Брюнетка в черном джипе, стр. 2

Студия находилась в подвале сельскохозяйственного института. Ирина спускалась по лестнице, испытывая смесь любопытства и легкой дрожи — так было всегда перед предстоящими знакомствами. Игоря она увидела первым. Он что-то громко и раздраженно объяснял невысокому крепышу, впоследствии оказавшемуся бас-гитаристом, и запальчиво дергал струны гитары. Гитара в его руках дрожала и стонала, и Ирина даже испугалась на мгновение, что струны не выдержат и порвутся. Хвост длинных светлых волос Игоря метался по плечам, от него исходила бешеная энергетическая сила.

С вошедшими тепло поздоровались и тут же вернулись к прерванному занятию. От Ирины не укрылся быстрый оценивающий взгляд Игоря, брошенный в ее сторону. Она усмехнулась про себя: что бизнесмены, что музыканты — мужчины в большинстве своем не отличались оригинальностью взглядов на красивое женское личико.

Когда музыканты, наконец-то договорившись, заиграли, Ирина замерла. В этой музыке била все та же неуемная энергия Игоря. Она была во всем — в гитарном соло, в звенящих барабанах, в хорошо поставленном голосе, в забойной мелодии…

Ирина тряхнула головой и уронила пепел в давно остывший кофе. Поднялась, вылила содержимое чашки в раковину и снова включила газ…

Репетиция в тот раз растянулась за полночь, и потом им с Игорем совершенно случайно оказалось по пути. Они шли по ночному городу и разговаривали о музыке, и Ирине хватало света фонарей, чтобы видеть, как изменилось его лицо, когда он понял, что перед ним не одна из смазливых и глупеньких поклонниц, а девушка, прекрасно разбирающаяся в современных музыкальных течениях, любительница тяжелого рока, способная перевести с английского и обратно любой текст песни… Он пригласил ее заходить в студию, и она с удовольствием воспользовалась этим приглашением — все это было так ново и интересно…

Ирина вспомнила их полуночные разговоры, когда все расходились по домам, и они оставались вдвоем, она часто садилась за барабаны, а Игорь тихонько наигрывал на гитаре… Тогда родились еще несколько песен для нового альбома, тексты к которым по его просьбе написала она…

Кофе зашипел и вылился на плиту, Ирина вытерла слезы и закурила очередную сигарету. Она тогда еще не знала, что Игорь женат…

О том, что у него есть жена, Ирине сообщил все тот же Вовка. К тому времени Ирина уже воспринимала себя и Игоря как одно целое — ей никогда до этого не доводилось встречаться с человеком, желания и пристрастия которого почти во всем совпадали бы с ее собственными. Видимо, лицо ее сильно изменилось, потому что вечная улыбка на лице Вовки сменилась гримасой удивления.

— Ты что, не знала, что ли?

— Игорь никогда не говорил… — покачала головой Ирина.

Она вспомнила, как решила с ним не встречаться больше и ушла, даже не дождавшись его в этот вечер. Она пряталась от него почти две недели, потом он подкараулил ее у подъезда, и они проговорили всю ночь, сидя на лавочке и держась за руки, как неприкаянные дети… Ирина сказала ему сразу, что любовницей его не будет никогда, ей нужно или все, или ничего. Делить его еще с кем-то она не собирается — слишком он ей дорог. Прозвучало банальное — останемся друзьями, но захлебнулось, потонуло в страстных возражениях Игоря и его уверениях, что с женой они уже давно чужие люди и что женщины дороже и ближе, чем Ирина, у него никогда не было. Утро они встретили все на той же лавочке жаркими поцелуями, старушка-соседка, выгуливающая свою мелкую собачонку, даже буркнула что-то неодобрительное о распущенности нравов нынешней молодежи, но счастливой парочке на это было абсолютно наплевать…

На следующий день Игорь ушел от жены… Ирина не спрашивала его, чего это ему стоило, Ирина вообще старалась не говорить о его бывшей жене — Игорь был ее, только ее, он мог и должен был принадлежать только ей, как то лучшее, что она заслужила…

Ирина вспомнила их свадьбу, поднялась с табуретки из своего любимого кухонного угла и прошла в комнату. Белое платье висело в шифоньере, доставшемся ей еще от бабушки, рука Ирины скользнула по легкому шелку… Была весна, и хотя все родственники и знакомые вокруг в один голос заявляли, что в мае свадьбу играть нельзя — всю жизнь потом маяться, они не захотели ждать, и Игорь нес ее на руках через лужи, и пахло свежестью и сиренью, огромную охапку которой тащил за ними улыбающийся Вовка…

Что она сделала не так? Когда произошел этот перелом в их отношениях? Десять лет семейной жизни не выбросишь на помойку, она старалась, видит Бог, она очень старалась…

После свадьбы поселились в квартире Игоря, Ирина всю свою неуемную энергию бросила на то, чтобы обустроить их быт. Денег частенько не хватало, Игорь шил кожу и по ночам репетировал, записывая новый альбом, Ирина училась, а по вечерам тоже просиживала в швейке, брала простенькие заказы, к ночи начинали безумно болеть глаза, но она старалась не замечать этой боли, ведь все, что она делала, она делала для них, для их семьи, для собственного счастья, для того чтобы сделать Игоря счастливым…

Он часто обсуждал с ней ту или иную написанную им вещь, Ирина была беспристрастным критиком и, если находила для этого основания, могла разнести песню в пух и прах.

После окончания иняза Ирина без проблем поступила на экономический факультет, разумно рассудив, что в ближайшем будущем Игорю может понадобиться не только переводчик, но и менеджер, который будет заниматься финансовыми делами, если его творческие планы будут хоть частично реализованы.

Может быть, она слишком много времени отдавала учебе и забросила мужа?.. Но ведь это не так…

В доме не переводились гости, Ирина уже привыкла к тому, что после полуночных посиделок с обсуждением новых песен или аранжировок, в которых она принимала самое деятельное участие, наговорившиеся и напевшиеся вдоволь музыканты расползались по домам, оставляя за собой горы грязной посуды, полные окурков пепельницы и, что случалось нередко, бутылки из-под спиртного. Игорь уходил спать, а Ирина до пяти утра наводила порядок в кухне — она никогда не оставляла уборку на утро, потому что терпеть не могла грязи, а к восьми тридцати нужно было в институт…

В подвале на репетиционной базе никогда не переводились девочки-поклонницы, за десять лет семейной жизни Ирина повидала их сотни — больших и маленьких, толстых и худых, симпатичных и не очень, — всех их объединял какой-то щенячий восторг по отношению к музыкантам и безудержное желание прикоснуться хоть какой-нибудь частью своего тела к этим волосатым рок-н-ролльным монстрам, которые вот-вот станут знаменитыми.

Впрочем, музыканты в этих удовольствиях себе никогда не отказывали. Как немного цинично шутил Вовка: «Да отсохнет рука, себя обделившая!» Ирина уже давно воспринималась ими не как женщина, а как свой в доску парень, к ней бегали советоваться и плакаться в жилетку, причем первое предпочитали ребята, а второе — их прекрасные половины, которые менялись со страшной скоростью…

Ирина даже сейчас не смогла бы вспомнить, когда в подвале в первый раз появилась Лиля…

Ирина осторожно закрыла дверь шифоньера, словно боясь сделать кому-то больно, и вернулась на кухню. В очередной раз закурила сигарету, вылила в раковину остывший кофе и включила газ. За окном светало. Ночь воспоминаний и боли подходила к концу… Нужно было собираться на работу.

Глава 2

Игорь вернулся под утро, явно оттягивая момент объяснения, когда она, опухшая от слез и одуревшая от безумного количества выкуренных за бессонную ночь сигарет, пыталась перед треснувшим зеркалом привести себя в порядок, чтобы выглядеть если не как всегда, то хотя бы хоть как-то выглядеть. Лучшее средство защиты — это нападение. Игорь с порога заявил, что во всем виновата она одна, что ему не нужна жена, которая, вместо того чтобы смотреть ему в рот и твердить о его гениальности, критикует каждое написанное им произведение, подходя к этому с точки зрения музыкального образования (которого, кстати, у Игоря не было), основ стихосложения и массы прослушанной музыки от классики до последних шедевров отечественного и зарубежного рока. Ирина, для которой всю ее сознательную жизнь в слове «жена» соединялись понятия — любовница, друг и помощник, потеряла дар речи. «Ты никогда не смотрела и не будешь смотреть на меня такими глазами, как она!» — заявил Игорь в конце пламенной тирады. «Извини, что я никогда не была наивной дурой», — сказала Ирина и скрылась в ванной, еле сдерживая слезы…

×