Дружба творит чудеса. Мост между мирами, стр. 19

Ирма то и дело вскидывала в воздух кулак в знак триумфа. Тарани вся светилась от гордости. А Корнелия? Она внимательно оглядывала толпу, словно ища кого-то.

«Она меня ищет», — сообразила Элион. Запнувшись, она шагнула ближе к толпе. Девочка уже была готова окликнуть своих подруг, когда увидела еще двоих хорошо знакомых ей людей.

Они были меридианцами, но, в отличие от остальных соотечественников, не прыгали и не кричали от восторга. А еще они не смеялись и не пели. Зеленое лицо женщины побледнело и осунулось от боли. Она шла медленно, прихрамывая, а мужчина с похожими на мох зелеными дредами и встревоженными глазами нежно поддерживал ее.

«Это мои родители! — воскликнула про себя Элион. — Но мама хромает! Что эти мучители с ней сделали?!»

Девочка сделала еще один шаг вперед. Но дальше пройти было невозможно — дорогу преградил огромный солдат, размахивающий кнутом. Громила завис над зеленокожим подростком, прикрывавшимся от грозного оружия рукой. Как и Элион, подросток был в коричневой накидке.

— Здесь прохода нет! — прорычал страж. — Убирайся откуда пришел, голодранец!

— Но там мой брат! — запротестовал паренек. — Вы что, мне не верите?

— Охотно верю, пёс, — прогудел солдат, замахиваясь кнутом. — Но если не уберешься с дороги, сам угодишь в тюрьму!

Шаттззз!

Солдат хлестнул паренька кнутом по спине, и тощий маленький меридианец растянулся на земле.

— Нет! — вскричала Элион. Этот крик сорвался с ее губ раньше, чем она успела всё хорошенько взвесить.

Солдат глянул на нее исподлобья. Первым порывом Элион было натянуть капюшон пониже и раствориться в толпе. А потом она кое о чем вспомнила.

«Мне нет нужды молчать. Я не желаю — и не потерплю! — чтобы в моем городе творились такие бесчинства!»

— Нет! — громко повторила она и вскинула руку, словно призывая всех к порядку.

Невидимый магический заряд сорвался с ее пальцев и вышиб кнут из когтистой лапы солдата.

— Что это значит? — пробормотал пораженный гигант.

Элион стиснула кулаки. Она почувствовала, как ее обычно бледные щеки заливает краска гнева. Злость тут же преобразовалась в магию, и та заструилась из ее тела лучами белого сияния. Ее мощь разорвала коричневую накидку на лоскутки. Под этими лохмотьями на девочке было голубое платье — королевский наряд.

— Тюрем в Меридиане больше не будет! — громовым голосом вскричала она. — Фобос допустил чудовищную ошибку!

«Помни, Элион, проведи ластиком — и исправишь любую ошибку».

Элион замерла. В памяти всплыли воспоминания детства и голос… Мамин голос!

Девочка вспомнила, как мама передала ей маленький розовый ластик. Шок, отчаяние и праведный гнев разом утихли, когда Элион воскресила в памяти то простое движение, которым когда-то давно она стерла со своего рисунка ошибку.

«Любую ошибку… — думала теперь Элион. — Любую…»

Глядя вверх, она провела перед глазами рукой, обводя контуры уродливого здания тюрьмы. Взгляд ее сфокусировался, и тюрьма оказалась окутана облаком белого света.

Разумеется, это была магия.

Волшебный ластик Элион.

И в следующий миг меридианская тюрьма исчезла!

Краем глаза Элион видела окружавших ее меридианцев — те вскрикивали от потрясения и передавали друг другу новости, хотя все и так всё видели.

Сама Элион, напротив, хранила молчание.

«Я стерла ошибку, — безмятежно думала она. — Я сделала это ради женщины, которую в глубине души продолжаю считать своей мамой. А еще ради граждан Меридиана… ради моего народа!»

Чудо свершилось так быстро и внезапно, что никто до сих пор не мог поверить своим глазам. Ни Стражницы Великой Сети, с благоговением взиравшие на вершину холма. Ни сбившиеся в кучу меридианцы, для которых тюрьма многие годы была реальной угрозой. Ни Элеонор Браун.

Впрочем, Элеонор даже не смотрела на опустевший холм, вместо этого она искала глазами в толпе хрупкую светловолосую девочку, которая однажды станет королевой.

— Элион? — позвала она. Голос был нежным и негромким, и все-таки Элион услышала его в гомоне толпы. Посмотрев на маму, девочка тихо всхлипнула. В тот миг она совсем не чувствовала себя принцессой. Она была просто маленькой девочкой, оторванной от дома, растерянной, испуганной, мечтающей оказаться в объятиях самого родного человека на свете.

— Мама? — окликнула она меридианку.

Элион хотела лишь одного — поскорее подбежать к маме, снова почувствовать себя любимой дочкой. Но кто-то в толпе заметил и узнал ее. Раздался возглас:

— Это же она! Элион! Свет Меридиана!

Элион тут же оказалась в окружении восхищенных меридианцев. Они ласково пожимали ей руки своими когтистыми пальцами и открыто улыбались. Кое-кто в знак безмерной благодарности упал на колени. В ушах у девочки уже начало звенеть от восхвалений.

— Вы видели? — ликовал один меридианец. — Она уничтожила тюрьму!

— Она пришла, чтобы защитить нас! — вторил ему другой.

— Да здравствует Свет Меридиана! — воскликнула какая-то женщина.

Теперь настал черед Элион быть подхваченной и поднятой над головами толпы. Первым ее желанием было вырваться и удрать. Ей не хотелось участвовать в празднествах. Она стремилась поскорее присоединиться к своим подругам, Стражницам. Она ясно видела их, снующих среди горожан. Без сомнения, они спешили назад, к порталу, чтобы улизнуть из Меридиана раньше, чем Фобос пошлет за ними армию.

Элион перевела взгляд с удаляющихся спин подружек на своих родителей. Они тоже пробирались к краю толпы. Там их ожидал Ватек, собиравшийся отвести Томаса и Элеонор в безопасное место. Элион почувствовала громадное облегчение.

Мама Элион воспрянула духом. Она больше не хромала. Ей даже хватило сил обернуться и с заплаканной улыбкой поглядеть на дочь.

Элион встретила мамин взгляд. Она чувствовала, как между ними возникает незримая нить, крепче и сильнее любой магии.

«Может быть, — думала девочка, когда торжествующая толпа увлекала ее прочь, — малышка Элион и Свет Меридиана не так уж далеки друг от друга. Пусть я принцесса, но я остаюсь дочерью. Томас и Элеонор Браун— мои родители, кто бы что ни говорил!»

Элион бросила последний взгляд на маму. Как бы ей сейчас хотелось поведать маме о своих чувствах!

Мама кивнула в ответ, и улыбка ее стала радостнее.

«Думаю, что она и без слов все знает, — подумала счастливая Элион. — Ну конечно, знает, она ведь моя мама!»

С этой мыслью на нее снизошел покой, и она смогла наконец разделить ликование горожан.

«Кажется, над Меридианом снова восходит солнце!» — ощущая себя победительницей, думала Элион.

×