Новогодний Дозор. Лучшая фантастика 2014 (сборник), стр. 2

– Но он шестой уровень, – напомнил я.

– Поэтому Морозов и станет толкаться в тех местах, где полно подходящей энергии. Светлой. Радость, любовь, доброта… он будет все это накапливать, и…

– И? – спросил я.

– Превратит какую-нибудь девушку в свою Снегурочку, – пожала плечами Ольга. – Превратит детей в эльфов и отправит на Северный полюс собирать игрушки. Да просто явится на Красную площадь и начнет творить чудеса! Или президента заколдует, и тот уйдет в отставку!

Я засмеялся:

– Кроме отправки детей на полюс – криминала не вижу… Ольга, ну что же мне, своему ребенку говорить: «Деда Мороза нет, папа его убил»?

– Что? – Ольга вдруг напряглась. – «Своему ребенку»… Вы что, ждете прибавления?

– Нет, но хотим, – смутился я.

– Ясно. Убивать не надо, Антон. Ни в коем случае! – Ольга строго глянула на меня, но тут же добавила, испортив все впечатление: – И, главное, не в Сумраке! Не делай с ним ничего в Сумраке!

Я кивнул.

Мы стояли на звезде. Шпиль покачивался, внизу мельтешили крошечные людские фигурки. Временами бухали петарды и взлетали вверх фейерверки. Я с тоской подумал, что Светлана сейчас делает селедку под шубой… Стоп. А ведь и впрямь делает, утром ходила в магазин за свеклой. Значит, она предвидит мое возвращение? Не придется всю новогоднюю ночь провести в компании целеустремленной Ольги, которая, несмотря на внешность, так стара, что ее уже праздники не радуют…

– Антон! – воскликнула Ольга. – Гляди!

Она протянула руку, указывая куда-то вниз, в сторону Москвы-реки. Воздух помутнел, потом снова просветлел, превращаясь в гигантскую линзу и приближая далекую землю.

И я увидел Деда Мороза. Он ехал к главному зданию МГУ со стороны Лужников, ехал на санях, в которые были запряжены исполинские, больше на лосей похожие олени. Дед Мороз был в красной шубе и с белой бородой.

Сани ехали по поверхности Москвы-реки, которая, конечно же, не замерзла, в ней для этого слишком мало воды. Оленей это не смущало, Деда Мороза – тоже.

– Все напутал, дурачок! – презрительно сказала Ольга. – Одежда у русского Деда Мороза голубая, красная у Санта Клауса. А такие олени вымерли еще в плейстоцене… И бубенцы, бубенцы! Они же звенят «Джингл Беллз»!

Ольга схватила меня за руку и рванула вниз.

Я никогда не пробовал левитировать. Знал это заклинание. Слышал, что многим нравится это волшебное ощущение полета. Наверное, в теплый летний день в хорошем настроении я бы и сам рано или поздно решился полетать…

Но Ольга не летела – она неслась. Тут о приятных ощущениях речь и не шла – мы мчались на Деда Мороза, будто «Черная акула» на вражеский танк. По пути Ольга раскинула Сферу Невнимания, сделав и нас, и Деда Мороза незаметными для людей.

У берега Москвы-реки мы и встретились с Дедом Морозом. Мы упали в снег, утонув в нем почти по пояс. Дед Мороз придержал своих оленей.

– Ночной Дозор! – крикнула Ольга, стараясь выбраться на наст. – Гражданин Морозов, Светлый Иной шестого уровня, выйти из Сумрака!

На мгновение мне показалось, что гражданин Морозов заколебался. Его доброе, но, скажем честно, глуповатое лицо выражало смущение. Олени заволновались. Сани стали полупрозрачными, норовя развеяться как дым.

Потом Морозов засмеялся:

– Ха-ха-ха! Я не в Сумраке, дозорная!

– И смех-то санта-клаусовский! – с презрением произнесла Ольга. – Не может даже образ отыграть… Гражданин Морозов, тебе туда нельзя! Я считаю до трех! Раз, два…

– Три! – рявкнул Морозов. В его руках вдруг появился сверкающий серебром посох – и он нацелил его в нашу сторону.

Ольга успела поставить Щит Мага, закрыв и себя и меня. Иначе леденящий удар вьюги, как минимум отшвырнул бы меня в сторону. А возможно – проморозил бы насквозь.

– Ну хорошо… – с угрозой сказала Ольга.

Ничего хорошего, конечно, не было. Я метался по берегу, стараясь лишь не попасть под удар. А Высшая волшебница и слабенький душевнобольной маг вели сражение – да такое, что, не будь вокруг новогодней кутерьмы и фейерверков, никакие заклинания не помогли бы спрятать бой от людей.

Морозов бил холодом. Он воздвигал вокруг себя ледяные стены, «выстреливал» из посоха острыми льдинами, укрывался клубами метели.

Ольга свои атаки разнообразила. Била огнем, водой, льдом. Била чистой Силой. Она развеяла иллюзию оленей и разнесла в щепки сани, оказавшиеся в реальности старым автомобилем. Она была неподражаема и неутомима. И хоть Морозов свои немногочисленные приемы знал в совершенстве – тут болезнь была ему в помощь, – но справиться с Ольгой он бы не смог.

Вот он и ушел в Сумрак.

Подсознательно я ждал этого момента. Пусть я маг всего лишь третьей категории, но как раз в Сумраке я себя почему-то чувствую уверенно. И там я сумею – я уверен – сделать то, что не смогла сделать Ольга.

Я поднял со снега свою тень, шагнул в нее…

И оказался в Сумраке.

Светлый Иной и по совместительству душевнобольной Морозов стоял в нескольких шагах от меня. Здесь все иллюзии с него спали – это был толстый бородатый старик в спортивном костюме. Только магия и не давала ему замерзнуть. Вместо посоха Морозов держал в руках трубу от пылесоса.

– Выйди из Сумрака! – крикнул я. – Морозов! Тебя сестра ждет, обыскались вся, изревелась… Выйди!

При упоминании сестры он нахмурился и смутился. Но снова покачал головой и твердо сказал:

– Не могу! Дедушка я, Дедушка Мороз…

Посох нацелился на меня.

И я ударил. Рефлекторно. Одной лишь Силой, не разбирая и не выбирая, сметая Морозова с пути и… И не знаю, что именно. Отбрасывая глубже в Сумрак? Растирая в пыль?

Морозов исчез.

Я постоял немного в сером мареве Сумрака озираясь. Покачал головой.

Да что ж я за идиот такой? Ольга ведь говорила – не в Сумраке…

Я вышел наружу – и увидел Ольгу. Она стояла на берегу и курила, разглядывая поле боя. Под ее взглядом снег сминался, сдвигался и прикрывал опаленные проплешины.

– Ольга… – негромко сказал я.

– Убил? – спокойно спросила она.

– Я… не знаю. Он исчез!

– Ты ударил сумасшедшего человека в Сумраке чистой Силой, – сказала Ольга. – Убить ты его не мог, успокойся, он считал себя вечным. Ты просто перевел его в… э-э… состояние символа. В состояние чистой идеи. Сумеречной функции.

Я постоял, осмысливая.

– Так что, я сделал его настоящим Дедом Морозом? – спросил я.

– На некоторое время – без сомнения, – кивнула Ольга. – Уж не знаю, надолго ли. На сто лет, на двадцать, на год. Но у нас теперь есть Дед Мороз.

– Зачем? – воскликнул я. – Ольга, ты мне морочила голову! Ты хотела, чтобы это сделал я! Зачем?

– Чтобы был подарок… подарки, – ответила Ольга. – Новый год – это всегда подарки… Тебя отвезти домой?

С набережной призывно прогудел автомобиль. Судя по всему, это была старая «Волга» Гесера. Тоже мне, еще один показушник, будто не может ездить в нормальном, современном автомобиле…

– Сам доеду, – ответил я.

Несмотря на Новый год, несмотря на удивительное приключение, я был зол. Гесер и Ольга разыграли меня втемную в каких-то своих играх.

И не в первый раз…

…Домой я добрался без четверти двенадцать. Таксиста найти удалось не сразу, а такого, чтобы согласился везти за вменяемые деньги, – еще более не сразу. Хорошо Темным – они бы просто приказали, а я так не могу.

Самое обидное, что никакого подарка, конечно, я найти уже не успевал. Проболтался весь день на задании, явился к бою курантов и выступлению президента… хорош муженек…

Я уже открывал дверь подъезда, когда за спиной раздалось гулкое и добродушное:

– Ты был в этом году хорошим мальчиком?

– Не очень, – ответил я. Обернуться – или не стоит? Что может спровоцировать больного, ставшего «ожившим символом»?

Морозов – или теперь уже просто Мороз? – снова засмеялся.

– Ничего, ничего. Ты был хорошим. Не шали!

Только тогда я и рискнул обернуться – чтобы обнаружить за спиной развеивающийся снежный вихрь, маленький сугроб непривычно чистого для Москвы снега, а на снегу – букет роз и бутылку шампанского.

×