились слезами. — Проказа.

— Проказа?!

— Да, представь себе...

— Но ведь в этом случае больных поселяют в специальные лечебницы и никого к ним не допускают? Я правильно говорю?

— Меня и не допускали, — кивнула Лаура. — Мне разрешали только приносить ей еду и письма. Мне было так больно. Бедная девочка! — Лаура смахнула со своих длинных ресниц слезы.

Денни очень долго молчал, а потом сказал:

— Да не расстраивайся ты так. Она уже вылечилась. Я видел ее сегодня утром. Никаких следов проказы.

Настала очередь Лауры хватать ртом воздух. Удар был нанесен точно в цель. Видимо, она не предполагала, что Денни найдет Энн и все узнает.

По лицу жены Денни видел, что все колесики в ее голове отчаянно крутятся, чтобы выдать новую версию. Но у нее ничего не получалось. Тогда Лаура прибегла к испытанному женскому средству. Она расплакалась. Денни понимал, что это вполне искренние слезы. Ее поймали и приперли к стенке. Вывернуться теперь не удастся.

Но Лаура не сдалась.

— Прости, милый, — сказала она, вытирая слезы. — Я должна рассказать тебе всю правду. Ты поймешь и простишь меня. Я так рисковала нашим браком. Но ты ведь любишь меня. А я так привязалась к Энн...

— Слушаю чрезвычайно внимательно, — ответил Денни и откинулся на спинку кресла.

— Так вот. У Энн был любовник. Она три года находилась от него в полной зависимости. Ждала его, надеялась, что он рано или поздно женится на ней. А он... Знаешь, такой хлыщ... В каждом городе по любовнице. Господи, как я жалела бедную девушку! Она изнывала от любви и от своего ложного положения. Я ведь взрослая женщина, поэтому понимала, что шансов нет. И тогда я решилась на отчаянный поступок. Я решила спасти Энн.

— И что же ты сделала, спасая свою кузину? — не выдержал Денни.

— Денни, а что бы сделал ты на моем месте? Я приняла огонь на себя, — с достоинством произнесла Лаура. — Понимаешь, единственный способ прекратить их отношения был заставить его влюбиться в другую женщину. Так, чтобы он оставил Энн. Оставил навсегда.

— И этой другой женщиной стала ты?

— Да, конечно. Денни, что скрывать? Мужчины реагируют на меня. Я просто никогда этим не пользовалась. Но ради подруги...

— Отличный способ выручать подруг. Особенно если учесть, что ваше романтическое путешествие затянулось... Ведь ты бросила меня, Лаура.

— Денни, прости меня. Пожалуйста. Я сама не знаю, что это было. Какой-то угар. Он ногтя твоего не стоит. Я это поняла на следующий день после того, как мы уехали из Ноттингема. Он использовал меня, как и всех остальных женщин. Все твои подарки теперь у него в сейфе... — И Лаура опять разрыдалась. Теперь ее слезы текли в три ручья.

Комедия закончена. Вся история ее неудачного романа была перед Денни как на ладони. Бедная глупая девочка. У нее было все. А она это поменяла на...

Если бы Денни не прожил в Ноттингеме последнюю неделю, если бы он не провел с Энн последнюю ночь, если бы Лаура так изворотливо не врала бы сейчас, он пожалел бы ее. Он когда-то очень сильно ее любил.

Но все это в прошлом. Ему было жаль ее, и все. Больше не осталось ни чувств, ни желаний.

— Лаура, а ты любила меня когда-нибудь? — спросил Денни, поднимая ее подбородок. — Только не лги. Мне на сегодня хватит.

Лаура с жалостью посмотрела на мужа. Она была женщина очень неглупая и знала мужские слабости. Ни один из них никогда не сможет смириться с тем, что женщина ложится с ними в постель не ради их невероятных мужских достоинств. Господи, да если бы они знали... Но она была виновата и надеялась вернуть Денни.

— Денни, ты был такой удивительный, чистый, наивный. И ты так меня любил. Как я могла не отвечать тебе тем же? Но история с Джиллом совсем другое. Я сошла с ума. Это было как наваждение. Прости. Я говорю тебе правду. Но он оказался такой скотиной! — И она опять заплакала. У Денни нет другой женщины, и он обязательно простит меня, думала Лаура. Она не считала этот раунд проигранным.

Денни смотрел на раздавленную женскую гордость и жалел, что в этом красивом теле нет главного. В нем нет души.

И ему так отчаянно, так мучительно захотелось увидеть глаза Энн, что он не стал себя ни уговаривать, ни удерживать, ни размышлять.

Он просто надел куртку и сел в машину. Несколько часов — и они будут вместе. Он увезет ее в Америку. Она должна понравиться его отцу. А мама всегда была с ним заодно.

Старинные часы, висевшие в холле напротив стойки портье, пробили шесть часов вечера. Еще час — и моя смена закончится, с тоской подумала Энн. Она еле держалась на ногах и с нетерпением ожидала окончания рабочего дня. Однако к нетерпению примешивался еще и ужас. Ужас от того, что ей придется идти в свой опустевший дом, ходить там из угла в угол и терзать себя мыслями, что больше ничего не будет.

Весь день она простояла за стойкой, не поднимая головы, механически записывая имена новых постояльцев в журнал регистрации, механически улыбаясь, не различая лиц... Через час эта пытка закончится и начнется новая — тоскливый вечер дома, а потом бессонная ночь. И так теперь будет всегда. Ничего, человек не может вынести такое существование, я просто умру, и все кончится, совершенно серьезно думала Энн.

— Простите, я хотел бы снять номер в вашей гостинице, — услышала она сквозь пелену своих мыслей низкий мужской голос.

— Разумеется, сэр, — ответила она, не отрывая глаз от журнала. — Как вас записать?

— Деннис Харпер, с вашего позволения...

— Ден-нис Хар-пер, — повторила она по слогам, выводя имя. И тут рука с шариковой ручкой замерла. Энн медленно подняла голову, чтобы посмотреть на гостя.

Перед ней, небрежно облокотившись на стойку, стоял Денни. Вид он имел умиротворенный и весьма довольный собой.

Энн аккуратно положила ручку на стол, медленно вышла из-за стойки, подошла к нему вплотную и изо всех сил врезала ему кулаком в грудь... а потом еще и еще...

— Негодяй, предатель, — говорила она, продолжая обрабатывать его могучий торс. — Как ты мог? Как ты мог бросить меня тут одну? Я больше никогда не буду тебе верить!

Денни собрался было припомнить ей, почему собственно ему пришлось ее «бросить», однако вовремя закрыл рот и просто обнял ее, прижимая к себе вздрагивающее от слез тело.

— Да, любимая, — шептал он, — я очень виноват перед тобой. Да, я, негодяй, бросил тебя тут одну. Но теперь я вернулся. Ты ведь простишь меня? И у нас все будет хорошо!

Так он успокаивал ее, пока она не перестала плакать и поверила, что это не сон и что Денни здесь, с ней. Она поудобнее устроила голову у него на груди и затихла.

Всю эту трогательную сцену с интересом наблюдала пожилая супружеская пара, только вчера прибывшая в Ноттингем откуда-то с континента. Они улыбнулись друг другу и взялись за руки.

×