Девятый день творения, стр. 3

Покажите мне пророка, который сказал бы о будущем хоть одно внятное слово. И библейские мудрецы, и предсказатели вроде Нострадамуса или Ванги говорили о будущих событиях истории двусмысленно и неточно. Нельзя нам знать будущее! А мы будем его знать, если Шмуэль Дорман останется жить. Я уверен в том, что говорю, потому что в ту ночь он-таки показал мне.

Естественно, Шмулик не мог выдержать хотя бы до утра. Ему непременно нужно было понять — действительно ли, пользуясь полным текстом Торы, можно найти в Книге упоминания обо всех событиях прошлого, настоящего и будущего. Я глотал шарики стимулятора, то впадая в прострацию, то выпадая в реальный мир, а Шмулик формировал эвристическую программу. Было около четырех утра, когда программа заработала, компьютер автоматически проходил интервалы Книги, выдавая только осмысленные отрывки, если они попадались. И вот, что мы узнали в течение получаса.

Второй храм уничтожили римляне, возглавляемые Титом.

Атлантида погибла потому, что взорвался вулкан Орман, находившийся посреди острова.

Евреи были изгнаны из Испании.

Сталин собирался напасть на Гитлера, но не успел завершить подготовку к наступлению.

В войне между США и Китаем погибли полтора миллиарда человек.

Израиль перестал быть светским государством.

Не вернулась ни одна из экспедиций, посланных к звездам.

Были названы даты — с точностью до месяца. Поскольку все события прошлого были описаны в Торе безошибочно, мог ли я сомневаться в том, что и события будущего непременно произойдут в положенный Им срок? И мог ли я допустить, чтобы это узнали все?

Под утро Шмулик распечатал первые двадцать предсказаний, почерпнутых из книг «Бэрейшит» и «Левит», из которых, в частности, следовало, что в 5843 году от Сотворения сыны Израиля отправятся в новый галут по причине распада государства из-за внутренних распрей.

— Ты уверен, что все это нужно публиковать? — спросил я. — Ты думаешь, кому-то станет легче жить, если каждый сможет открыть Тору и где-нибудь на втором или третьем уровне скрытого текста прочитать о том, что через год он погибнет в авиакатастрофе?

— Не думаю, что Текст содержит информацию о жизни каждого человека, — рассеянно сказал Шмулик. — Хотя… Где-нибудь на четвертом или пятом уровне… Я до такой глубины анализа еще не добрался.

— Почему не попробовать? — сказал я, стараясь, чтобы мой голос не выдал охватившего меня волнения. — Начни с меня. Я хочу знать, сколько мне осталось жить.

— Это, конечно, можно узнать, — согласился Шмулик, — но ты ж понимаешь, что за все время существования рода людского на земле жили десятки миллиардов людей, а будут жить еще больше. И если о каждом можно что-то найти в Торе, пусть даже на пятидесятом уровне, ты представляешь себе, сколько времени нужно, чтобы эти сведения отыскать и извлечь?

— Но попытаться-то можно, — продолжал настаивать я, будто меня действительно занимал вопрос: помру я в эту среду или после дождичка в четверг.

— Относительно тебя сомневаюсь, — сказал Шмулик, — не так ты важен для истории, чтобы искать сведения о твоей жизни на втором уровне, а глубже я сейчас не смогу… Но вот, если говорить о…

Мне, собственно, было все равно. Возможно, Шмулик захотел найти в Торе себя — на втором уровне, естественно, он ведь у нас гений, новый Маймонид. И мы отправились.

Второй уровень текста являл собой в виртуальной реальности компьютера горную цепь, покрытую льдами и снегом, через которую нам со Шмуликом пришлось перебираться, поддерживая и подталкивая друг друга. Пейзаж был красивым, но смысловых отрывков попадалось не очень много — Шмулик еще не отработал алгоритм, и мы блуждали наугад, глядя под ноги, будто искали забытые кем-то бриллианты.

Поднявшись на одну из вершин, мы прочитали в небе: «Космический лайнер „Невада“ погиб в результате столкновения с метеором 2 ава 5810 года». До трагедии осталась неделя, и у меня сжалось сердце.

— Дай руку! — крикнул я Шмулику, сделав вид, что балансирую на одной ноге. Я схватил его руку, резко вывернул и потянул на себя. Шмулик никогда не отличался быстрой реакцией. Он успел только удивленно посмотреть мне в глаза и полетел в пропасть, ударяясь о торчащие скалы (хотел бы я знать, какой смысл вкладывал в этот пейзаж компьютер!) и подпрыгивая будто мячик. Я склонился над обрывом, но в темной глубине разглядел лишь сообщение о том, что президент Никсон не продержится у власти даже одного срока. Поскольку Никсон скончался почти сорок лет назад, эти сведения не имели предсказательного смысла, они лишь подтверждали общую правоту всех уровней текста. И я отправился назад.

Из виртуального мира выбраться не так-то просто, особенно если не знаешь эвристического программирования. Шмулик, например, выводил меня одному ему известными путями, а мне пришлось идти назад по собственным следам, которых почти не было видно, и по воспоминаниям, которые от волнения почти начисто стерлись из памяти.

Я старался не обращать внимания на тексты, появлявшиеся в самых неожиданных местах, но мог ли спокойно пройти мимо такого: «Фашистский режим в России — с 5821 по 5846 годы»? Я мысленно перевел даты в более привычную систему и подумал, что нужно будет сегодня же отправить письмо троюродному брату в Питер: пусть репатриируется, пока не поздно.

Я уже почти добрался до болота, с которого мы начали свое восхождение, и именно здесь, на дереве заметил текст: «Шмуэль Дорман прочитал истинный текст Торы и открыл все уровни ее смысла, количество которых равно бесконечности. Убит…» Дата стояла сегодняшняя, и я успокоился.

Имя убийцы упомянуто не было.

Выбравшись из компьютерной реальности в обычную, я несколько минут лежал с закрытыми глазами — не хотелось видеть мертвого Шмулика. Потом все же заставил себя посмотреть. Он будто спал — и улыбался во сне. Естественно, никаких следов падения с километровой высоты: компьютерная реальность шишек не набивает.

Экспертиза показала, что Дорман умер от острой сердечной недостаточности — переработал, бедняга, совсем не щадил себя… Я забрал с собой все распечатанные материалы и стер из памяти компьютера файл result. txt.

Потом я отправился в ближайшую синагогу и, впервые за долгие годы надев кипу, помолился Творцу, ибо только Он мог создать Книгу, содержащую бесконечное число смыслов и полные данные обо всем, что было, есть и будет с человечеством.

А Шмулик еще говорил о гордыне! Если бы Земля осталась центром мироздания, как было задумано вначале, человек, конечно, возгордился бы. Но скажите мне, разве не больше должны мы вообразить о себе, если, чтобы избавить нас от гордыни, Творцу пришлось наворотить миллиарды миллиардов звезд, сотни миллиардов галактик с квазарами, да еще заставить все это расширяться?

Шмулика похоронили тихо, пришли только родственники. Я бросил в могилу горсть земли и подумал о том, что, возможно, Творец сам и изъял из текста Книги главы с описанием Восьмого и Девятого дней Творения. Разумно поступил, если так. Представляю, какой стала бы наша жизнь, если бы каждый мог, погрузившись в болото, или взобравшись на снежную вершину компьютерного мира, прочитать на седьмом или двадцать седьмом уровне текста все о себе, и о своих врагах, и о своей жизни, которую он еще не прожил…

Не надо.

×