Даже не думай! (СИ), стр. 2

— Я буду ждать твоего звонка через полчаса. Тебе хватит, чтобы поймать машину?

— Да. Наверное. Я тебе позвоню еще.

— Звони. И еще… Кси.

— Что?

— На всякий случай, набери… Флейму, — голос Маринки все-таки дрогнул. — Мне будет спокойнее за тебя.

— Спасибо, Марр.

— Не забудь. Я жду звонка.

— Да.

* * *

Я последовала совету подруги и сразу после разговора с ней попыталась связаться с Флеймом. Маринка права. Андрея лучше предупредить, где я. Он мне поможет, если…

Я не рассказала Маришке всей правды. Мне было в разы хуже, чем в прошлый раз. И было в разы страшней. Но я не имела права срывать девушку с ее работы. Да, она вполне могла бросить свои дела и приехать. Два с половиной часа дороги, и Маришка была бы со мной. Но…

Зачем? За это время я либо доберусь до дома, либо…

Я сглотнула, мысленно споткнувшись на этом «либо». И не позволила себе думать дальше. Я справлюсь. Мне осталось лишь дозвониться до Андрея. Но…

Длинные гудки без ответа звучали в трубке. Абонент упорно молчал, не желая отзываться. Андрей сейчас на работе и, конечно, он не всегда поднимает трубку после первого же моего звонка. Но мне было жизненно необходимо, чтобы парень ответил, иначе…

Что со мной случится, если я не выберусь из университета, и не окажусь в спасительной прохладе родного дома, я даже боялась представить. Голова кружилась, и было трудно дышать. Страх, липкими путами сковавший сердце, с каждой секундой становился сильнее.

Упрямый абонент, Андрей, где же ты??

Я заставила себя вызвать такси, когда спустя несколько минут не смогла найти ни Андрея, ни Ника. Телефон отзывался то гудками, то механическим женским голосом, сообщающим, что два моих лучших друга временно находятся «вне зоны действия сети».

Хорошо, значит, будет такси. Главное не паниковать. Я смогу это сделать. Смогу спуститься вниз с четвертого этажа. Смогу добраться до выхода из универа. И со мной все будет в порядке.

* * *

Мне понадобилось минут пятнадцать, чтобы преодолеть четыре пролета. Мне некуда было торопиться. В диспетчерской обещали прислать такси лишь через полчаса. И потому я аккуратно спускалась по длинной лестнице. После очередной «партии» ступенек останавливалась, чтобы передохнуть, подходила к расписанию занятий чужих факультетов и делала вид, будто что-то ищу.

Редкие студенты, пробегавшие мимо меня, не обращали внимания. А я старалась изо всех сил. Не хмуриться и не стонать. Моя бабушка, представленный к награде «за отвагу» ветеран войны, не одобрила бы моей слабости. Она всегда учила меня, что в некоторых ситуациях нужно «держать лицо».

Я держала…

* * *

Звонок, знаменующий окончание второй пары, прозвенел до того, как я успела спуститься вниз. Всего за несколько мгновений коридоры и лестницы оказались заполнены студентами, спешащими по своим делам. Стараясь не привлекать к себе внимания, я замерла на пролете между вторым и первым этажами и сделала вид, будто что-то ищу в сумке. Если переждать хотя бы две-три минуты, основной поток студентов схлынет, и я осторожно продолжу свой путь вниз.

Главное — выдержать все это время.

Но последнее оказалось самым тяжелым. Потому что через пару секунд откуда-то из-за моей спины донесся грудной голос Синицина, и мое сердце сбилось с четкого ритма из-за дурных предчувствий.

— Тимур, передайте вашим прогульщикам, что на экзамене они могут не рассчитывать на поблажки. Если студенты находят возможным пропустить зачетный тест, то я ничего не могу поделать.

ДэЭс вещал монотонно, нудно, чуть-чуть скрипуче, а я, замерев в дурацкой позе, испуганно ждала, когда преподаватель вместе с нашим старостой пройдут мимо меня. И не заметят. Нет, больше всего я хотела, чтобы меня не заметил ОН.

Тимур Керимов — последний человек на курсе и во всем универе, с которым я хотела бы столкнуться прямо сейчас. Наша взаимная нелюбовь с Тимуром, начавшаяся много лет назад в пору обучения в одном классе, давно переросла в войну. А на войне хороши все средства. И Керимов не остановится ни перед чем, чтобы меня унизить.

Только я сейчас совсем не в том состоянии, чтобы бороться с ним.

— Я передам, конечно, — спокойно ответил парень.

— Хорошо, Тимур, что вы серьезно относитесь к своей учебе. Всегда приятно…

Я не расслышала того, что ответил на похвалу Керимов, потому что в этот момент протискивающийся мимо меня первокурсник запнулся за одну из ступенек и неожиданно сильно ударил меня локтем. Я коротко охнула от резкой боли в плече и выпустила из пальцев сумку. Магнитная кнопка одного из внешних карманов расстегнулась, и ручки выкатились наружу, точно на середину заполненной людьми площадки.

— Ветрова, что за…? — полный презрения голос Керимова, ставшего свидетелем этой сцены, заставил меня вздрогнуть. Но я даже не обернулась. Схватившись за ноющую от боли руку, я уставилась на то, как виновник переполоха нагибается и собирает раскатившиеся по углам карандаши и ручки.

— Черт, извини. Я тебя не заметил. Вот держи свою сумку, — светловолосый парень расплылся в виноватой улыбке.

— Да, спасибо.

— Хм, ты в порядке? — меня смерили подозрительным взглядом, и я торопливо уверила блондина в том, что у меня все отлично. — Ну, ладно. Пока.

— Пока, — я откликнулась чуть слышно и растерянно проследила за тем, как первокурсник шустро кинулся вниз, перепрыгивая через ступеньки и едва не сбивая с ног оказавшихся на его пути девчонок. — … и всех еще раз предупредите, — бодрый голос Дмитрия Сергеевича, остановившегося на площадке чуть левее меня, вывел меня из раздумий. — А вы, сударыня Ветрова, — я вскинула глаза, встречаясь взглядом с Синициным, — как-то неважно выглядите сегодня. Готовились всю ночь к контрольной?

Керимов, стоящий рядом с ДэЭс, хмыкнул, услышав предположение.

— Да, да… готовилась. Ночью, — я поджала губы, замечая, с каким самодовольным видом за мной наблюдает Тим.

— Ай-яй-яй, не надо так напрягаться, Ксюшенька. Надо беречь себя и свое здоровье. Вам еще детей рожать.

После слов старого преподавателя у меня на глаза навернулись слезы. Я зажмурилась и чуть отвернулась, закрывшись челкой.

— Не расстраивайтесь, сударыня Ветрова. Лучше езжайте домой и отдохните.

Я кивнула, соглашаясь с советом Синицина.

— А вы, Тимур. Помогите вашей одногруппнице, — добродушно посоветовал вдруг ДэЭс, и Керимов, скрывая изумленный взгляд, кисло улыбнулся ему в ответ. — Мне уже пора на следующую пару. Всего хорошего, Ксения, Тимур.

— До свидания, — откликнулся через силу парень. И, как только ДэЭс повернулся в сторону лестницы, зло бросил мне. — Слышала, что он сказал? Вали отсюда.

Даже в своем странном оцепенении я почувствовала исходящие от парня флюиды злости. Помогать мне он, естественно, не собирался.

— Уже валю, — ответила почти беззвучно, едва ли не впервые отказываясь продолжать пикировку с Тимом. В другой раз и в другом состоянии я бы нашла подходящий ответ. Но прямо сейчас мне нестерпимо хотелось лишь одного — попасть домой.

Тимур, удовлетворенный моим бормотанием, отвернулся, перестав наблюдать за тем, как я тоскливо смотрю на виднеющиеся вдали стойки металлоискателей, гардероб и заветные двери выхода из универа. Расстояние в несколько десятков метров я, вряд ли, смогла бы преодолеть сама. Тело, ставшее тяжелым и непослушным, отказывалось подчиняться приказам мозга. В ушах звенело. Впервые за весь день я подумала о том, что переоценила свои силы.

— И что зависла? — Керимов, опять обративший свое внимание на меня, хмыкнул. Я промолчала. Головная боль стала совсем невыносимой. К горлу снова подкатывала тошнота. Зажмурившись, я устало привалилась к стене.

— Какого черта, Ветрова? Эй, ты в порядке?

— Да, да. Все в порядке, — ответила, стараясь скрыть дрожь. Прислонившись спиной к стене, я чувствовала себя так, будто вот-вот потеряю сознание. От боли ныло сердце, и страх тугим комком пульсировал где-то под самым горлом.

×