Вспомнить о будущем, стр. 1

Вайолетт Лайонз

Вспомнить о будущем

1

Душа ее блуждала в потемках, где не было ни начала, ни конца, ни жизни, ни смерти, она утратила всякие представления о времени, и, сколько это длилось — дни или месяцы, — ей было безразлично.

Потом неведомые силы время от времени стали вырывать ее из состояния небытия, чтобы погрузить в пучину страха, отчаяния и боли. Повторяющийся кошмар — большая черная машина с кремовыми сиденьями, певучая интонация мужского голоса, мучительный приступ тоски, вспышка ослепительного света, острая боль… Но спасительная темнота снова принимала ее в свои объятия.

Однажды из темноты выплыло крупное мужское лицо, оно надвигалось, склонялось к ней. Золотисто-янтарные глаза смотрели пристально… Испугаться она не успела, просто тьма поглотила ее.

Еще не раз являлось ей это лицо и слышался голос с певучей интонацией, смутно знакомый, убаюкивающий. Ночные кошмары мучили ее все реже, боль постепенно отступала, она возвращалась к жизни…

Расплывчатое пятно обрело очертания светлой комнаты, в которой Джейн очнулась. Кремовые занавески, белье и покрывало розовато-кремового цвета делали помещение привлекательным, но в самой обстановке ощущалась безликая стерильность, присущая больничным палатам.

Я в больнице?! Как я сюда попала? — пронеслось у нее в голове. Джейн попыталась сесть, но голова закружилась, и, снова опустившись на подушку, она мгновенно заснула. Сон был глубокий.

Проснувшись, она увидела, что на нее внимательно смотрит темноволосая женщина с серо-зелеными глазами в белом халате, которая сидела рядом с ее кроватью. Белый халат говорил сам за себя, подтвердив ее догадку о том, что она находится в больнице.

— Вы можете сказать, как вас зовут? — Вопрос прозвучал резко, как выстрел.

Какой нелепый вопрос, подумала Джейн, растерянно моргая спросонья. Постепенно очертания окружающего приобрели четкость, хотя сознание еще туманилось, ленивые мысли внезапно обрывались, и она никак не могла их сконцентрировать.

— Разумеется. Я Джейн Бретт. Я… — Она наморщила лоб, делая над собой усилие. — Я, кажется, в больнице?

— Да, вы в больнице.

— Вы знаете, что с вами произошло?

Два голоса прозвучали одновременно, и ей не сразу удалось разделить их. Через секунду Джейн поняла, что один, женский, голос врача, подтвердил ее догадку о больнице, второй, мужской, задал вопрос.

Мужской голос пришел из глубины комнаты. Прищурившись, она рассмотрела у двери высокую фигуру широкоплечего мужчины, заполнившую собой весь проем. Джейн заметила, что он напряжен, и ей невольно пришло в голову сравнение с напружинившимся перед прыжком хищным зверем. Темноволосый, с представительной внешностью, он почему-то вызвал у нее непонятный страх. Страх? Джейн удивилась. Отчего он вызывает у нее чувство страха? Она была уверена, что никогда в жизни не встречала этого человека, тогда откуда это странное чувство?

— Вы помните, что с вами произошло? — настойчиво добивался он от нее ответа. Ее заворожил странный акцент в его речи и какая-то певучесть интонации. — Вы можете рассказать, почему вы сюда попали?

На его вопросы ответить оказалось намного труднее. Она искала в себе эти ответы, но ничего, кроме обрывочных мыслей и смутных воспоминаний, наполненных скрежетом, истерическими возгласами, болью и страхом, не находила. Джейн растерялась. Можно, конечно, предположить, что от боли и страха кричала она.

— Наверное, произошел какой-то несчастный случай.

— А конкретней? Какой несчастный случай? — Странное дело, мужчина оставался все на том же месте, а Джейн казалось, что он постепенно заполняет собою все пространство комнаты, надвигаясь на нее с таким угрожающим видом, будто хочет пришпилить ее к стене как бабочку.

— Я… я не знаю! — Она набралась смелости и прямо посмотрела в его смуглое лицо. — Почему бы вам не рассказать мне?

Кто этот человек? Он тоже врач? На нем нет традиционного белого халата, как на женщине, сидевшей у кровати. Одет исключительно элегантно. Роскошный светлый костюм, сидящий на нем как влитой, выдает его высокое социальное положение. Если судить по внешнему виду, он, скорее всего, преуспевающий бизнесмен, ворочающий огромными деньгами. А может, он тоже врач, только повыше рангом этой дружелюбной женщины, — хирург или консультант? В таком случае ему нет необходимости носить белый халат. Но кем бы он ни был, неоспоримо одно — с ней разговаривал мужчина невероятной красоты, от которой ее и без того ослабевший ум начал окончательно буксовать и она пришла в какое-то странное состояние оцепенения. Смотреть на него было так же больно, как смотреть в огненный зрачок солнца. Чтобы облегчить себе непосильную задачу, Джейн прищурилась и стала его разглядывать. Жгучий брюнет, густые волнистые волосы зачесаны назад, отчего заметнее выступают скулы, крупный прямой нос, решительный подбородок и при этом неожиданно пухлые, удивительно чувственные губы. Больше всего ее поразили его глаза. В обрамлении роскошных густых черных ресниц, они переливались всеми оттенками цвета старинного золота. Смуглость его наверняка объясняется природным цветом кожи, а не двухнедельным отдыхом где-нибудь на Багамах. Скорее всего, он иностранец, что подтверждается и его специфическим акцентом.

Джейн почему-то стало жарко, она беспокойно заерзала в постели, вдруг ощутив первобытный зов плоти. Сердце ее забилось быстрей, щеки порозовели от смущения, потому что она вспомнила, что, кроме короткой больничной рубашки, на ней ничего не надето. Непроизвольно она подтянула к шее одеяло и увидела, что ее смущение не укрылось от мужчины; зрачки у него расширились, взгляд стал более напряженным, при этом ни один мускул не дрогнул на его лице, оно по-прежнему оставалось неподвижным и холодным, что свидетельствовало о властном характере и умении владеть собой. Под его пронизывающим взглядом ей стало не по себе, во рту и горле пересохло, она почувствовала, что не может вздохнуть.

— Почему вы решили, будто я могу вам что-то рассказать? — повысив голос, спросил он.

Наверное, он чем-то очень взволнован или сердится, потому что заметнее стал его акцент.

— Мистер Мартинелли… — предостерегающим тоном произнесла женщина-врач, видимо желая его успокоить.

Но Джейн и ее инквизитор, как мысленно окрестила она его, проигнорировали это вмешательство, поглощенные друг другом.

— Ну, я подумала, что, может, мы с вами были когда-то знакомы.

— И напрасно подумали! — С явным раздражением он легким жестом аристократической кисти руки отмел ее предположение как абсурдное. — Напротив, вы никогда в жизни не видели меня.

Вот и хорошо, подумала Джейн с чувством облегчения. Она была уверена, что, доведись ей в прошлом столкнуться с этим человеком, вряд ли бы она его забыла. Она не знает, как очутилась в этой больнице и что с ней произошло, но ей стало намного легче, когда выяснилось, что этот… как его… мистер Мартинелли никакого отношения к ее жизни не имеет.

— Тогда кто вы?

— Мое имя Элджернон Мартинелли.

Похоже, он ожидал, что его имя о чем-то напомнит ей. Она и сама хотела бы этого. Сейчас она была бы благодарна за любое объяснение присутствия этого мистера Элджернона Мартинелли в ее палате. Было бы неплохо, чтобы ее избавили от его присутствия и тем самым прекратили этот изматывающий допрос.

Но больше всего ей хотелось освободиться от того смутного беспокойства, непосредственной причиной которого он являлся. Никто и никогда не вызывал у нее такого острого физического ощущения присутствия, как этот человек, словно он каким-то мистическим образом навязывал ей — это в ее-то состоянии — греховные плотские мысли, которые мешали ей сосредоточиться на главном.

Вконец смущенная и растерянная, Джейн обратилась к женщине, на лице которой читалось сочувствие и дружеское расположение:

— А вас как зовут?

— Я доктор Харви. — Увидев в чудесных бархатных глазах своей пациентки немой призыв, она живо пришла ей на помощь. — Вы в состоянии ответить на мои вопросы?

×