Ключ из глубин времени, стр. 2

Предположим, они не найдут здесь то, что ищут. Но на старых картах примерно в этом месте стоит звездочка. Она обозначает город? Космический порт?

После неудачной операции «Топаз», когда группа добровольцев-апачей отправилась на поиски предполагаемого пункта красных, Эш вызвался добровольцем лететь на Гавайку. Росс вспомнил несколько тяжелых месяцев, когда только майор Кэлгаррис и, может, в меньшей степени он сам, Росс, удержали Гордона Эша в Проекте. Операцию «Топаз» признали неудачной, когда корабль с поселенцами не вернулся. И Эш чувствовал себя виноватым: он сам набирал и частично готовил пропавший отряд.

Среди отправленных в экспедицию вопреки яростным протестам Эша, был и Тревис Фокс, который вместе с Эшем и самим Россом участвовал в первом галактическом полете на найденном в прошлом корабле. Тревис Фокс, археолог-апач, добрался ли он до Топаза? Или будет теперь со своим экипажем вечно скитаться меж звезд? Высадились ли они на планете с враждебными формами жизни или их поджидала засада красных? Сама неопределенность их судьбы продолжала преследовать Эша.

Поэтому на этот раз он настоял, что сам отправится со второй группой поселенцев, добровольцами с Самоа и Гавайев, чтобы осуществить еще более возбуждающее разум и опасное исследование. Как Проект исследовал прошлое Земли, так Эш и Росс попытаются определить, что скрывается в прошлом Гавайки, увидеть эту планету такой, какой она была в расцвете межзвездной цивилизации, и тем самым узнать о своих предтечах в космосе. И загадочная картина, которую они обнаружили после высадки, только усиливала необходимость открытия… или открытий.

Их зонд, если им повезет, может стать воротами во времени. Установка значительно усовершенствована по сравнению с тем примитивным переходом, который они использовали в первых опытах. После того как земные ученые и инженеры получили доступ к лентам межзвездной империи, техника сделала огромный рывок вперед. Создавались грандиозные установки, были сделаны новые открытия, и в результате возникла гибридная технология, соединившая достижения двух цивилизаций, разделенных тысячелетиями.

Когда он или Эш — или Карара со своими дельфинами — обнаружат подходящее место, двое агентов смогут установить собственное оборудование. И Росс и Эш готовы к этому. Им нужен только один кирпич, и они смогут выстроить всю стену. Но нужно найти хотя бы малейший след, остаток древнего сооружения, какое-то напоминание о прошлом, чтобы нацелить на него свой временной зонд. И хотя со времени высадки прошло уже несколько недель, ничего подобного пока не было найдено.

Росс пересек вершину скалы, напоминавшую петушиный гребень острова, и начал спуск к поселку. Как их и учили, полинезийские переселенцы использовали местные продукты и материалы для сооружения зданий и изготовления инструментов. Если понадобится, они вполне смогут жить только на местных продуктах, потому что на корабле не имелось достаточно места для припасов и инструментов. Когда корабль улетит, поселенцы на несколько лет окажутся предоставленными сами себе. Их корабль — серебристый шар — лежал на скальном выступе, пилот и экипаж задержались, ожидая результатов поиска Эша. Но еще четыре дня, и они вынуждены будут улететь, даже если результаты поисков окажутся отрицательными.

Разочарование преследовало Эша, как несколько месяцев назад его преследовали гнев и чувство вины из-за операции «Топаз». Чем больше Росс думал, тем больше смысла видел в предложении Карары. Если будет больше пловцов, вероятность находки увеличится. Пока дельфины не сообщали ни о каких опасных морских животных, и следует опасаться только естественных препятствий, которые всегда ожидают пловца.

Жаберные ранцы имеются в достаточном количестве, а все поселенцы — отличные пловцы. Пока во всех работах — разгрузке корабля, сооружении поселка, всем том, что необходимо для основания базы, — они демонстрировали энергию и энтузиазм. Только в последние несколько недель праздность, которая кажется неотъемлемой частью здешней атмосферы, подействовала и на них, и теперь жизнь островитян приобрела более медленный и ленивый ритм. Росс вспомнил, как накануне вечером Эш сравнил Гавайку с легендарным земным островом, обитатели которого питались семенами местного растения и постоянно жили в наркотическом опьянении. Гавайка быстро становится островом лотосов.

— Сюда, потом на запад… — Эш согнулся над складным столом в сборном доме. Он не взглянул на вошедшего Росса. Карара склонила все еще влажную голову, и ее черные кудри, прилипшие к круглой головке, почти коснулись коротко остриженных каштановых волос Эша. Оба внимательно рассматривали карту, словно видели не линии на бумаге, а настоящие заливы и лагуны, которые представляли эти линии.

— Вы уверены, Гордон, что именно эти современные участки соответствуют изображению на древней карте? — девушка откинула волосы назад.

Эш пожал плечами. Вокруг рта его четко обозначились напряженные складки, которых несколько месяцев назад не было и в помине. Двигался он резко, не теми гибкими непрерывными движениями как в прежние дни, когда его спокойствие и уверенность поддерживали новичка Росса.

— Общие очертания этих двух островов как будто соответствуют вот этому мысу… — он достал вторую карту, на прозрачном пластике, и наложил на первую. Мыс большого массива суши на этой старой карте удивительно совпадал с очертаниями островов на новой. Большой остров, расколотый, разорванный, вполне мог послужить прародиной группы атоллов и заливов, которую они сейчас исследуют.

— Но как давно? — вслух подумала Карара. — И почему?

Эш пожал плечами.

— Может быть, десять тысяч лет, пять, две, — он покачал головой. — Мы понятия не имеем. Очевидно, здесь произошла катастрофа в масштабах всей планеты, только она могла так изменить контуры суши. Возможно, придется подождать второго прилета корабля, чтобы воспользоваться вертолетом или гидропланом для дальнейших исследований. — И он провел рукой за пределами карты, обозначая всю оставшуюся Гавайку.

— Год, может быть, два, прежде чем на это можно будет рассчитывать, — вмешался Росс. — И остаются только надеяться, что Совет признает наши исследования достаточно важными, — чувство противоречия, которое он всегда испытывал в присутствии Карары, заставило его высказать свои мысли не задумываясь. Увидев, как дернулся рот Эша, Росс понял свою ошибку. Гордон нуждается в поддержке, а не перечислении тех многочисленных путей, на которых экспедицию ожидает неудача.

— Послушайте! — Росс подошел к столу и взмахнул рукой, указывая пальцем. — Мы знаем, что легко могли пропустить то, что ищем, хотя нам и помогали дельфины. Слишком большой район. И всякие признаки цивилизации скрыты под водорослями. Предположим, десять человек начнут полукругом отсюда и дойдут до этого пункта, направляясь в сторону суши. Видеокамеры здесь и здесь… мы прочешем весь этот район по дюйму, если понадобится. В конце концов времени и мужской силы у нас достаточно.

Карара негромко рассмеялась.

— Мужчины, всегда мужчины, Росс? Но есть ведь и женщины. И зрение у нас острее. Но мысль неплохая, Гордон. Посмотрим, — она начала перечислять, загибая пальцы: — Пакики, Ваеоха, Хори, Лилиа, Таэма, Уи, Хоноура — они лучше всех в воде. Я… ты. Росс… Гордон! У нас десять человек с острым взглядом, и нам всегда помогут Тино-рау и Тауа. Мы захватим припасы и устроим здесь на острове лагерь. Этот остров похож на согнутый манящий палец. Да, этот палец кажется мне обещающим что-то в будущем. Подходит такой план?

Напряженное лицо Эша слегка расслабилось, Росс успокоился. Именно в этом нуждается Гордон, хватит ему сидеть над картами, докладами, снова и снова пересматривая очертания суши. Эш всегда был полевым агентом; организация поселка для него — тяжелая, отупляющая работа.

Когда Карара ушла, Росс прилег на койку у стены.

— Как вы думаете, что же на самом деле случилось? — отчасти его действительно интересовала эта загадка, и он постоянно размышлял над ней после высадки на Гавайке; но ему хотелось и отвлечь Эша от непосредственных забот. — Атомная война?

×