Реальная угроза, стр. 214

— Самое невероятное заключается в том, что операция почти увенчалась успехом, — заметил Трент. — Ваш «Кэйпер» был прекрасной идеей, и я надеюсь, что это будет продолжаться.

— Будет. Вся операция оказалась успешной, — впервые заговорил Риттер. Действительно успешной. Нам удалось начать борьбу за власть внутри картеля, в которой приняли участие его главари. Убийство Эскобедо поставило последнюю точку — впрочем, нет, если борьба продолжится. После гибели ряда главарей наркобизнеса не исключено, что колумбийцы сумеют действовать против картеля более успешно. Нам необходима такая возможность. Мы не можем допустить, чтобы нас лишили её.

— Согласен, — кивнул Джек. — Такая возможность нам действительно необходима, но нельзя превращать её в государственную политику, черт побери!

— Джек, скажи мне, что правильно, а что — нет, — попросил судья Мур. — Сегодня ты вроде как эксперт по этому вопросу, — добавил он без особой иронии.

— Мы живём в стране, которая считается демократической. Мы обязаны информировать народ или, по крайней мере, информировать их. — Джек сделал жест в сторону конгрессменов. — Когда правительство принимает решение ликвидировать людей, угрожающих его интересам или интересам его граждан, не обязательно прибегать к убийствам. По крайней мере, не всегда. Я не уверен, где следует провести разграничительную черту, но это и не входит в мои обязанности. Другие люди должны сообщить нам об этом.

— Ну что ж, придёт январь, и такие проблемы будут решать другие, — заметил судья Мур. — Значит, все согласны? Все заканчивается здесь, верно? Обойдёмся без политического футбола?

Трудно представить двух людей, которые по своим политическим взглядам больше отличались бы друг от друга, чем «голубых кровей» уроженец Новой Англии и замкнутый мормон из Аризоны, но оба кивнули в знак согласия.

— Никаких игр по этой проблеме, — сказал Трент.

— Это причинит вред стране, — поддержал его Феллоуз.

— И то, что мы только что сделали... — прошептал Джек. — Что бы это ни значило...

— Вы здесь ни при чём, — заметил Трент. — Мы все, остальные, занимались этим.

— Отлично, — фыркнул Джек. — К тому же меня здесь скоро не будет.

— Вы так считаете? — поинтересовался Феллоуз.

— Не совсем так, доктор Райан. Нам неизвестно, кого собирается назначить на пост директора новый президент, скорее всего политика, который ему нравится.

— Я знаком со списком кандидатов, — произнёс Трент.

— Однако меня в этом списке нет, можете не сомневаться. Он не любит меня, — пояснил Райан.

— Ему совершенно необязательно любить вас, и он не собирается назначать вас директором ЦРУ. Однако вы останетесь в Лэнгли, — сообщил ему Трент. Скорее всего, на посту заместителя директора, подумал конгрессмен.

— Посмотрим, — пожал плечами Феллоуз. — Что, если в ноябре все обернётся по-другому? Фаулер может ещё потерпеть неудачу.

— Можешь положиться на меня, Сэм, — ответил Трент. — Если такое случится, то случится и это.

— Впрочем, есть ещё и дикая карта, — напомнил им Риттер.

— Я уже обсуждал эту проблему с Биллом Шоу, — сказал судья Мур. — Странное дело. Оказывается, он нарушил всего один закон — это незаконный въезд в страну.

Все полученные им данные не являются секретными. Поразительно, правда?

Райан покачал головой и уехал с работы пораньше. У него была назначена встреча с юристом, который скоро займётся созданием благотворительного фонда: целью этого фонда станет обеспечить образование семи детей, живущих во Флориде.

* * *

Лёгкие пехотинцы прошли через центр специальных операций в Форт-Макдилле.

Им сообщили, что операция закончилась успешно, взяли подписку о неразглашении, повысили в звании и направили для дальнейшего прохождения службы. Всех, кроме одного.

— Чавез?

— А-а, мистер Кларк.

— Хотите, пообедаем вместе?

— Здесь есть поблизости хороший мексиканский ресторан?

— Думаю, отыщем.

— По какому случаю торжество?

— Поговорим о найме на работу, — предложил Кларк. — Там, где я работаю, возникла вакансия. И платят больше, чем вы получаете сейчас. Впрочем, вам придётся пару лет потратить на обучение.

— Да я и сам задумывался об этом, — ответил Чавез. Он пришёл к выводу, что из него может получиться неплохой офицер. Если бы он командовал отделением вместо Рамиреса, может быть... а может быть, и нет. Но ему хотелось убедиться в этом.

— Ты нравишься мне, малыш. Хочу, чтобы ты работал со мной.

Чавез решил подумать над предложением. В худшем случае он бесплатно поужинает.

* * *

Капитана Бронко Уинтерса перевели в эскадрилью истребителей F-15 в Германию. Там он быстро выдвинулся и был назначен командиром эскадрильи. Теперь он стал более спокойным молодым человеком. Он изгнал демонов, преследовавших его после смерти матери. Уинтерс не станет вспоминать прошлое. Ему поручили задание, и он справился с ним.

После жаркого душного лета в Вашингтон пришла холодная унылая осень. Город политических деятелей опустел накануне выборов президента, которые в ноябре будут сопровождаться выборами всех членов конгресса и трети сенаторов, а также назначением сотен политиков на должности в исполнительной власти. В начале осени ФБР раскрыло несколько шпионских организаций кубинцев, но, как ни странно, это не получило политического резонанса. Если арест торговцев наркотиками является успехом полиции, разоблачение шпионской организации рассматривается как недостаток, потому что вообще не следовало допускать возникновения шпионской сети. Эта операция не принесла никакого политического эффекта, если не считать голосов кубинских эмигрантов, которые, можно сказать, и так уже были отданы Фаулеру, потому что он обещал «открыть диалог» с покинутой ими Кубой. После съезда своей партии, по опросам общественного мнения, президент снова вырвался вперёд, однако его предвыборная кампания велась без особого блеска, и он даже уволил двух своих главных политических советников. Но основным было то, что дул ветер перемен, и, несмотря на упорную борьбу за голоса, Дж. Роберт Фаулер сумел одержать верх, набрав их всего на два процента больше. Одни обозреватели считали это выражением воли народа, тогда как другие отнесли за счёт плохой предвыборной кампании обоих претендентов.

Когда всё закончилось, Райан решил, что второе ближе к истине.

Во всём городе и его окрестностях смещённые деятели готовились отправиться по домам или перебраться в юридические конторы, намереваясь остаться в столице.

Конгресс мало изменился, но он редко менялся. Райан оставался в своём кабинете, не зная, назначат ли его заместителем директора ЦРУ по разведке.

Говорить об этом было слишком рано. В одном он был уверен — президент все ещё оставался президентом и, будучи благородным человеком, несмотря на допущенные ошибки, ещё до ухода с этого поста объявит об амнистии тем, кто в ней нуждался. Это будет исполнено, и соответствующие записи появятся в книгах, но мало кто заметит это. После того как ситуация станет ясной для сотрудников Фаулера — этим займётся Трент, — предполагалось, что никто и не заметит.

* * *

В первую субботу после дня выборов Дэн Мюррей вместе с Мойрой Вулф поехал на базу ВВС Эндрюз. Там их ждал реактивный самолёт. Спустя чуть больше трех часов они совершили посадку на базе Гуантанамо. Пережиток испано-американской войны, база Гитмо, как её называли, осталась единственной военной базой США на коммунистической территории, являясь шипом в боку Кастро и досаждая ему ничуть не меньше, чем он сам раздражал своего могучего соседа по другую сторону Флоридского пролива.

Мойра работала в министерстве сельского хозяйства, где была секретарём у одного из кадровых руководителей министерства. Она немного похудела, но Мюррея это не беспокоило. Мойра совершала теперь длительные прогулки и, по мнению психиатра, быстро восстанавливала силы после полученной психической травмы. Она была последней из жертв, и Дэн надеялся, что предстоящая поездка поможет ей ещё больше.

×