Миг удачи, стр. 2

Как скажете, мисс Торп, — крайне неодобрительно отозвалась та…

Вернувшись в настоящее, молодая женщина слабо улыбнулась, вспоминая недовольство секретарши. Тогда она, Карен Торп, лихорадочно прибралась на столе, оправила юбку прямого темно-серого платья со строгим белым воротничком, извлекла из ящика стола золоченую пудреницу и критически изучила свое отражение в зеркальце. Собственно, она только, только успела пригладить волосы, освежить помаду и махнуть по щекам пуховкой, как в дверь вежливо постучали.

В памяти сохранились все мельчайшие подробности, как если бы знакомство с Майлзом состоялось накануне вечером. Она мечтательно закрыла глаза: картины той, первой встречи оживали в ее воображении…

Мисс Торп — мистер Диксон, — возвестила Джинни, впуская в кабинет посетителя.

Здравствуйте, мистер Диксон. — Карен встала из-за стола и протянула гостю руку.

День добрый, мисс Торп, — ответствовал Майлз Диксон, сделав легкое ударение на слове «мисс», и, слегка сощурившись, пожал протянутую руку. Под испытующим взглядом дымчато-серых глаз юристка почувствовала себя крайне неуютно.

Что было неудивительно! При росте в пять футов и десять дюймов молодая женщина отнюдь не привыкла, чтобы собеседник возвышался над ней как скала. А тут еще эти проницательные глаза на загорелом, выразительном лице и густые, рыжеватые волосы, что так и норовили упасть на лоб! А широкие плечи и узкие бедра, создающие ощущение мужественной, неодолимой силы! Картину дополняли клетчатая рубашка с расстегнутым воротом, брюки цвета хаки и коричневые ботинки.

Но более всего Карен удивилась тому, что посетитель оказался куда моложе, нежели она ожидала. На вид ему можно было дать лет тридцать пять, никак не больше.

Пауза затянулась. Адвокат и потенциальный клиент зачарованно глядели друг на друга, напрочь позабыв о времени. Даже Джинни словно приросла к месту.

Но вот, наконец, Карен опомнилась и мысленно выбранила себя за легкомыслие. С какой это стати Майлз уставился на нее во все глаза, будь он хоть трижды главой знаменитого клана Диксонов?! Молодая женщина отняла руку и любезно предложила:

Присаживайтесь. Не хотите ли чаю или кофе? Для полдника самое время. — И улыбнулась ни к чему не обязывающей улыбкой.

Лучше что-нибудь прохладительное, если есть, — отозвался он.

Хорошо. А я выпью кофе. — Карен уселась за стол и проводила секретаршу взглядом. Полагаю, вы пришли обсудить со мной план жилой застройки, мистер Диксон?

— Вовсе нет, — лениво отозвался тот. Карен смущенно заморгала: собеседник опять спровоцировал неловкую паузу! Снова ощутив на себе пристальный, испытующий взгляд, молодая женщина почувствовала себя не в своей тарелке. Но за годы адвокатской практики она научилась не торопить события. Пусть даже в первые мгновения урок на миг позабылся, не без самоиронии подумала она.

Карен выжидательно сложила руки. Во взгляде ее читался вежливый интерес, и не более того.

— Нет, — повторил гость, улыбаясь краем губ. — Судя по отзывам, вы, мисс Торп, во всех отношениях опытный и компетентный специалист своего дела. То же самое говорил мне и ваш отец.

Карен тут же внутренне ощетинилась, — как всегда, когда речь заходила об отце. Однако на губах ее по-прежнему играла безразличная улыбка.

В этот момент возвратилась Джинни. На подносе красовался высокий запотевший бокал с лимонадом, дымящаяся чашка кофе и блюдечко с печеньем. Заметно нервничая, секретарша расставила угощение на столе и снова ушла, явно изнывая от любопытства. Удрученно изогнув бровь, Карен размешала кофе. В конце концов, честность — лучшая политика…

— Ваше появление здесь произвело впечатление, мистер Диксон, на всех — от секретарши до хозяйки.

Приношу мои глубочайшие извинения, мисс Торп… — Признание явно позабавило посетителя.

«Мисс» оставьте для Джинни, мистер Диксон, — поспешно оборвала его Карен, слегка раздосадованная тем, что собеседник снова чуть заметно подчеркнул обращение. — Секретарша почему-то считает, будто словечко «мисс» окружает меня неким таинственным ореолом. Сама я предпочитаю, чтобы ко мне обращались просто Карен, Карен Торп. Пусть я не замужем, но мне нет никого дела до того, знают ли об этом окружающие.

Понятно, — протянул он. — По правде говоря, обращение «мисс» вызывает у меня ассоциации с пансионом благородных девиц. Мне куда приятнее называть вас Карен. Кстати, меня зовут Майлз, я женат, но вскорости сей статус утрачу — вот поэтому я к вам и пришел.

Карен недоверчиво вскинула взгляд.

Вам уже доводилось заниматься бракоразводными процессами? — полюбопытствовал Майлз.

Да, и не раз. Но… — Молодая женщина смущенно умолкла.

Вы удивлены? — предположил он. — Удивлены потому, что я развожусь с женой, или потому, что обратился с этим делом именно к вам?

И то и другое, если честно, — призналась Карен.

Вы знаете мою жену?

Нет, я с ней не знакома. Но… словом, я видела фотографии в местной газете и слышала, что о ней говорят…

Карен опять умолкла: услужливое воображение тотчас же нарисовало портрет Линды Диксон. Даже на черно-белом снимке та выглядела ослепительной красавицей. А затем вспомнила, как однажды столкнулась с Линдой в городе, и поняла, что фотография уступает оригиналу.

И у вас наверняка в голове не укладывается, с какой стати мужчина в здравом уме станет с ней разводиться, — не без горечи предположил Майлз.

Я этого не говорила, но… Да, наверное, мне и впрямь странно это слышать. Извините, а почему, собственно, я? Мне казалось, у вас есть семейный адвокат, который более подходит для такой роли.

Есть, конечно. Однако я бы предпочел человека со стороны.

Если я займусь этим делом, — медленно проговорила Карен, задумчиво сощурившись, — я стану ревностно защищать ваши интересы, мистер Диксон. Но если вы ищете адвоката, который помог бы вам утаить львиную долю имущества и оставить жену ни с чем, предупреждаю заранее: вы ошиблись адресом.

Напротив, мисс Торп, — невозмутимо ответствовал гость. — Я обратился к вам, поскольку вы обладаете на редкость ясным умом и притом — профессионал самого высокого класса. В то время как наш семейный адвокат уже немолод и былую сметку подрастерял, хотя все мы к нему искренне привязаны. Кроме того, так уж случилось, что сам он души не чает в моей супруге.

Ох! — Иного ответа в голову молодой женщине просто не пришло.

К тому же, — продолжал Майлз Диксон, — хоть я и готов отдать жене все, на что она имеет право по закону, я не позволю обобрать меня дочиста, а именно это в ее планы и входит.

Понятно.

Карен, а вы феминистка? — небрежно осведомился Майлз.

Ровно в той же степени, что и большинство женщин, — невозмутимо заверила она.

А отец ваш придерживается иного мнения.

Молодая женщина досадливо поморщилась.

Итак, вы близко знакомы с моим отцом, мистер Диксон, да?

Достаточно близко, чтобы понять: при всем своем консерватизме он втайне до безумия гордится своей умницей дочкой, несмотря на ее, вопиюще феминистский образ мыслей. — Голос Майлза звучал вполне серьезно, но в серых глазах посверкивали озорные искорки.

Боюсь, наши с отцом взгляды на феминизм резко расходятся, — посетовала Карен. И не в силах противиться искушению, спросила: — Выходит, вы хорошо его знаете, мистер Диксон?

Мистер Торп был близким другом моего отца. Они вместе служили в армии. Разве он вам не рассказывал?

Да, но я не подозревала, что папа общается и с вами. Кажется, ваш отец умер несколько месяцев назад? Примите мои соболезнования.

Да, и на его похоронах мистер Торп упомянул о вас.

Понятно. Стало быть, ярлык заядлой феминистки вас не отпугивает?

Я не сказал, что одобряю дискриминацию женщин, — ответил Майлз. — Кстати, вам известно, что ваш отец однажды спас жизнь моему?

До чего тесен мир! — разочарованно вздохнула Карен. — Вот почему вы остановили на мне свой выбор! Должна признаться, что предпочла бы заслужить ваше доверие иначе, но… — губы ее изогнулись в невольной улыбке, — знаю, что прозвучит это жалобой капризной ультра феминистки.

×