Хитроумный советник, стр. 2

— Всенепременно, — советник слегка поклонился.

— Ладно, что у нас ещё?

— Цеховые старшины подали коллегиальное прошение, — приступил первый советник к очередному пункту доклада.

* * *

Вечером того же дня высокий и тощий как скелет всадник, по виду — лет так тридцати, облаченный в серый дорожный камзол и такого же цвета легкий плащ, странно гармонирующие с длинными соломенными волосами, покинул город Айко. Особого внимания его отъезд не привлек, да и с чего бы это? Ну, поехал куда-то благородный Алан Лавора, герцогский первый советник, так что ж в этом такого? Ему по должности положено всё знать и о всём Его Сиятельству докладывать, а как тут доложишь, коли сам не видал? Вот и мотается постоянно, бедолага, по всему герцогству, благо оно небольшое. А то, что без слуги поехал, и даже без меча — так видать недалече собрался, вот и весь сказ.

Нет, никто не провожал взглядом сэра Алана, а если и провожал — то неявно. И то, верно, как говорит начальник городской стражи, почтенный Васса: "Неча пялится на бла-ародных, у них свои дела, а мы по серенькому. Али ты шпиён, что так вылупилси?"

Подкованные копыта гнедого коня Алана Лаворы негромко цокали по мощеной булыжником мостовой, вечернее солнце мягко ласкало лицо советника, который ехал неторопливым шагом с самым что ни на есть умиротворённым видом. На окраине города он остановился у харчевни с гордым названием "Имперский волк", которая находилась на этом самом месте еще в седые времена империи, спешился, вдохнул аромат окружающих город садов (стен у Айко не было и в помине), отдал поводья мальчишке-конюху и вошел в полутемное помещение обеденного зала.

— Ба-а! — басовито протянул из-за стойки хозяин заведения, могучий, кряжистый и пузатый, как и положено всякому порядочному трактирщику, почтенный Иган, — Благородный Лавора! Как давно я Вас не видел в своём скромном заведении.

— Врёшь, борода, — беззлобно хмыкнул советник присаживаясь за стол в центре зала, — всего месяц как не видались. Э, да ты, я вижу, побрился?

Трактирщик скорбно провел ладонью по лицу, которое совсем недавно украшала густая, чёрная как смоль борода и задумчиво поскреб затылок, укрытый буйными кудрями того же цвета.

— Да вот, пек я как-то пирог, да по оказии и побрился в очаге. Не ходить же мне палёному?

— И то верно. Ладно, дай-ка мне перекусить слегка, да собери снеди в дорогу, а то я после этого доклада есть хочу как призрак голода.

— И не страшно Вам всяческую нечисть к ночи поминать, сэр Алан? — игриво спросила пышнотелая служанка, ставя на стол кувшин холодного эля.

— А нам, благородным, ничего не страшно, — хмыкнул тот, — А если страсть какая вылезет, так на то благородному и меч, чтоб самому оборонится, и простого человека защитить.

— То-то вы без меча едете, — служанка ловко уклонилась от попытки обнять её за талию и показала Лаворе язычок.

— Так и путь недалёкий, — сэр Алан предпринял вторую, и столь же бесплодную, попытку сграбастать служанку, — Поедешь со мной, Ианка? Я мужчина холостой.

— Зато я замужем, — хохотнула та и удалилась покачивая внушительными прелестями.

— Эх, нет в жизни счастья, — ухмыльнулся советник, — Придётся напиться до полного изумления.

— У Игана в подвале столько эля нет, — донесся с кухни ехидный голос Ианки.

— Определенно, это — любовь, — хмыкнул Лавора. За соседними столами раздалось несколько сдавленных смешков.

— Так сколько в дорогу собирать? — поинтересовался Иган.

— Ну видишь же, что я один и без меча, — поморщился сэр Алан — Соответственно.

— Значит, на разок перекусить?

— Значит, — вздохнул советник и налил себе в кружку эля.

Дверь скрипнула отворяясь и в зал вошли двое. Благородные, судя по покрою одежды и наличию мечей на боку.

— Tauri tizen a vold dara, dorlan alete, — донёсся до Лаворы мягкий голос одного из них.

— Tauri a him, — рассмеялся второй. [1]

Первый советник лучезарно улыбнулся, встал и обернулся к вошедшим:

— Ulinikn ti aladel, aralana! — громко произнёс он. [2]

— Ба, благородный Лавора! — воскликнул один из вновьприбывших, невысокий мускулистый крепыш с короткими чёрными волосами и на редкость простецким лицом, — Посол, я глазам своим не верю! Сэр Алан, что вы тут делаете?

— Мои приветствия, советник, — бледно улыбнулся тот, кого крепыш назвал послом.

Внешность у посла была довольно-таки… никакая. Лицо среднее, нос средний, лоб средний, глаза бесцветные, волосы сероватые — в общем, в толпе его заметить было определенно невозможно.

— Странные вопросы Вы задаёте, благородный Каэно, — сэр Алан продемонстрировал крепышу свою кружку, — Что вообще можно делать в харчевне?

— Есть и пить! — провозгласил Каэно, потирая руки.

— Именно! — с воодушевлением ответил Лавора, — Не желаете составить мне компанию? Я только вошел.

— А, посол? Я бы сказал — со всем моим удовольствием!

— И моим тоже, rata`r Каэно, — бесстрастные глаза посла обратились к советнику, — Крайне удачная встреча, rata`r Алан. Мы тут с моим заместителем прогуливались и как раз вспоминали Вас.

— Истинно так! — произнёс Каэно усаживаясь за стол, — Что Вы пьёте? Эль? Какая гадость. Хозяин, игристого саагорского! И еды! И побольше!

— Каэно… — посол поморщился.

— Да что такого, барон? Я есть хочу! — рыцарь Каэно повернулся к сэру Алану, — Видали? Соэза меня осуждает за мои манеры. Но мы же не на приёме, разрази меня гром! Нахватались вы этих имперских замашек от королевы-матери… Простите, благородный Лавора.

— Полно, сэр Каэно. В империи мои предки были простолюдинами, так что тут я целиком на вашей стороне, хотя и барон Ини отчасти прав — манеры вещь великая… Но не в корчме же, лопни моя печень!

Каэно довольно засмеялся.

— Вот, Соэза! Все вы, дипломаты, такие. И вашим, и нашим, не то, что мы — простые вояки. Не обижайтесь, сэр Алан.

— Чему обижаться? — Лавора пожал плечами, — Я первый советник герцога Айко. Само собой, я обязан придерживаться этикета и быть дипломатом… Но, Боги мои, как это порой утомительно!

— Как я Вас понимаю! — огромная лапа Каэно опустилась советнику на плечо с такой силой, что тот едва не упал с лавки. Часть эля выплеснулась из кружки, которую Лавора всё ещё продолжал держать в руке, и попала ему на камзол.

— Ой, — тоненьким голоском сказал Каэно и каким-то детским движением прикрыл рот кончиками пальцев. Барон Соэза Ини посмотрел на своего заместителя с плохо скрываемым презрением.

— Ерунда, — спокойно сказал сэр Алан, — Не берите в голову, всё одно к вечеру одежда будет настолько пыльной, что это пятно не будет иметь ни малейшего значения.

— О! Да вы же в дорожном камзоле! Я, право, не обратил внимания. Куда-то едете? Ах, еда!

Ианка на пару с ещё одной служанкой ("Новенькая", машинально отметил сэр Алан) как раз принесли два здоровенных подноса со съестным и вином и начали выставлять всё это великолепие на стол.

— Государственные дела? — спросил посол.

— Вот ещё! — фыркнул сэр Алан, — Имею же я право и на отдых. Вы же знаете, что сегодня у меня был ежемесячный доклад герцогу…

— Помилуйте, откуда бы? — попытался изобразить удивление посол, но из-за вечно индифферентного выражения лица получилось у него это плохо.

— Ай, посол, бросьте валять дурака, — сморщился Каэно и потянулся к бараньему боку, — Конечно же знаем.

— Каэно! — Ини повысил голос, что делал крайне редко.

— Вы пытаетесь обмануть плута, благородный Соэза. Сэр Алан знает, что мы знаем, а мы знаем, что посол Айко в нашем расчудесном Саагоре тоже не просто так сидит. Мы же взрослые люди, — Каэно удивленно огляделся по сторонам и впился зубами в мясо.

— Прекрасно сказано, благородный Каэно! — сэр Алан расхохотался, чуть откинувшись назад, — За это надо выпить!

— Определенно, — промычал Каэно, — Да выплесните вы эту пакость! Давайте-ка игристого, а?

×