Путем неизбежности (СИ), стр. 2

— А-ааа, господин Ловец! — радостно воскликнула женщина в годах, когда я прошел мимо ее садика, огороженного невысоким забором. — Как вам наша деревушка? Не правда ли здесь мило?

Я остановился и поглядел на женщину, которая увлеченно протирала листья куста ягод смеха. На ее лице я не сумел заметить ничего, что указывало бы на издевку. Ей действительно было интересно, восхищаюсь ли я этим маленьким поселением, где кроме двадцати-тридцати жилых домов ничего стоящего нет. И она, конечно же, не знает, что этот вопрос я слышу от разных жителей Освейна уже раз шестой.

— Все отлично, — говорить сегодня правду, я не в настроении. — Странно даже, что в такое тихое и чудесное место забрел Безумный. Обычно их тянет в более людные места…

— Вот-вот. И Квинсий так говорит!

— Квинсий? — я приподнял бровь.

— Наш алхимик. Он прибыл из самого Элайла окончить свое обучение. Очень милый молодой человек, и главное — всем помогает.

— Не сомневаюсь.

Я не стал говорить этой деревенской дуре, что Элайл всего-навсего пограничный городок, который явно не заслуживает приставки «из самого». Население десять-пятнадцать тысяч, ничем не примечателен, если не считать Академию Вольных Клинков, но там алхимики подготовку не проходят. Скорее всего, этот Квинсий очередная посредственность, решившая поднять свою самооценку за счет еще более неотесанных людей. Ведь что делать талантливому алхимику здесь, где даже вокса достать негде? Население балуется по вечерам брагой собственного приготовления, в ингредиентах которой особое место занимают ягоды смеха. Очень специфический напиток, не для слабых желудков. Меня, допустим, рвало полвечера от одного-единственного стакана. Но об этом никому ни слова.

Напоследок женщина поинтересовалась у меня, когда вернутся остальные Ловцы. Я вежливо отвязался от нее, нагородив всякой чепухи. Очень хотелось оборвать разговор быстро и грубо, но тогда, подозреваю, нас перестали бы кормить на дурняк, и лелеять каждое наше слово. Кэрол заставила бы меня жрать траву, а Милен с Гэбриэлем только похихикали бы над незадачливым коллегой.

Нет, грубость не лучший спутник. Куда как лучше — фальшивая улыбка и доброжелательность.

В деревне была собственная речушка, оканчивающаяся небольшим водопадом. Собственно, расположение Освейна было удачным. Если бы кому-то пришло в голову ее штурмовать, то сделать это можно было бы только с юга, но там благоразумные крестьяне возвели довольно высокий и прочный частокол. Север, запад и восток защищались возвышенностью, буреломом и обрывом соответственно.

Самое сложное в моем нынешнем положении то, что я не перевариваю бездействие. Уже говорил, да? Кэрол это знает, и всякий раз испытывает мое терпение. Посидеть в деревушке? О, без проблем. Где же еще может пригодиться один из лучших учеников за последние десять лет? Может это банальная зависть? Может моему наставнику поперек горла стал тот факт, что я достиг уровня Ловца на шесть лет раньше нее? Все возможно…

Делать на окраине деревни было нечего, и я отправился к местной тошниловке. Нет, не подумайте — я не пью. Не то чтобы совсем, всякое случается, но фанатизма к этому делу я за собой никогда не замечал. Я не Кэрол, которая пичкает себя всем подряд, а потом задумывается, почему у нее снизилась реакция и по утрам дрожат руки. Мозг для Ловца — его главное оружие. Наш иммунитет, наши тела, наша сила — все это ерунда. Мы охотимся на тварей Хаоса лишь потому, что видим их, и нам не страшно зомбирование извне, пока наши разумы сильны. Нас невозможно обманом разума переманить на свою сторону, сделать Безумными. Такие штучки проходят лишь с обычными людьми, чья воля не прочнее травинки.

Я уселся на летней веранде, скрестив руки и уставившись на горизонт. Солнце уже выползло из своего укрытия и принялось выполнять обычные функции: греть и освещать. Вот только «Дикий Гоблин» все еще был закрыт. Из местного меню мне очень приглянулась тушеная форель, и я надеялся нею позавтракать.

Мне удалось посидеть в тишине и спокойствии около часа, пока местные молодцы, разыгрывающие из себя дружину, не решили сделать мне замечание. Шестеро парней, явно возвращающихся со своих постов (дураки решили устроить караул по периметру, готовясь к появлению Безумного) заметили меня и сменили курс. Я лениво поглядывал на них, подперев лицо кулаком.

Не дойдя до меня нескольких метров, ребята остановились и пошушукались между собой. Когда в их стане наметился лидер, он вышел вперед и заговорил:

— Мы ценим помощь вашего ордена, но правила едины для всех. По Освейну нельзя разгуливать с оружием.

Голос у говорившего парня был ровный, а сам он своими размерами внушил бы уважение кому угодно. При условии, конечно, будь он воином, а не свинопасом, рыбаком, фермером или кем он там является? Я скосил глаза на ножны, которые покоились на столе у моего локтя. Рукоять из черного металла выглядела довольно необычно; извилистая гарда полностью защищала кисть. Несколько переливающихся камней-рун, инкрустированных в эфес, наверняка привлекли внимание молодых людей.

— Но у вас же мечи при себе, — скучно заметил я, медленно обегая взглядом всех шестерых по очереди.

— Мы дружина! — выкрикнул из-за спины «лидера» один из молодцев. — Мы охраняем нашу деревню от твари, которая в любой момент может напасть!

— Верно, — поддержал товарища еще один. — Ты же, достопочтимый Ловец, не делаешь ничего. Только сидишь и…

— И что? — спокойно спросил я; солнце разило в глаза.

— И ничего! Пользы от тебя, как с козы молока. Только спишь, да ешь! Хотя бы раз с нами в карауле постоял! Вы же… умеете чувствовать этих монстров, так?

Ну вот. Нечто подобное обожает повторять и Кэрол. Я бездельник и пользы от меня ноль. Но что позволительно наставнику, не позволительно всем остальным. Жалкие снинопасы, оружие-то где нашли? Это же даже не сталь: проржавевшее железо, которое расколется от одного соприкосновения с моим хайкелем. Самым лучшим советом для них было бы отправиться по домам и больше не играть в стражников. Опасно, знаете ли…

— Вы полностью правы, ребятки, — я невольно улыбнулся. — Но у меня приказ от магистра — сидеть в деревне и бить баклуши. Если бы не это — с радостью бы вам помог.

«Лидер» плюнул себе под ноги и дружинники ушли. Вступать в конфронтацию со мной, резона для них не было. Мало того, что победить не смогут, так еще и староста, просивший помощи у Ловцов, сильно на них обидится. Как же, оскорбляют спасителей…

Я ненавижу ждать, но если уж приходиться, то могу просидеть на одном месте по несколько часов. Без всякой компании, наедине со своим хайкелем и со своими мыслями. Это меня полностью устраивает.

Очень скоро летняя веранда стала заполняться жителями — в основном старшего возраста, которые каждое утро (как я успел заметить) встречаются и делятся сплетнями. В такой маленькой деревушке все друг о друге должны знать все.

Прислушиваться к разговорам у меня желания не было, но и подумать мне спокойно не дали. Девушка из обслуживающего персонала (не помню как ее зовут) пристала ко мне, предлагая принеси расслабляющие заварные травы, которые здесь наряду с брагой пользовались большой популярностью. Утром — травы, вечером — брага.

Я отказался. Не люблю чай, даже бесплатно. Кофе — другое дело, но его здесь отродясь не бывало.

Несколько раз ко мне пытались пристать с расспросами, но я величественно игнорировал всеобщий интерес. Пару раз, правда, пришлось ответить что-то несвязное, наподобие: «магистр Кэрол и магистр Гэбриэль сейчас прочесывают местность в поисках Безумного, а меня оставили следить за безопасностью деревни». Или «У Ловцов всегда все под контролем, тварям Хаоса мы не по зубам». Ждал я не зря, и вскоре девушка-официантка принесла мне завтрак, судя по всему, за счет заведения. Поставив передо мной поднос с тарелкой каши в которой плавали ломти долгожданной рыбы, она вопреки моему ожиданию села напротив, вместо того чтобы вновь скрыться в дверях таверны.

×