Выброшенный в другой мир 2 (СИ), стр. 2

До Алатана пришлось добираться семь дней. Ехали не спеша, два раза в день устраивая привалы в удобных местах. В пути часто удавалось подстрелить несколько куропаток, которые вносили приятное разнообразие в походный рацион Лация. Можно было с куда большим комфортом ехать по северному имперскому тракту, ночуя на придорожных постоялых дворах и гостевых дворах встречных городов, но для этого нужно было сделать крюк длиной почти в сотню миль [7] по холмистому бездорожью Ларнии [8].

Было еще одно преимущество такого путешествия: оно избавляло Лация от множества официальных визитов, которые пришлось бы делать в силу его положения. К тому же у него, как и у большинства его спутников, все здесь вызывало приятные воспоминания об учебных походах, в которые они ходили с друзьями в старших классах гимнасия, или об охотничьих выездах, часто устраиваемых в семьях патрициев и просто состоятельных граждан Сормы.

Верхушки башен столицы стали видны к вечеру шестого дня пути. Переночевав, они поспешили закончить путь.

Алатан был единственным в своем роде среди всех известных Лацию городов. Это был город повелителей большой и богатой страны, построенный ими для себя. Здесь не было, как в других городах, кварталов ремесленников или бедняков. Даже купцы империи допускались в него с большим разбором, а иностранцам, кроме посла союза королевств и его свиты, доступ в город был закрыт вообще. Столица не имела крепостной стены, что дало возможность строить с размахом, не сковывая фантазию заказчиков узостью городской черты. Город построили в среднем течении Ольши – одной из самых больших рек провинции, что позволило не только решить вопрос с питьевой водой и орошением, но и сплавлять с ее верховий камень для строительства. Жаль, что в горах почти не было леса, и его для плотов, да и для построек, доставляли тоже по воде, но уже с дельты. Хорошо, что во времена строительства не было никаких проблем с рабами. Много их удобрило берега Ольши, надорвавшись при проводке огромных плотов, много было закопано в рощах, окружающих Великий Город. Зато и результат получился впечатляющим. Весь Алатан представлял собой свободно построенные поместья-дворцы наиболее богатых патрициев, окруженных парками и садами. Они, в свою очередь, окружали дворец императора, башни которого не меньше чем на два десятка локтей [9] возвышались над остальными постройками.

Единого плана строительства не было, но строили так, чтобы между границами соседних парков и строений оставалось не меньше пятидесяти локтей. Позже была создана система дорог, мощенных тесаным камнем, позволяющая легко попасть в любую часть города. За дворцами знати располагались особняки патрициев «победнее». Отдельно стояли казармы третьего легиона, который вот уже больше двух сотен лет бессменно охранял столицу. Гостевой квартал и дома купцов находились в районе порта и отделялись от остального города трехметровой стеной с воротами на всех трех дорогах, ведущих из порта в город. Ниже по течению был еще один порт, где и выгружалась основная масса грузов, которые после досмотра развозились по назначению в отдаленные от побережья районы империи. Именно там селились иноземные купцы и просто путешественники, которых всегда неохотно впускали в империю, требуя за въезд высокую плату. Был в городе еще один квартал, который в той или иной степени использовался всеми его жителями, начиная с простого легионера и заканчивая сенаторами. Квартал был довольно обширным и состоял из самых разных заведений. Называли его веселым, но, кроме веселых домов, в нем были цирки, где выступали артисты и устраивались бои гладиаторов, и дома, где под приятную слуху музыку можно было вкусить блюда самых разных стран. Кроме того, в этом квартале можно было отыскать опытных врачей и несколько храмов наиболее почитаемых в империи богов. Здесь же любители книг могли на время взять книги и свитки из библиотеки, которая хоть и называлась императорской, но располагалась вдали от императорского дворца.

Отец Лация Март Савр был сенатором и обладателем приличного по меркам империи состояния, но никогда особенно не кичился богатством и сына воспитывал в строгости. Семья Савров жила в престижном районе недалеко от центра столицы в большом особняке, окруженном со всех сторон обширным парком [10].

Молодой Март Савр выгодно женился на одной из дочерей потомка сенаторов-основателей Аргела Ортена, что и помогло ему пробиться в Сенат, в котором заседали почти исключительно прямые потомки членов первого Сената и их родственники [11].

Брак оказался не только выгодным, но и счастливым. Кроме самого Лация, плодами любви его родителей была его младшие сестра Лидия и брат Рабус. Лидия достигла возраста невесты, и скоро пятнадцатилетнюю девушку должны были увести в дом ее будущего мужа [12], а брату было четырнадцать лет и в следующим году он уже должен был окончить Гимнасий [13].

На окраине Алатана Лация Савра и его воинов остановил конный патруль третьего легиона, состоящий из трех десятков всадников во главе со знакомым центурионом [14].

– Приветствую консула и будущего трибуна! – вскинул в приветствии руку центурион. – Что это вас понесло через степь? Вас уже пару дней ждут у ворот [15] северного тракта. А ваш отец предупредил нашего легата, чтобы откуда бы вы ни появились, вас сразу направили домой. Все прочие должны отметиться в легионе у квестора [16], он же выдаст вам причитающиеся деньги, и можете быть свободны. При желании займите места в казармах.

– Спасибо, Хабрий, – приветливо кивнул Лаций, который помнил имя центуриона. – Так и сделаем. Удачи.

Оставив алу, подгоняемый нетерпением Лаций  погнал коня к центру, выбирая самый близкий путь к дому Савров. Дороги в Алатане были не уже пятнадцати локтей, и проезжающих было немного, так что скачке ничего не мешало. Вообще вся центральная часть дорог предназначалась для всадников и экипажей, а ходить пешим, если кому такое взбрело бы в голову, следовало по краю. Чистое [17] светло-серое полотно дороги ложилось под копыта коня и уносилось назад.

Не став ждать, пока слуги откроют ворота, Лаций соскочил с коня, бросил повод подбежавшему слуге и быстро пошел по выложенной каменной плиткой дорожке к виднеющемуся сквозь кроны деревьев особняку. Слуги сами позаботятся о коне и отнесут дорожные сумки в покои молодого господина. Его заметили, и из распахнувшейся двери парадного подъезда выбежала молодая, очаровательная девушка. Простучали по гранитным ступеням лестницы каблучки, и вот Лаций уже сжимает в объятьях смеющуюся сестру. Красивая выросла сестренка. Двенадцать поколений его предки выбирали себе самых красивых жен, не слишком обращая внимание на социальное положение девушек [18], что дало свои плоды.

– Мы тебя ждали еще вчера! –  сказала Лидия. –  Мама даже распорядилась, чтобы испекли твои любимые пирожные. А ты не приехал!

– И где пирожные?

– Я их сама съела. Нельзя было позволить, чтобы такая вкуснятина пропала!

– А фигура? Что скажет твой Хорцог?

– А я в его компании ела. Он даже одно попробовал и сказал, что не будет лишать меня удовольствия. А фигуру он мне надеется испортить сам в ближайшее время.

– И когда ты переезжаешь?

– Давно бы уже переехала, да только хотела дождаться тебя.

– Вот так, сам того не желая, становишься препятствием сестре на пути к счастью! Да шучу я. Соскучился по вам, а по тебе больше, чем по остальным. А Рабус где?

вернуться

7

имперская миля равна примерно 700 метрам

вернуться

8

Ларния – провинция, граничащая с провинцией Сорма

вернуться

9

локоть – мера длины равная примерно сорока сантиметрам. В знак признания заслуг императора первый Сенат принял закон, запрещающий строить что-либо выше башен дворца повелителя империи

вернуться

10

в парках у сормийцев росли преимущественно плодовые деревья, и от обычных садов они отличались продуманной планировкой, наличием мест отдыха и небольшим количеством чисто декоративных растений, высаженных вблизи строений

вернуться

11

должность сенатора в империи была не выборной, а наследственной. Семья, наследовавшая места в Сенате, сама выбирала, кого туда делегировать. Отзывали сенаторов только в исключительных случаях. Как правило, это была пожизненная обязанность, от которой, впрочем, можно было отказаться самому. Такие отказы были довольно редки и делались почти всегда из-за преклонного возраста и слабого здоровья

вернуться

12

по сговору родителей невеста полгода до свадьбы проводила в семье будущего мужа, выполняя все обязанности жены. По истечении такого «испытательного срока», если новая семья была чем-то недовольна, ее могли вернуть родственникам вместе с приданым. Позором это не считалось, но устроить судьбу такой девушке было уже сложнее

вернуться

13

пятнадцать лет это возраст совершеннолетия в империи и для парней, и для девушек

вернуться

14

центурион – сотник

вернуться

15

стены вокруг столицы не было, но вблизи города на всех трактах имелись ворота. Они были постоянно закрыты и открывались по требованию после проверки людей и грузов. На сотню локтей в обе стороны от ворот в два ряда вколачивали толстые колья. Объехать такое препятствие тяжелым возам, да еще на виду у караула, было нельзя. У ворот на случай плохой погоды был построен небольшой дом на десять человек и конюшня

вернуться

16

квестор – следователь или судья, в легионах был казначеем и, кроме того, отвечал за закупки необходимого продовольствия и имущества

вернуться

17

все владельцы участков земли в городе должны были обязать слуг несколько раз в день убирать навоз на прилегающем участке дороги. Обычно собранное закапывали в землю, а через год-другой удобряли парки

вернуться

18

женщины играли большую роль в обществе империи, но знатной женщине родственники никогда не позволили бы выйти замуж за плебея, в то же время патриции могли брать в жены плебеек, не теряя лица. При этом жена возвышалась до положения мужа. Впрочем, распространенной такая практика не была

×