Без ума от тебя (ЛП), стр. 3

Лили полагала, что должна что-то сказать.

— Спасибо, — догадалась она, — офицер..?

— Мэтьюс. Держитесь своей стороны дороги, Лили. Вам нужно быть рядом с сыном, чтобы вырастить его. — Повернувшись на каблуках, он направился обратно к своему автомобилю. Галька захрустела под подошвами его ботинок.

Он знает, что у нее есть сын? Лили тронула «джип» с места и выехала обратно на шоссе. Откуда? Эти сведения стали доступны, когда офицер проверял номера «джипа»? Узнал ли он ее вес? Лили посмотрела в зеркало заднего вида. Машина полицейского все еще была припаркована на обочине, но мигающие огни погасли. Как и большинство женщин, Лили заявляла свой вес на два килограмма меньше. На самом деле она не весила пятьдесят семь килограмм, но хотела. Казалось, что как только ей исполнилось тридцать пять, она набрала лишние два килограмма, от которых не могла избавиться. Конечно, наличие в доме десятилетнего мальчика, которому требовались сладости, не помогало.

Через несколько секунд Лили забыла об офицере Мэтьюсе. У нее имелись другие поводы для беспокойства, и десять минут спустя она нажала кнопку на пульте, прикрепленном в солнцезащитному козырьку, проехала мимо баскетбольной корзины, стоявшей рядом с подъездной дорожкой, и заехала в гараж. Лили была уверена, что Пиппен у бабушки, поглядывает в окно и будет дома, прежде чем она успеет поставить на стол свой пакет и сумку.

Как она и предвидела, Пиппен выкрикнул:

— Мам, — врываясь в дом с черного хода. — Бабушка сказала, что собирается прийти с еще одной порцией спагетти. — Он бросил рюкзак на кухонный стол. — Прячься.

Вот дерьмо.

Лили вытащила мобильник из сумочки.

— Привет, ма, — сказала она, как только Луэлла сняла трубку. — Пиппен сказал, ты принесешь спагетти.

Жалко, что я не знала, потому купила еду на вынос в «Пальчики оближешь».

— О, черт побери. Я же знаю, как ты любишь мои спагетти. — Лили понятия не имела, откуда у матери такая уверенность. — Я рассказывала тебе про нашего нового соседа?

Лили закатила глаза и расстегнула куртку. Почти годи дом слева был выставлен на продажу. Его купили всего несколько недель назад, и Лили удивилась, почему Луэлле понадобилось столько времени, чтобы представиться и узнать всю подноготную новых соседей.

— Это одинокий парень с кошкой по имени Розочка.

Мужчина с кошкой? По имени Розочка?

— Он гей?

— Не выглядит таковым, но ты же помнишь Милтона Фарли.

— Нет. — В любом случае Лили было все равно.

Что не останавливало Луэллу, когда та хотела чем-то поделиться.

— Он жил в Пондеросе и был женат на Бренде Джин. У них были те тощие маленькие дети с сопливыми носами. Несколько…

Закрыв рукой трубку, Лили прошептала сыну, который обнимал ее за талию:

— Я отправлюсь в ад за то, что ради тебя солгала бабушке.

Пиппен поднял голову от ее рубашки. Улыбнулся, демонстрируя полный рот брекетов с голубыми резинками. Иногда Пип был так похож на отца, что это разбивало Лили сердце. Золотистые волосы, карие глаза и длинные загибающиеся ресницы.

— Я люблю тебя, мам, — сказал он, согревая ей душу.

Лили с радостью отправилась бы в ад ради Пипа. Прошла бы сквозь огонь, убийства, воровство и ложь матери ради своего сына. Чтобы он вырос сильным, здоровым и отправился в Техасский механико-сельскохозяйственный университет.

Филип «Пиппен» Дарлингтон станет кем-нибудь. Кем-нибудь лучшим, чем его родители.

Пока мать щебетала о Милтоне Фарли и его тайном бойфренде в Одессе, Лили наклонилась и поцеловала сына в макушку. Почесала ему спинку через толстовку с логотипом Техасского университета, почувствовав, как Пип вздрогнул. Она не всегда была лучшей матерью на свете, но благодарила Бога за то, что никогда не лажала так, чтобы испортить сыну жизнь.

— …и ты просто узнаешь, что он дурил всех своим…

Лили закрыла глаза и вдохнула запах волос Пиппена. Она сделала все, чтобы сын, придя в школу, не стал выслушивать истории о своей странной маме. Потому что знала, каково это. И очень старалась, чтобы быть чертовски уверенной, что никогда не будет смущать его и что ему никогда не придется услышать, как другие дети зовут его маму Сумасшедшей Лили Дарлингтон.

ГЛАВА 2

По Ловетту, Техас, уже поползли серые тени, когда офицер Такер Мэтьюс завел свою «Тойоту-Тундра» в гараж и заглушил двигатель. Рассвести должно было только через полчаса, и температура воздуха застыла на отметке близкой к нулю.

Такер работал всего лишь третью неделю в офисе шерифа Поттер Каунти и только что вернулся с двенадцатичасовой ночной смены. Он взял с соседнего сиденья служебный «глок», небольшую спортивную сумку и, пройдя в кухню, поставил ее на стол и положил оружие рядом. Из кошачьего домика, стоявшего в гостиной, раздалось мяукание, и Розочка прибежала на кухню поприветствовать хозяина.

— Подожди, Розастер, — сказал он, снимая коричневую служебную куртку и вешая ее на крючок рядом с черным входом. Потом подошел к холодильнику.

Ветеринар утверждал, что молоко не очень полезно для Розочки, но она его любила. Такер налил немного в маленькую тарелочку на полу, пока угольно-черная кошка с розовым носом терлась о его ногу и мурчала, и почесал ей голову. Чуть менее года назад кошки даже не нравились ему. Он жил в Форте Блисс, готовился уйти в отставку после десяти лет службы и переехать к своей подружке Тиффани и ее кошке Розочке. Через две недели после того как они съехались, Тиффани исчезла, забрав гитару Такера «Гибсон Ле Пол» ручной работы и оставив ему свою кошку.

Встав, Такер прошел через кухню. В тот период у него было два выбора: снова пойти в армию или сделать что-то еще со своей жизнью. Он любил службу. Парни были его братьями. Офицеры — единственными настоящими отцами, которых он знал. Такер завербовался в восемнадцать, и армия стала его единственной семьей. Но пришло время двигаться дальше. Делать что-то еще, кроме как взрывать все вокруг и ловить пули. И нет ничего лучше пули в голове, чтобы заставить парня понять, заботит ли его собственная жизнь или нет. Пока не почувствовал, как кровь течет по лицу, Такер не думал, что именно для него важно. Казалось, что он не нужен никому, кроме как товарищам по оружию.

А потом он встретил Тиффани, и ему показалось, что она заботится о нем. Парни предупреждали, что его подруга — любительница военных, но Такер не слушал. Он встречал любительниц военных, пару раз плавал в целом бассейне из них, но Тиффани сумела обдурить его и заставила поверить, что заботится о нем, что хочет чего-то большего, чем солдата, который меняет дислокацию раз в месяц. Может быть, Такер хотел, чтобы его обдурили. Потом он догадался, что подругу больше интересовала его гитара. Сначала он был в ярости. Что за человек бросает котенка? Оставляет его неизвестно с кем? С парнем, у которого никогда не было ни единого животного и который понятия не имел, что с ними делать? Теперь же он считал, что Тиффани оказала ему услугу.

Так что предпринимает бывший армейский стрелок, ушедший в отставку? Конечно же, поступает в Академию шерифа в Эль-Пасо. Полугодовая тренировочная программа стала для Такера легкой прогулкой, он завершил ее с лучшими оценками на курсе, а когда закончился испытательный срок, подал заявление на место в Поттер Каунти и несколько месяцев назад переехал в Ловетт.

Солнце осветило задние дворы дома Такера и соседского. Он купил свой первый дом несколько недель назад. Свой собственный. Такеру было тридцать, и за исключением первых пяти лет жизни, когда он жил с бабушкой, это было первое жилище, которое по-настоящему принадлежало ему. Такер не был аутсайдером. Или скваттером. Это не было временным приютом, пока он не сорвется с места в поисках другого временного пристанища.

Он был дома. Чувствовал это до мозга костей и не знал почему. Он жил в разных частях страны, мира, но Ловетт, Техас, казался правильным местом с первой минуты.

×