Восход Черного солнца, стр. 1

Джордж Локхард

Восход Чёрного Солнца

Посвящается Павлу Шумилу, Кайлу Иторру и Григорию Баканидзе.

Без вас я никогда не стал бы писателем.

Спасибо за всё,

Драко

– Что станет с людьми, если звёзды будут вспыхивать на небосводе лишь раз в тысячелетие?

– Они сойдут с ума…

Айзек Азимов

Пролог: Легенда

Страшный рывок стартующего корабля разодрал обшивку электроплана, вырвав магнитный якорь вместе со стыковочным узлом. Космонавтов выбросило в открытый космос.

– Они сумели! – в эфире послышался радостный смех. – Сумели!!!

Два скафандра вместе с обломками электроплана продолжали лететь по орбите пятой планеты. В полной тишине останки машины медленно вращались, в бывшей рубке управления до сих пор светился панорамный экран. Сверкающая комета звездолёта давно пропала во тьме космоса. Один из космонавтов огляделся.

– Не может быть! – он схватил проплывавший мимо предмет. – Тая! Смотри! Сквозь помехи от темпорального шторма донёсся удивлённый голос его товарища:

– Мой пояс? Откуда?!

Космонавт на краткое мгновение включил маневровый двигатель ранца, приведя скафандр в плавное вращение.

– Тая, помигай фонарём!

Один из безликих обломков замерцал белым светом. Космонавт около минуты манипулировал двигателем, меняя траекторию, затем на миг включил реактивный ранец. Скафандр понёсся вперёд.

Ориентируясь на свет, космонавт подлетел к товарищу и врезался прямо в него, тормозя движение.

– Тебя сбросит на планету в стазисе… – он попытался надеть пояс на второй скафандр. – Там можно дышать, ты не погибнешь! Его товарищ покачал головой.

– Или мы вместе, или никто.

– Не смей!

Второй космонавт расстегнул ситановые застёжки пояса и прижался к товарищу. Магнитные зажимы на передних панелях скафандров крепко сцепились.

– Мы вместе, – мягко повторил он. Космонавт помог товарищу растянуть пояс до предела.

– Обними меня.

Они прижались друг к другу покрепче. Первый космонавт обернул пояс вокруг скафандров и стянул концы; между креплениями осталось не меньше метра.

– Придётся падать в таком вот виде… – пошутил он. Его товарищ слабо улыбнулся.

– Поставь автоотключение стазиса на месяц… Скорее, волна уже здесь!

Космонавт лихорадочно переключил пояс на непрерывное поле, повернул массивный регулятор механического таймера на месяц вперёд и щёлкнул тумблером. Генератор сработал с замедлением в одну секунду.

А ещё через сорок секунд потерпевших крушение догнала четвёртая волна темпорального шторма. Статическое поле защитило космонавтов: волна прошла мимо, не причинив вреда. Однако скорость их полёта относительно планеты была ниже первой космической. Спустя двадцать семь часов окаменевшие скафандры вместе с обломками электроплана вошли в соприкосновение с плотными слоями атмосферы планеты и низринулись с неба, подобно огненным звёздам. В первую же секунду чудовищный напор воздуха сорвал расстёгнутый пояс и унёс неизвестно куда.

Звёзды упали у экватора, в бесплодных горах, породив огромный кратер. Жители планеты долго опасались приближаться к таинственной долине; над нею бушевали бури и грозы, шли дожди и проносились ураганы. Годы пролетали один за другим, слагались в века, но для космонавтов ничего не менялось – статическое поле неподвластно времени. Зато менялся мир вокруг них.

Часть 1: Звёздные бабочки

Север грозил нам бедою: сбылось давнее предсказание.

У порога зимы плясали драконы.

И вот наконец из тёмных лесов, С Равнин, из материнского лона Земли, Пришли они, отмеченные небом.

М. Уэйсс

Глава 1: Узник

Ночное небо медленно светлеет. Свистит ветер, изредка доносятся далёкие раскаты грома; последние отголоски грозы, пронёсшейся недавно, стремяться догнать свою мать, умчавшуюся за горизонт. Пахнет мокрой травой.

Взгляд плавно движется вперёд, мимо руин старого замка, туда, где в предрассветном сумраке смутно виден свет. Тревожное мерцание огня озаряет скалы, беззвучно порхают ночные мотыльки. Взгляд опускается к самой земле, теперь видна каждая травинка, каждый лепесток, их цвета переливаются словно радуга, причудливо мелькают тени. Костёр всё ближе и ближе.

«Не бойся»

Взгляд несмело поднимается над травой, скользит к пламени, окаймлённому бархатным плащом искр. Две яркие звёздочки мерцают над огнём, их свет манит и пугает.

«Не бойся»

Внезапный порыв ветра относит несколько искр, они касаются чего-то невидимого и гаснут, на миг вырвав из тьмы призрачный образ. Одна из звёздочек весело подмигивает.

«Я ждал тебя»

Взгляд трепещет, не смея приблизиться. Тогда тьма величественно ниспадает, обнажая то, что в ней скрывалось.

«Кто ты?»
«Твой сон»
«Я боюсь…»
«Не бойся мечтать»
«Я боюсь проснуться, боюсь потерять тебя!»
«Ты всегда можешь вернуться»
Теперь в небе горит множество звёзд. Огонь костра тянется к ним, будто знает, что звёзды его родня, но сил не хватает – и пламя падает, ломая крылья, успев лишь подбросить в небо своих птенцов. Искры подхватывает ветер, возносит навстречу тьме.
Костёр танцует странный танец без музыки. Он радуется за птенцов, он смотрит на звёзды и видит в них бесконечную жизнь, которую породил… Искры давно погасли, но милосердный ветер не даёт им пасть обратно, в объятия родителя, и пламя танцует, не ведая судьбы своих потомков. Мерцают тени на скалах.
Взгляд жадно впитывает всё это, пытается уместить в жалкие секунды бесконечность Вселенной, объять вечность и постигнуть её. Звёздочки весело мерцают.
«Как здесь хорошо…»
«Ведь это – твоя мечта»
«Я хочу остаться с вами!», – взгляд тускнеет. – «Остаться… Только не знаю, как…»
«Ты ещё не готова»
«Научи меня!»
«Этому нельзя научить»
Звёздочки стремительно приближаются. В них пылает неземной свет, и взгляд замирает, очарованный красотой, чувствует мягкие объятия и проваливается в счастье, не помня о прошлом, не ведая будущего.
«Скоро ты станешь взрослой»
«Я не хочу… Не хочу, не хочу! Я больше не увижу тебя!»
«Во сне», – звёздочки излучают тепло и ласку, – «Но я существую и в реальности. Ищи на востоке, там, где восходит Солнце, а по ночам из волн бесконечного океана изливается серебряный свет… Что это значит?!»
1

– Что это значит?!

Ри с огромным трудом заставила себя вернуться в реальность. Видение понемногу отпускало, сквозь призрачные языки пламени проступала картина столь привычной каменной стены. Встряхнувшись, молодая вэйта протёрла глаза и огляделась, пытаясь вспомнить, где она и как сюда попала.

– Я спросил, что это значит! – грозный голос за спиной заставил оба сердца Ри остановиться от ужаса. О, небо, только не это!

– Господин?… – вэйта, трепеща, повернулась. – Ни… ничего… Я чистила пыль…

Мощный, почти шестифутового роста лысый человек, скрестив руки на груди, угрожающе разглядывал служанку. Рядом с ним Ри казалась игрушкой; ростом едва достигая четырёх футов, юная вэйта отличалась хрупким и грациозным сложением, подобно большинству соплеменников. Стройная, прямоходящая, с длинным хвостом и изящной точёной головой, она обладала мелкой золотисто-серой чешуёй с двумя чёрными полосками вдоль спины, гармоничным строением и типично змеиной стремительностью в движениях. Вейтары были рептилиями – холоднокровными и яйцекладущими; и хотя любой соплеменник Ри назвал бы её изумительно красивой, для людей молодая вэйта всегда оставалась ящерицей. Сейчас огромные золотистые глаза за прозрачными веками тщетно искали сочувствие во взгляде хозяина.

×