Влюбленный призрак, стр. 63

— Не знаю, что теперь делать, Бен. Не знаю, что говорить. Я хочу одного — пойти домой. Пойти домой и дождаться пончиков на завтрак.

— Пончиков? — переспросил он с улыбкой.

— Да, в постели с тобой и с Лоцманом; может быть, под одеялом. Мы все вместе, укрывшись одеялом, будем есть пончики из коробки персикового цвета. Это должна быть именно такая коробка.

— Ладно.

— Вот и хорошо.

Она снова поцеловала ему руку. Он прижался лбом к ее лбу.

Заиграла музыка. На этот раз это была быстрая зажигательная мелодия румынских цыган. Fanfare Ciocarlia — одна из любимых групп Бена и Фатер. Кто-то снова включил радио в синем автомобиле. Машина подпрыгивала из-за того, что пассажиры сидя танцевали «Asfalt Tango».

— Я только что понял, что у меня дома мало продуктов. Придется сначала зайти в супермаркет и кое-что купить, — сказал Бен Фатер и Стэнли, когда они были в нескольких футах от трясущейся машины.

Ему нравилась эта музыка. Когда Фатер съехала, он намеренно не слушал этот диск. Тот лишь напомнил бы ему о славных временах вместе с ней. Бен понимал, что если бы он услышал его в одиночестве, то у него от невыносимой тоски подкосились бы колени.

— Давай мы пойдем в супермаркет вместе с тобой. Поможем с покупками, — предложил Стэнли, а потом быстро глянул на Фатер, чтобы увидеть, согласна ли та.

— Так ты тоже хочешь пойти ко мне домой?

— Конечно хочу, если ты не будешь возражать. Я же впервые вижу, чтобы происходило нечто подобное: переговоры, которые человек проводит с самим собой. Я не хочу пропустить это эпохальное историческое событие.

Бен словно бы к чему-то прислушался. Потом он как можно тактичнее сказал Ангелу:

— Лин говорит, что не хочет тебя видеть на переговорах. Говорит, что не станет для тебя готовить.

— А что, если я приглашу его как наблюдателя, с моей стороны? Тогда она разрешит ему прийти? — спросила Фатер.

Бен и Лин были тронуты таким оборотом дела. Фатер, как всегда, была добра, умна и дипломатична. Это лишь заставило их полюбить ее еще сильнее. Где-то внутри Бена Лин раздраженно стиснула зубы, прежде чем пробормотать:

— Ну… ладно. Пусть приходит.

* * *

По вечерам в городе всегда было очень спокойно, так что, когда в дежурную часть поступил звонок, сообщавший о беспорядках в супермаркете, из полицейского участка смогли сразу же отправить туда наряд. Двое ветеранов, сидевших в патрульной машине, ничего серьезного не ожидали. Диспетчер сказала им, что какие-то типы в супермаркете бросаются друг в друга продуктами. Полицейские предположили, что это, по всей видимости, подвыпившие студенты, хотя в их городке нечто подобное случилось впервые.

Подъехав к стоянке перед магазином, они увидели толпу, стоявшую снаружи и заглядывавшую в витрины супермаркета. Стая собак сгрудилась прямо перед входом, словно охраняя его. Среди этой стаи виднелось несколько ярко-белых псов, у которых вроде бы не было ушей.

Один из полицейских указал на них.

— Посмотри-ка, а? Что это за собаки?

— Это верцы, — сказал его напарник. — Ты что, никогда их раньше не видел?

— Нет, будь я проклят. Боб, у этих чертовых тварей вообще нет ушей! Впервые в жизни вижу собак без ушей.

Его напарник Боб, который выжил после смертельного ранения в грудь два года тому назад, сразу же понял, что здесь происходит. Подавляя улыбку, он знал, что теперь ему надо сохранять спокойствие и делать вид, что ситуация пустяковая, что бы там в супермаркете ни происходило. Больше всего Боба взволновало присутствие верцев, которое означало, что теперь можно будет обменяться впечатлениями еще кое с кем из своих. Собачья стая все время пополнялась белыми существами, и это внушало ему тихое благоговение.

— Верцы, говоришь? А откуда они родом?

— Из Норвегии, с одного из маленьких норвежских островков. Эта порода сейчас очень популярна. Для голливудской звезды завести верца теперь дело престижа.

— Правда? Что ж, здесь их с десяток наберется. Может, отловим парочку?

Полицейские подошли к супермаркету, чтобы выяснить обстоятельства дела. Приблизившись, они увидели бегавших внутри здания людей, которые швыряли друг в друга коробками с продуктами, хватая их с полок, и хохотали до упада. Да, покупатели в супермаркете веселились от души.

Полицейские увидели, как очень высокая женщина попала тортом со взбитыми сливками прямо в лицо мистеру Помело, державшему в каждой руке по цыпленку. Увидели, как человек с брюшком, в котором один из них сразу узнал ангела Стэнли, поскользнулся на пролитом молоке и ударился головой о высоко расположенные полки, полные разных цветных пластиковых пакетов. Тотчас на него обрушился каскад из картофельных чипсов и попкорна.

Полицейские видели, как Бена Гулда толкнул в грудь какой-то лысый человек, с виду злой как черт. Бен, смеясь ему в лицо, тут же толкнул его в ответ. Лысый снова на него бросился, и оба повалились на пол, где и продолжили борьбу. Полицейские видели даже собаку, гоняющуюся за ребенком. Люди смеялись, кричали или бегали по длинным проходам супермаркета с охапками продуктов в руках, роняли их, танцевали, и повсюду были разбросаны самые разнообразные товары. Продавцов нигде не было видно. Вероятно, они попрятались.

Тот полицейский, который не слыхал прежде о верцах, неожиданно, впервые за столько лет, вспомнил один день из своего детства. Когда он был ребенком, на местном телевидении во время рождественских каникул ежегодно проводился конкурс для детей. Победителю конкурса предоставлялась возможность десять минут пробыть одному в самом большом магазине игрушек в городе. Все, что он за это время успевал загрузить в магазинную тележку, доставалось ему бесплатно, в качестве приза.

Мальчик и трое его закадычных приятелей размечтались о том, что бы они себе взяли в случае победы. В дни, предшествовавшие конкурсу, они только об этом и говорили. Всей ватагой они однажды даже отправились в магазин игрушек, чтобы осмотреться на месте. Они медленно его обошли, обсуждая самые эффективные маршруты, по которым можно было добраться до всех вожделенных игрушек во всех отделах за самое короткое время. Потом они долго рисовали план, и, когда со всем этим управились, у них получился настоящий топографический план магазина игрушек с аккуратно помеченными стрелками-указателями на всех поворотах от прилавка к прилавку. Затем, все еще находясь в магазине, каждый мальчик сделал себе свою собственную копию этого плана, и потом они пошли в любимое кафе, где попотчевали себя самыми вкусными на свете бутербродами с сыром.

Старый полицейский совсем забыл об этом дне, но теперь воспоминания нахлынули на него снова. Это был один из самых счастливых дней его детства, но, как это обычно бывает, с годами он каким-то образом стерся из памяти. У него защемило сердце, когда он вспомнил все подробности того дня, вспомнил, насколько важным он тогда ему казался.

Мальчишкой ему приходилось довольно туго, и игрушек у него в доме было не так уж много. Но день, когда он вместе со своими лучшими друзьями побывал в магазине игрушек «Том и Тим», строя планы и мечтая, а потом наслаждаясь великолепными бутербродами, был волшебным днем его жизни. Может быть, где-нибудь в ящике комода у него в кабинете по-прежнему хранится припрятанная карта того магазина игрушек? Он поищет ее, когда вернется сегодня вечером домой. Непременно поищет.

На мгновение каждый из этих людей, бегавших туда и сюда внутри супермаркета, показался ему похожим на него самого в детстве. Он бы так же бегал по магазину, если бы оказался тогда победителем конкурса. Бегал бы и хватал все, чем так мечтал тогда обладать. Он бы так смеялся, был бы так счастлив!

Полицейский широко улыбнулся, отыскав в груди это драгоценное воспоминание, которое так долго лежало на самом дне его памяти.

Он знал, что теперь ему придется выполнить долг офицера полиции, положить конец этому балагану и восстановить порядок. Но его отношение к этим пьяным, сумасшедшим или кем бы они еще ни были людям не было враждебным. Он стеснялся признаться самому себе, что они ему даже симпатичны, что они ему нравятся, он их любит.

×