Генму (СИ), стр. 100

С этими словами он протянул Найту маленькую коробочку. Найт открыл. Внутри лежало колечко. Оно вряд ли налезло бы даже на мизинец громадному киборгу. Поэтому через колечко была продета тонкая цепочка.

Найт сразу узнал это кольцо. Лилия любила его больше всех.

— Перед смертью она просила передать его тебе. Но я всё не решался… — проговорил Мигель Ирон. — И… Хотел оставить себе как память, но теперь… Теперь оно по праву твоё.

Найт шагнул к нему и молча обнял. Бережно, как может обнимать только тот, кто знает свою силу. Потом надел цепочку с кольцом на шею и спрятал под футболкой.

— Проходи, папа, чувствуй себя как дома, — улыбнулся Найт, приобняв отца за плечо.

С души киборга свалился огромный груз. Он больше не держал обиды на отца и не обвинял его ни в чём. Отец любил Лилию. Всё-таки любил. И своего сына он тоже любит, несмотря ни на что.

Пришло осознание: Найт никогда не был лишним и ненужным. Его любили отец и мать. Его, как своего маленького протеже, любил друг отца, генерал Агласис Шибта. Его любил Бофи, неуклюжей и жестокой детской любовью. Его любил Шусс, строгой и зрелой любовью человека, способного принимать его таким, как есть. Его пылко любил Кай. С ним хотели поиграть в любовь Генрих и Блис, мимолётный любовник в полулегальном бордельчике в подвале кофейни, которой сейчас уже нет на прежнем месте. Его любил господин Торроф как своё лучшее творение. Его любил господин Миккейн как свою хрустальную мечту и надежду. Его любили две удивительные женщины, которых больше не существует: Лиандра и бедная маленькая Снежная Принцесса. Даже Дэл, располосовавший его сердце на куски, вплавившийся в его подсознание, любил его по-своему.

Всем им не нужно было его совершенство. Они любили его каким угодно.

Но необычайно ярко укололо воспоминание о чёрном колодце. И Найт понял раз и навсегда, кто его любит по-настоящему.

2011 год 22 декабря Санкт-Петербург

×