Мисс совершенство, стр. 2

За это Хоуп должна благодарить подруг, а также семейство Монтгомери: троих братьев и мать. Жюстина Монтгомери приняла ее на работу, не колеблясь ни секунды. Хоуп, тогда еще не знакомая с характером Жюстины, изумилась столь быстро сделанному предложению. С другой стороны, зная себя, она до сих пор не перестает дивиться собственному не менее скорому согласию.

Рывок с места и разгон до сотни? Скорее даже до ста пятидесяти, и это еще не предел. Хоуп Бомонт не жалеет о своем порыве, о принятом решении и сожженных мостах. В ее планы не входило начинать жизнь с чистого листа, но планы ведь можно перекраивать, а уж это она умеет. Благодаря семье Монтгомери с любовью — и большим тщанием — восстановленная гостиница стала домом и делом Хоуп.

Она прошлась по террасе, проверила, не пересохла ли земля в подвесных кашпо, сдвинула — совсем чуть-чуть — венский стул.

«Обожаю здесь каждый квадратный дюйм», — промурлыкала Хоуп себе под нос.

Одна из террасных дверей, та, что в номере «Элизабет и Дарси», распахнулась; в ночном воздухе разлился аромат жимолости. Кое-кому еще не спится, подумала Хоуп. А спят ли привидения вообще? Вряд ли призрачная женщина, которую Бекетт окрестил Элизабет, ответит на вопрос, пока что Лиззи не снизошла до общения с соседкой по отелю…

Хоуп улыбнулась, сделала глоток вина.

— Чудесная ночь. А я, знаешь ли, думала о том, насколько изменилась моя жизнь, и о том, что, в общем и целом, я этому очень рада, — легким, непринужденным тоном произнесла Хоуп.

Исторические изыскания, которые она провела вместе с Оуэном Монтгомери в отношении постоянной гостьи отеля, позволили выяснить, что Лиззи, то есть Элиза Форд, как ее звали при жизни, — дальняя родственница Хоуп, а с родней следует вести себя дружелюбно.

— В «Уэстли и Баттеркап» заселились новобрачные. Такие счастливые, такие юные и свежие!.. А пара из «Ника и Норы» отмечает пятидесятивосьмилетие супруги. Эти, конечно, далеко не юны, но тоже счастливы — видно, что им хорошо и комфортно. Я рада, что могу предоставить им особенное место, шанс получить особенные впечатления — это у меня получается неплохо.

Стояла тишина, однако Хоуп ощущалаприсутствие незримой слушательницы. Тишина была… компанейской, да, на удивление компанейской. Как если бы две женщины просто стояли на террасе в поздний час и смотрели вдаль.

— Кароли придет рано. Завтрак — на ней, а я с утра совершенно свободна. Так что вот, — Хоуп подняла бокал. — Немного вина, немного самокопания и жалости к себе за то, что хожу кругами и понимаю — жалеть себя в общем-то не за что. — Улыбнувшись, она сделала еще один глоток. — И можно позволить себе полный бокал. Ладно, с делами на сегодня покончено, пора и спать.

И все же она задержалась на террасе, в безмолвии летней ночи, окутанная ароматом жимолости.

* * *

Когда утром Хоуп спустилась на первый этаж, в воздухе витали запахи свежесваренного кофе, жареного бекона и, если обоняние ее не подводило, фирменных блинчиков Кароли с яблоками и корицей. Из столовой доносилась непринужденная беседа. Донна и Макс обсуждали, не прогуляться ли им по городу перед отъездом.

Хоуп прошла по коридору и завернула на кухню посмотреть, не нужна ли Кароли помощь. На лето сестра Жюстины коротко стриглась, оставляя кокетливую челку, которая очень шла к ее ясным глазам орехового цвета. Увидев Хоуп, она просияла, но тут же нацелила на нее указательный палец.

— Что это вы тут делаете, юная леди?

— Уже почти десять.

— А как же твой выходной в утреннюю смену?

— Отчет на текущий момент: спала до восьми, занималась йогой, слонялась по квартире. — Хоуп налила себе чашку кофе, пригубила напиток и блаженно прикрыла темно-карие глаза. — Первая чашка за день. Интересно, почему она всегда самая вкусная?

— Ох, не знаю. Я все пытаюсь перейти на чай. Дарла помешана на здоровом образе жизни и изо всех сил приучает к нему и меня. — Кароли говорила о дочери с любовью и едва заметным раздражением. — Мне очень нравится наша чайная смесь «Титания и Оберон», но… это не кофе.

— Кофе ничем не заменишь.

— Вот именно. Дарла ждет не дождется, когда откроется новый фитнес-центр. Говорит, если я не запишусь на йогу, она сама запишет меня и будет водить на занятия силой.

— Йога тебе понравится, — сказала Хоуп и рассмеялась, заметив, как на лице Кароли промелькнули сомнение и тревога. — Вот увидишь.

— Хм-м. — Кароли взяла полотенце и опять принялась натирать гранитную кухонную стойку. — Варгасы в восторге от номера, а уж при виде ванной и особенно «волшебного» туалета просто онемели от восхищения — ну, как все гости. Зато наши молодожены пока даже носа за дверь не высовывали.

— В противном случае они бы меня разочаровали. — Хоуп начала причесываться. В отличие от Кароли, она экспериментировала с волосами, отращивая их, чтобы сменить прическу, которую носила последние два года, — короткие, острые пряди. Теперь гладкие темные концы доставали до подбородка и ужасно мешали.

— Загляну к Донне и Максу, — сообщила Кароли, — спрошу, не нужно ли чего.

— Позволь мне, я все равно хотела поздороваться с ними. А потом, наверное, наведаюсь в «Переверни страницу», перекинусь словечком с Клэр, раз уж у меня свободное утро.

— Я видела Клэр вчера в книжном клубе. У нее такой чудесный животик!.. Кстати, если новобрачные захотят еще оладий, у меня как раз осталось тесто.

— Хорошо, передам.

Хоуп легкой походкой вошла в столовую и завела любезную беседу с постояльцами гостиницы, в то же время незаметно проверяя наличие припасов. Отлично, всего в избытке: и свежих летних ягод, и кофе, и сока. Убедившись, что гости довольны, Хоуп решила подняться к себе за сумочкой и на лестнице неожиданно столкнулась с молодоженами, которые зашли в отель с черного хода.

— Доброе утро.

— О, здравствуйте! — Личико свежеиспеченной супруги светилось радостью сладкого утра, первого в семейной жизни. — У нас изумительный номер. Я чувствую себя прямо-таки принцессой-невестой.

— Как вам будет угодно, — церемонно ответила Хоуп, и новобрачные рассмеялись.

— Здорово вы придумали — назвать и оформить номера в честь известных влюбленных пар, — заметила Эйприл.

— Влюбленных, чьи истории завершились счастливо, — напомнил молодой жене Трой и получил в ответ загадочную, мечтательную улыбку.

— Вроде нас. Знаете, мы вам очень благодарны. Вы сделали нашу брачную ночь волшебной. Все было как в моих мечтах. Просто чудесно!

— Ради этого мы и стараемся.

— Только… есть один вопрос. Мы знаем, что должны освободить номер и…

— Если желаете выписаться попозже, я готова пойти вам навстречу, — начала Хоуп.

— Понимаете, дело в том…

— Мы хотели бы остаться еще на одну ночь. — Трой обвил рукой плечи Эйприл, притянул ее к себе. — Нам здесь действительно очень нравится. Вообще-то, мы собирались ехать в Вирджинию, пощелкать фотоаппаратом по дороге, но тут так здорово!.. Мы заплатим за любой свободный номер, если, конечно, они есть.

— С удовольствием разместим вас. Ваш номер на сегодня никто не забронировал.

— Правда? — Эйприл подпрыгнула на носочках. — Большое вам спасибо.

— Не за что. Я искренне рада, что вам у нас хорошо.

Счастливые постояльцы созданы для счастливых управляющих, подумала Хоуп, взбегая по лестнице к себе в апартаменты. Захватив сумочку, она так же стремительно спустилась обратно на первый этаж, метнулась в офис, чтобы зарегистрировать новую бронь номера, миновала администраторскую и, оставив позади смесь голосов и ароматов, торопливо выскользнула через заднюю дверь.

Она обогнула гостиницу и бросила взгляд на противоположную сторону улицы, где стояла «Веста». Расписание дня подруг, Клэр и Эйвери, известно Хоуп почти так же хорошо, как свое собственное. Эйвери сейчас готовится открыть пиццерию, а Клэр, должно быть, уже вернулась от доктора. УЗИ, ей ведь сегодня делали УЗИ! Если повезет, уже сегодня они узнают, кто родится у Клэр — мальчик или долгожданная девочка.

×