Дочь моего врага, стр. 63

— Выбирай! — гневно потребовал Лорн.

Она сделала несколько шагов к лодке, Артур отвернулся, не в силах смотреть, как она покидает его.

Он слышал ее разговор с отцом. Черт бы побрал Лорна за то, что заставил ее выбирать между ними. Артур уже почти жалел, что не убил его. Почти. Но все-таки Анна сказала, что любит его, значит, он поступил правильно. Даже если она покинет его навсегда.

К несчастью, боль расставания ни на секунду не ослабевала.

Оттого что приходилось сдерживаться, каждый мускул в его теле вибрировал.

Артур хотел бы остановить Анну на пути к этой проклятой лодке. Сказать, что она принадлежит ему, сказать, что он любит ее.

Но он не хотел усугублять ее страдания. Он не будет вынуждать ее рваться на части. Одного взгляда на ее несчастное потрясенное лицо, когда отец предъявил ей ультиматум, было достаточно, чтобы понять, насколько это для нее ужасно.

— Мне жаль, Юэн. Скажи матушке… — Голос Анны дрогнул. — Скажи ей, что я сожалею, но я принадлежу Артуру.

Он повернулся и увидел, что Анна обнимает брата. Обнимает на прощание.

У Артура перехватило дыхание.

Выпустив брата из объятий, она повернулась и посмотрела на него. Неуверенность в ее взгляде вызвала у Артура боль в сердце, потому что на него нахлынули смешанные чувства.

— Ты уверена? Тебе незачем это делать. Я и так стану защищать тебя и твою семью, даже если ты уйдешь.

Анна улыбнулась сквозь слезы:

— Дело в том, что ты сделал то, что дало мне полную уверенность, Я люблю тебя, и если ты еще хочешь меня, я твоя.

О Боже, как он ее желал! Артур бросился к Анне и заключил ее в объятия. Он прижался щекой к ее волосам, слишком взволнованный, чтобы заговорить.

Впрочем, этого и не требовалось. То, как она скользнула в его объятия и прижалась к его груди, обтянутой кольчугой, сказало ему все.

Она выбрала его. Он не мог этому поверить. Он никогда не думал, что способен на такую бурю чувств. Никогда не надеялся, что ему может быть уготовано такое счастье. Но его радость портила мысль о том, насколько тяжело переживает Анна.

Он неохотно выпустил ее из объятий, и она подняла на него глаза.

Догадавшись, что она все еще ждет ответа, он сказал:

— Конечно, да.

От ее улыбки у Артура сжалось сердце.

Он считал, что создан для того, чтобы оставаться одиноким, но теперь понял: все эти годы он ждал ее. Вместе они смогут выдержать все испытания.

Артур все еще прижимал Анну к себе, когда Лорн прошел мимо них к пристани и занял место среди своих людей. Ублюдок разбивал ей сердце.

— Отец! — крикнула она ему вслед.

Лорн повернулся и окинул ее ледяные взглядом. Но на самом деле он не остался таким непоколебимым, каким хотел казаться. В глазах старика Артур заметил боль.

— Больше нам не о чем говорить. Ты сделала свой выбор.

Она покачала головой:

— Я выбираю любовь к вам обоим. Но мое будущее с Артуром.

Лорн ответил долгим взглядом, и на мгновение Артуру показалось, что он дрогнул. Но тотчас же его губы сжались, и он повернулся, не сказав больше ни слова, потому что гордость стала его роком и судьбой. Он ранил и себя, отторгая дочь. Анна была светом и радостью его жизни, и связующим звеном между всеми членами их семьи, Артур не мог этого не знать: ведь он был среди них.

Он хотел бы избавить Анну от этой боли, но все, что мог сделать, — это оставаться рядом с ней в то время, как отец и все члены ее клана отвернулись от нее и теперь уплывали.

Когда они скрылись из виду за излучиной, Артур приподнял ее лицо за подбородок и заглянул в глаза.

— Клянусь, что сделаю все, чтобы ты никогда об этом не пожалела.

Сквозь застилавшие ее глаза слезы Анна ответила трепетной улыбкой:

— Не пожалею. Это единственное решение, которое можно было принять. Я люблю тебя.

Артур наклонился и нежно поцеловал ее.

— Я тоже тебя люблю.

Эпилог

Замок Данстаффнэйдж

10 октября 1308 года

Ощущение мира было прекрасно и для Шотландии, и для Анны. Менее чем через два месяца после поражения отца при Брандере Брюс одержал победу в битве с шотландским дворянством. Ее дед Александр Макдугалл сдался после короткой осады замка Данстаффнэйдж, а граф Росс капитулировал за несколько дней до этого.

То, что Брюс даровал жизнь Россу, отказавшись наказывать человека, ответственного за пленение и последовавшее за ним заключение в темницу его жены, дочери и сестры, а также графини Бьюкан, было данью его завету видеть Шотландию и ее дворян объединенными.

«Ради блага Шотландии». Анна была вынуждена признать, что подобная философия впечатлила ее. Этот человек прав…

Она пыталась судить о нем непредвзято. Годы преданности одному господину нельзя было сбросить со счетов за несколько недель. Но то, что Брюс собирался сделать теперь, способствовало тому, что мнение ее о нем изменилось. Она понимала, что это значило для Артура.

Она окинула взглядом большой зал. Некоторые из собравшихся на праздник были ей знакомы, но в основном здесь были чужаки. Анна знала, что потребуется время, чтобы познакомиться со всеми, но была уверена, что справится с этим.

Этот дом должен был стать ее домом. За преданность и службу Брюсу Артур был назначен хранителем замка Данстаффнэйдж и должен был следить за тем, чтобы графства Лорн и Аргайлл оставались единым целым.

Рука Артура скользнула поверх руки Анны, и он нежно сжал ее.

— Ты счастлива, любовь моя?

Анна подняла глаза на человека, сидевшего рядом с ней за высоким столом, человека, который нынче утром стал ее мужем. Ее глаза наполнились слезами радости, когда она снова окинула взглядом его красивые черты, теперь хранившие слабые следы мучений.

— Да, разве могло быть иначе? Ты сделал меня своей женой.

Артур рассмеялся и, наградив Анну долгим жарким взглядом, спросил:

— Как ты думаешь, гости заметят, если мы улизнем сейчас же?

Его рука властно и решительно скользнула вниз по ее бедру.

Но Анна оттолкнула руку и шлепнула по ней ладонью, в надежде на то, что на них никто не смотрит.

— Мы не можем удалиться до тех пор, пока… — Анна замолчала. — Ведь мы почетные гости…

Она посмотрела на другой конец стола, где сидел Грегор Магрегор. Он едва заметно кивнул, и она снова повернулась к мужу.

Тот нахмурился:

— Ты, наверное, скучаешь по своей семье?

На губах Анны появилась улыбка.

— Немного скучаю, но это не значит, что я несчастна. К тому же здесь мой дед.

Она кивнула в сторону вождя Макдугалла, сидевшего недалеко от короля.

После падения замка матери и сестрам Анны было разрешено последовать за отцом и братьями в изгнание, но Брюс нуждался в поддержке ее деда. И теперь она радовалась тому, что хоть один член ее семьи находится здесь в день ее свадьбы.

— А как насчет тебя, Артур? Знаю, ты, должно быть, разочарован тем, что не все твои сподвижники, члены Хайлендской гвардии, здесь?

Артур пожал плечами:

— Ты же знаешь, у границ все еще неспокойно. Уверен, мои товарищи были бы здесь, если бы могли. Возможно, я скоро увижу всех. — Он помолчал. — Еще многое предстоит сделать до того, как весной король созовет парламент. — Его взгляд обратился к столу ниже их помоста. — Но я рад, что здесь мои братья. Впервые за много лет мы собрались вместе.

Сэр Дугалд и сэр Гиллеспи капитулировали вместе с ее дедом и графом Россом и, как ни странно, похоже, не питали ненависти к Артуру.

Анна заметила, что Артур снова оглядывает зал.

— Ну что, ты готов танцевать? — спросила она.

Он поднял бровь:

— Я готов лечь в постель.

Бессознательно ее взгляд обратился к Грегору Магрегору. И, к ее облегчению, он одобрительно кивнул.

Однако когда Анна снова повернулась к Артуру, то заметила, что он подозрительно щурится.

— Не можешь мне сказать, почему каждый раз, когда я говорю о постели, ты смотришь на Магрегора?

×