#Сосед (СИ), стр. 4

Планировка в квартире была изменена: прихожая, гостиная и кухня объединены. Из спальни доносился запах дыма, их смешки и фырканья. Я прикрыла глаза и улыбнулась – жизнь удалась, алкоголь медленно течёт по венам, живот сводит судорогами от смеха. Улыбалась я до тех пор, пока не услышала Таськино громкое: «Здра–а–авствуйте».

Сказано было так томно и ласково, что я резко подскочила на месте. Хриплый голос что–то ответил, и они разразились хохотом. Я мгновенно напряглась – не дай Бог сюда притащат, они ведь могут, я знаю…

– Агата. Ты почему не говорила, что у тебя такие милые соседи? – только подумала об этом, как девочки входят в гостиную обратно, а за их спиной маячит мужская фигура.

Порадовало, что он хотя бы не оборзел окончательно – встал в дверном проёме, правда с наглой ухмылкой:

– Пустите? – спросил у меня, окинув любопытным взглядом.

– С чего такая вежливость – на Вы? Вчера, даже не представился, а тыкать стал, – ядовито бросила я, выпрямив спину и закинув ногу на ногу.

– А это – Расмус, – пропищала Таська, – Вот вы и познакомились. Входи, посиди с нами. Чего скучать дома одному.

«Расмус. Что за дурацкое имя?» – подумалось мне.

Он неуверенно шагнул внутрь, оглядел висящие под потолком шарики, убранство и накрытый стол. Я прищурилась, и начала рассматривать его внимательнее – в принципе, если бы он не был таким козлом, его можно было бы даже посчитать симпатичным. Короткий ёжик русых волос, на коже тёмный загар – даже интересно, когда успел. Из–под рукава серой футболки выглядывала сильно татуированная рука – невольно поморщилась. Никогда не любила такие вещи – зачем разукрашивать своё тело?

Вошёл, долго мяться не стал. Плюхнулся в ближайшее кресло, поиграв внушительными мускулами на плечах и груди, и взялся за бутылку шампанского, разливая его по двум протянутым подругами бокалам. Я вздёрнула брови, не отрывая взгляда от его движений. Таисия что–то спрашивала, он отвечал – коротко и рвано, не сводя с меня взгляда.

Нагло. Я бы даже сказала – борзо. Очень знакомо, почему–то.

– Освежить? – спросил он, кивнув на мою руку.

Пальцы сжимали ножку пустого бокала, ещё чуть–чуть и стекло треснет. Я потянулась к нему, выпрямила руку – игристое заплескалось, зашипело пузырьками. Взгляд уставился на разноцветные чернила: какая–то птица, розы, череп, странные узоры и надписи – жуть.

Шампанское вылилось через край, я дёрнулась. Посмотрела на его лицо – самым откровенным образом пялился в вырез моей майки. Сглотнул, уставился глаза в глаза, нахмурился.

– Пойду за тряпкой, – пробормотала я, резко отворачиваясь.

Вскочила с места, как ошпаренная. Ощутила, как по шее пробежали липкие мурашки. Скрылась в ванной, вцепилась в раковину руками и резко выдохнула.

Почему я чувствую себя так неуверенно? Бросает то в жар, то в холод; щёки и шея горят – залились румянцем.

Услышала шаги за спиной, схватила тряпку и намочила её под краном. Стараясь не смотреть в его сторону – именно сосед появился, подперев плечом косяк – пошла на выход.

– Подождите, – перехватил запястье горячими пальцами, я вздрогнула, – Я хочу извиниться, – проговорил тихо, чтобы другие не услышали и вполне виновато, – Я нагрубил.

– Дважды, – ответила я, повернувшись к нему лицом.

– Что дважды? – он удивлённо моргнул, продолжая сжимать мою руку.

– Дважды нагрубил. Мало того, что назвал шлюхой, так ещё и дешёвой, – с сарказмом произнесла я, мягко вытаскивая свою конечность из его хватки.

– А ты, стало быть, не дешёвая? – заломил бровь, усмехнулся уголком губ.

– Иди в жопу, – прорычала я,

– Я сказал, что хочу извиниться, – устало вздохнул он, потерев затылок ладонью, – Я вчера не выспался. Из–за твоих, – покрутил пальцем в воздухе и снова вздохнул, – Ну, ты поняла.

– Мне плевать. И нормальные люди спят ночью, а не в обед.

– Ну, а я в ночные смены работаю, так что сплю тогда, когда получается, – огрызнулся злобно, – Короче, я извиняюсь. Сама уже решай – принимаешь мои извинения или нет.

– Не принимаю, – отчеканила я.

Вернулась в гостиную, вытерла пролитое на столик и на пол шампанское. Девчонок развезло окончательно, Расмус появился за мной следом – бросали заинтересованные взгляды, отпускали глупые пошлые шуточки. Он отшутился в ответ, сказал, что ему пора и скрылся в спальне, а потом хлопнул балконной дверью. Чёрт бы побрал эти совмещённые лоджии…

Резко нахлынула головная боль – кровь застучала в висках, словно молотком по голове били. Музыка больше не нравилась, визги тонких голосков раздражали. Сослалась на усталость и попросила их уйти – завтра рано вставать, ехать к родителям. Они не знали, что мои предки махнули на всё лето в Испанию – я не говорила, и сейчас мне это сыграло на руку.

Квартира погрузилась в тишину и темноту – ночь подкралась быстро и незаметно. Я убрала посуду, остатки еды отправила в холодильник, пустые бутылки выбросила в помойку. Проглотила две таблетки обезболивающего – чтобы наутро не было похмелья, рухнула лицом вниз на кровать и провалилась в сон.

***

Oh no no don't leave me alone lonely now

If you loved me how'd you never learn

Oh coloured crimson in my eyes

One or two could free my mind

 

Ed Sheeran «Bloodstream»

 

Выходные провела, как всегда, лениво и заторможено. Смотрела «Секс в большом городе» и «Отчаянных домохозяек», плескалась в ванной с пушистой пеной, почитала Оксану Робски.

В понедельник, в час дня, в замке двери зашуршал ключ – пришёл Андрус.

Я бросилась к нему на шею с порога, потёрлась лицом о его подбородок – всегда гладко выбрит и пахнет дорогим одеколоном – заказывает из Италии. Мягко поцеловал в губы, приобнял за талию и разулся, толкая в спальню.

– Соскучился, – проговорил хрипло, ослабив галстук.

Быстро расстегнул пиджак – повесил на ручку шкафа. Туда же отправилась белоснежная рубашка с жемчужными пуговицами. Расстегнул брюки, предварительно вытащив пачку презервативов из кармана и бросив их на кровать; спустил вниз по ногам и, аккуратно сложив по стрелкам, повесил на спинку стула, стоящего у письменного стола.

– А ты? – вскинул бровь в привычном жесте, стаскивая носки, – Скучала?

– Очень, – я стянула с себя платье, которое носила дома для него – тонкий трикотаж сливового цвета длиной чуть выше колена – осталась обнажённой, – Иди ко мне.

Он рыкнул, быстро выпрыгнул из трусов и подошёл ко мне, положив руки на плечи. Мягко надавил, вынуждая меня опуститься на кровать, обхватил одной рукой свой член – тот уже был в боевой готовности.

– Детка, – прошептал едва слышно, когда я взяла его в рот на всю длину, – Мне так не хватало тебя. Ты… Даже… Не… Представляешь…

Я улыбнулась, подняла на него взгляд и снова заглотила – целиком, пока головка не упёрлась в глотку. Он собрал мои волосы в кулак, мягко потянул назад и вперёд – задавая ритм.

Прикрыв глаза, я медленно опустила одну руку по животу вниз – знаю, что он любил наблюдать, как я себя ласкаю. Погладила клитор, вздрогнула, зажмурилась от удовольствия. Он начал толкаться бёдрами – нетерпеливо, трахая мой рот. Я сосала, причмокивала, вбирала всю длину – наслаждалась, как обычно.

– Стой, – мягко отстранил меня за волосы, – Иначе закончим слишком быстро, – погладил подбородок кончиками пальцев.

Я нащупала рукой картонную коробку, раскрыла её и вытащила один презерватив из пачки. Разорвала фольгу, облизала его в последний раз – оторваться невозможно, и раскатала резинку, зажав кончик. Встала на подрагивающие ноги, развернула его и толкнула на кровать.

– Сегодня я сверху.

Он что–то утробно промурлыкал, обхватил мои бёдра руками, когда я забралась на него. Приподнял, я обхватила его член рукой и направила к своему входу. Медленно опускаясь, я запрокинула голову, громко простонав от ощущения наполненности, по которой на самом деле соскучилась за эти дни.

×