Ночь с незнакомцем, стр. 2

Эшли медленно дышала, выдавливая из себя обиду и разочарование. Понемногу она расслаблялась, ее охватывала дремота. Дыхание замедлилось, она едва не уснула, но, сделав очередной вдох, почувствовала запах не лаванды, а дыма.

Эшли закашлялась и открыла глаза.

Глядя на солнце, встающее на горизонте из-за океана, Мэтью Лэндис недоумевал, как он мог забыть свой портфель.

Второй раз за прошедшие сутки он останавливается на парковке у дома Эшли Карсон, где все и началось. Мэтью гордился тем, что ему не свойственны необдуманные поступки. Точнее, были не свойственны, потому как ночь с Эшли иначе чем безрассудством, помутнением рассудка назвать нельзя.

Войдя в состав Палаты представителей, Лэндис поклялся отстаивать интересы людей, избравших его депутатом [1]. Особенно тех, кто меньше всего мог рассчитывать на поддержку со стороны государства И вот вчера он воспользовался слабостью самой уязвимой из известных ему женщин.

А ведь раньше он всегда был осторожен в выборе партнерши, потому что свадьба не входила в его планы. Но не вести же из-за этого монашескую жизнь? В колледже он хотел связать свою судьбу с одной девушкой, но она умерла из-за редкого врожденного порока сердца. Его семья ничего не знала о Дане, не знала, что он был обручен. Мэтью так никому до сих пор и не сказал, чтобы не бередить старые раны. Да и все это уже было в прошлом.

После смерти Даны он сконцентрировался на учебе, чтобы пойти по родительским стопам и заняться политикой. Богатство позволяло ему полностью отдаться этой работе и защите интересов других людей. В его жизни имелся смысл.

Тогда какого черта вчера он был так неосмотрителен?

Эшли Карсон, без сомнения, очень сексуальна и привлекательна, причем то, что она, казалось не осознавала свою красоту, добавляло ей еще больше шарма. Но это не оправдывало его поведение, потому она была не единственной красивой женщиной, с которой Мэтью приходилось работать. В будущем он ничего такого больше себе не позволит. И портфель просто забыл, а не оставил его осознанно, чтобы появился повод вернуться!

Мэтью решительно открыл дверцу и тут же почувствовал запах дыма. В его мозгу раздался сигнал тревоги. Мэтью быстро огляделся и задержал взгляд на машине, принадлежавшей Эшли Карсон. Ее самой ни в машине, ни на улице не было.

— Эшли? — громко позвал он, убеждая себя, что она уже покинула дом, но по спине у него пополз холодок страха.

Мэтью бросился к двери, выхватив телефон, набирая на ходу девять-один-один и молясь, чтобы дверь оказалась не запертой. Его молитвы были услышаны. Не теряя ни секунды, Мэтью вбежал в дом.

Внутри было жарко, но пламя до холла старого особняка пока не добралось. Огонь полыхал в дальней части дома, и именно туда устремился Мэтью. Пламя жадно пожирало все, что попадалось на его пути, выжигая краску на стенах и обугливая сухую древесину дома, насчитывающего сто семьдесят лет.

— Эшли? Эшли! Ответь мне! — снова и снова кричал Мэтью, держа руки у рта наподобие рупора.

Наконец до него донесся ее голос:

— Помогите! Кто-нибудь! Я здесь!

От облегчения голова у него закружилась сильнее, чем от нехватки кислорода.

— Держись, Эшли. Я иду!

Стук прекратился.

— Мэтью?

Ее голос дрогнул, когда она произнесла его имя, и у Мэтью что-то внутри перевернулось. Однако языки пламени быстро привели его в чувство.

— Не молчи, говори что-нибудь.

— Я в ванной.

Эшли с надрывом закашлялась, и Мэтью преодолел последние метры одним прыжком. Он повернул ручку, но дверь не открылась.

— Встань подальше от двери, — сразу же скомандовал он.

— Отошла, — не скрывая радости и облегчения, сказала она.

Раздался треск. Мэтью быстро огляделся, сомневаясь в прочности несущих опор старого дома. Времени оставалось в обрез.

Он налегал на дверь снова и снова, но она не поддавалась. Тогда Мэтью попытался вышибить ее с разбега. После нескольких попыток ему удалось проломить дверь. Сквозь образовавшиеся щели в клубах дыма он увидел Эшли.

Она стояла рядом с раковиной, обмотанная влажным полотенцем. В ванной на полу валялись дверная ручка и стул, который, очевидно, сломался, когда Эшли пыталась выбраться из западни. Мэтью протиснулся внутрь.

— Спасибо, что вернулся, — прохрипела она, протягивая ему мокрое полотенце. — Закрой лицо.

Умная женщина, подумал Мэтью, принимая из ее рук полотенце.

Эшли выпрямилась, закашлялась еще сильнее и пошатнулась. Мэтью бросил взгляд на ее ноги и мысленно выругался. Ей срочно нужен свежий воздух, но как она пойдет босыми ногами по полу, усыпанному черт знает чем?

— Держись за меня, — велел он, перекидывая девушку через плечо.

— Давай скорей выбираться отсюда, — сказала Эшли, и ее сотряс очередной приступ кашля.

Пока Мэтью выбивал дверь, огонь переметнулся из помещений ресторана в коридор, грозя отрезать путь к выходу. Немного впереди рухнула балка. Мэтью резко остановился, инстинктивно закрывая Эшли руками. Когда пыль и щепки улеглись, стало понятно, что здесь им не выбраться.

— Другой выход через кухню, — задыхаясь, выговорила Эшли. — Налево.

— Понял.

Мэтью развернулся, сделал несколько шагов и завернул за угол. Там был узкий коридор, а пройдя еще несколько метров, он увидел кухню и стеклянную дверь.

Эшли пошевелилась на его плече, и Мэтью только сейчас осознал, насколько она легкая. На него накатила волна небывалого облегчения. Одно было не совсем понятно: почему он так рад спасению женщины, которую едва знает?

Воздух на улице неожиданно показался ему таким же горячим, как и внутри.

Эшли жадно вдыхала свежий воздух, одновременно борясь с подступающей истерикой.

Как все-таки прекрасно дышать полной грудью! Но если пожарные задержатся и не успеют оперативно потушить пожар, она сможет наслаждаться этим долго — пока ее ресторан и дом не будут отремонтированы.

Послышался отчетливый звук сирены, позволяя ей расслабиться, хотя и ненадолго. Почти сразу же в голову полезли самые разные вопросы, главными из которых были: что привело к пожару и как сильно пострадал особняк?

Мысли Эшли перемешались. То ли от перенасыщения кислородом, то ли от того, что она висела на плече Мэтью головой вниз.

— Ты можешь меня отпустить.

— Не стоит благодарности, — прерывисто бросил Мэтью вместо того, чтобы выполнить ее просьбу. — Береги дыхание.

Как всего за час он сумел превратиться из негодяя в героя?

Ее зубы начали стучать. Несомненно, запоздалая реакция.

Эшли опустила глаза, и перед ней сначала мелькнула едва заметная швейная строчка на дорогом пиджаке, затем проплыла гравиевая дорожка парковки. Теперь, когда страх быть сожженной заживо отступил, возникла другая проблема.

Если час назад она переживала, что Мэтью не видел ее в розовой винтажной сорочке, то теперь отчаянно желала быть одетой во что угодно, лишь бы не в этот клочок атласа и кружев, пока скрытый влажным полотенцем.

— Мэтью, — пробормотала она. — Я в порядке и могу идти сама. Или мне так и болтаться у тебя на плече, пока не приедет «скорая»?

— Так и болтаться. — Он прижал ее крепче, и от этого движения полотенце сползло ниже.

— Но я в порядке и могу идти сама, — поправляя полотенце, повторила Эшли, совладав с сухим кашлем. — Правда.

— Не упрямься.

— Я не упрямлюсь. Я просто не хочу, чтобы ты надорвался. — Это было маловероятно, так как прошлой ночью она убедилась, сколько силы таится в его поджаром теле.

Полотенце продолжало сползать, несмотря на ее попытки удержать его на месте. Во время одной из таких попыток Эшли сама едва не свалилась с плеча своего спасителя.

— Перестань извиваться, — велел Мэтью и положил ладонь на ее ягодицу.

Это прикосновение отозвалось дрожью во всем теле Эшли, затронув даже корни ее длинных рыжих волос.

Двое пожарных появились из-за угла, разматывая шланг и напоминая ей о гораздо более серьезных проблемах, чем руки Мэтью или ее внешний вид.

вернуться

1

Конгресс США состоит из двух палат: нижней (Палата представителей) и верхней (Сенат). — Прим. перев.

×