Доллары мистера Гордонса, стр. 36

Часы над пультом показывали 11.45. Доктор Карлтон находилась за пультом, рядом стоял Смит. Доктор Карлтон не отрывала глаз от приборов.

— Все готово, — сказала она через плечо, — можно производить запуск в любой момент — Хорошо, — сказал лежавший на столе Римо, — держите меня в курсе.

Чиун подошел поближе.

— Слышал? — спросил он.

— Что именно?

— Этот звук. Там, снаружи.

— Нет.

А Чиун слышал. И внимательно вслушивался, ожидая его повторения. Он узнал этот звук: это был хруст разрываемого металла. Стальная дверь больше не преграждала доступ в лабораторию. Над пультом управления замигала красная лампа.

— Он здесь, — сказала доктор Карлтон. Римо вскочил на ноги и подошел к ней. — Тепловые датчики показывают, что кто-то находится в коридоре, добавила она.

— Хорошо, — сказал Римо. — Нельзя ли как-нибудь затемнить это окно, чтобы он нас не видел?

Доктор Карлтон нажала на какую-то кнопку, и прозрачный пластик окна начал постепенно темнеть.

— Там, в середине, имеется поляроидный экран, — объяснила она. — Можно сделать так, что окно станет совершенно непрозрачным.

— Хватит, — сказал Римо. — Уже достаточно темно.

Мистер Гордонс медленно двигался по коридору, ведущему к пусковой шахте. Он не спешил. Времени в запасе было предостаточно — до запуска оставалось четырнадцать минут. Путь ему преградила стальная перегородка. Он прижал ладони к краю переборки. Его пальцы потеряли свой обычный вид и превратились в стальные лезвия, скользнувшие в еле заметную щель между перегородкой и стеной. Они вытянулись на толщину перегородки, потом еще немного, и вот уже их концы загнулись, зацепившись с противоположной стороны. Мистер Гордонс потянул край переборки к себе, сталь издала стонущий звук и подалась. Открылся проход в другой коридор. На ходу мистер Гордонс поменял форму своих кистей, вновь придав им вид человеческих рук. Дойдя до конца коридора, он стал подниматься вверх по лестнице.

Пройдя три пролета, он оказался на крыше лаборатории и направился к ее центральной части — туда, где находилось выходное отверстие шахтного ствола. Оттуда поднимался туман, образованный испаряющимся жидким кислородом. Подойдя к краю ствола, он заглянул в него и увидел остроконечный нос ракеты. Через край шахты была перекинута спускавшаяся вниз металлическая лестница, конца которой не было видно в густых клубах испаряющегося кислорода. Гордонс перелез через край шахты и начал спускаться по лестнице.

— Вот он, — сказал вполголоса Римо. — Двигается все так же смешно, как и раньше.

Мистер Гордонс почувствовал, что за пластиковым окном находятся люди, но это его не встревожило — он знал, что в связи с запуском там должны были находиться люди. Достигнув дна шахты, он направился к ракете и встал под ней, окутанный облаками кислородных паров.

— Уберите этот туман, — обратился Римо к доктору Карлтон, а то не видно, что он там делает.

Доктор Карлтон нажала кнопку и перекрыла поступление охладителя. Дымка начала рассеиваться, и они увидели, как мистер Гордонс поднял руки, взялся за запертую крышку люка и, вырвав ее, бросил себе под ноги. Потом, ухватившись за края люка, подтянулся и скрылся внутри ракеты.

Рука Смита потянулась к стартовой кнопке. Римо перехватил ее на полпути и накрыл своей ладонью.

— Только не это, — сказал он. — Я же говорил, что от этого не будет проку.

— А от чего будет?

— А вот от этого!

Римо открыл дверь центра управления и легко соскользнул вниз, на дно шахты. Сверху, из ракеты, до него доносились звуки разрываемых стальных листов и оборудования.

— Эй ты, беглец из психушки, вылезай оттуда! — крикнул Римо. — Там для тебя ничего интересного нет!

Шум внутри ракеты прекратился, и наступила тишина.

— Ты слышал? — крикнул Римо. — Вылезай сюда, ко мне! Я тебя вскрою, как консервную банку!

Внутри ракеты послышалось какое-то движение, и в отверстии люка показались ноги. Мистер Гордонс спрыгнул вниз и встал под ракетой, вперившись в Римо.

— "Привет" вполне достаточно, — сказал он, наконец. — Я не думал, что вы здесь.

— А ты и не должен был думать, что мы здесь, примитивный ты арифмометр!

— Я бы предложил вам выпить, но у меня нет времени. Я должен вас уничтожить.

— Попробуй.

— Желтокожий тоже здесь?

— Да.

— Тогда я уничтожу и его. После этого мое выживание будет гарантировано навсегда.

— Сначала тебе придется пройти мимо меня: я всегда делаю за Чиуна то, что полегче.

— Мне не нужны руки, чтобы расправиться с вами, — сказал мистер Гордонс, и Римо увидел, как задвигались у него под кожей кости и как его руки на глазах начали менять свою конфигурацию. И вместо рук появились два сверкающих стальных клинка, начинающихся от самой грудной клетки Гордонса.

Римо сделал резкий выпад правой ногой. В тот же момент Чиун, находившийся в центре управления, повернул регулятор, окно просветлело, и Чиун увидел, как, подняв над головой руки-ножи, мистер Гордонс бросился на Римо. Римо остановился, подождал, пока Гордонс приблизится почти вплотную, сделал финт влево, отскочил вправо и, проскользнув под свистящими в воздухе клинками Гордонса, оказался у него за спиной.

— Эй! — позвал Римо. — Поворачивайся, жестянка безмозглая! Я тут!

Мистер Гордонс обернулся.

— Эффектный маневр, — сказал он. — Могу вам сообщить, что я ввел его в свою память. Если вы его повторите, я убью вас наверняка.

— О'кей, тогда я покажу тебе кое-что другое.

Мистер Гордонс двинулся к Римо, но если до этого он рубил ножами воздух перед собой, то теперь он напоминал дирижера оркестра с той, однако, существенной разницей, что вместо дирижерской палочки воздух рассекали два обоюдоострых сверкающих лезвия. Гордонс ринулся к Римо, который, резко и высоко подскочив, оттолкнулся от плеча андроида и оказался за его спиной за какие-то доли секунды до того, как через эту зону со свистом прошел левый нож-рука. Лезвие не достало Римо, зато довольно глубоко вонзилось в плечо самого мистера Гордонса.

— Внеси это в свою программу, — услышал он позади себя голос Римо. — А не то в следующий раз сам себе перережешь глотку.

Мистер Гордонс ощутил, что в нем поднимается какое-то новое, странное чувство, никогда еще им не испытанное. Оно было незнакомым, непривычным; он хотел остановиться, чтобы совладать с ним, но оно уже не позволило ему остановиться. Это был гнев — холодный, бешеный гнев, и он заставил его ринуться на Римо со всей скоростью, на которую был способен андроид. Присев, Римо проскользнул у Гордонса между ног и снова оказался у него за спиной.

Мистер Гордонс пролетел по инерции вперед и врезался в стальную обшивку шахты; правое лезвие сломалось и с лязгом упало на бетонный пол.

Мистер Гордонс взглянул вверх, на пластиковое окно. Он увидел за ним доктора Карлтон, Чиуна и кого-то еще, кого он никогда раньше не встречал. Он понял, что доктор Карлтон была свидетельницей его неудачи, и это еще больше разожгло его гнев. Повернувшись, он снова бросился к Римо, прислонившемуся спиной к противоположной стене шахты. Тот подождал, пока Гордонс приблизится почти вплотную, а затем взлетел, ухватившись за одну из укрепленных высоко над ним опор ракеты, и перепрыгнул через голову Гордонса.

В бешенстве Гордонс резко махнул культей, лишившейся ножа, и задел левую икру Римо. Тот отпрыгнул, уходя из опасной зоны, но когда приземлялся, нога подвернулась, и он упал на пол шахты. Он попытался было вскочить на ноги, но левая нога не слушалась. Тупой обрубок, видимо, повредил мышцы.

Римо поднялся, перенеся вес тела на правую ногу, и повернулся лицом к Гордонсу.

— Вы повреждены, — сказал мистер Гордонс, — и теперь я вас уничтожу.

И тут, будя раскаты эха в шахте, как гром прогремел голос, казалось существовавший вне времени и пространства:

— Остановись, машина зла!

Это был голос Мастера Синанджу. Дверь центра управления была открыта. В проеме стоял облаченный в красное кимоно старый азиат.

×