Чародей как еретик, стр. 1

Ознакомительная версия. Доступно 12 стр.

Кристофер Сташефф

«Чародей как еретик»

Глава первая

— Раз… два… три!

Четыре маленьких кулачка опустились в круг — и перевоплотились. Один превратился в камень, один — в ножницы, а еще два — в листы бумаги.

— Я выиграла! — воскликнула Корделия. — Ножницы режут бумагу!

— Нет, я выиграл! — поправил сестру Джеффри.

— Камень тупит ножницы!

— Тогда мы двое выиграли, — заметил Магнус.

— Бумага-то камень заворачивает.

— Значит, все-таки я выиграла, — не унималась Корделия, — потому что мои ножницы разрежут бумагу вокруг камня!

— Мы все выиграли, — просиял маленький Грегори. — Вот здорово!

— Нет, не здорово! — выпятил подбородок Джеффри. — Если все выигрывают, то никто не выигрывает!

— Такое могло прийти в голову только тебе! — фыркнула Корделия.

— Начни с того, что только девчонке могло прийти в голову сыграть в такую идиотскую игру! — огрызнулся Джеффри. — Где это слыхано, играть в «Ножницы, бумага и камень» больше, чем вдвоем?

«Новизна сама по себе не должна отпугивать от новых идей, Джеффри, — эти слова прозвучали у детей не в ушах, но прямо в голове, а исходили они от огромного черного коня неподалеку, внимательно наблюдавшего за ними. — Хотя на практике соревнование действительно не вполне удалось».

— Да ежу понятно, что ничего бы не вышло, Фесс!

— Не больно-то ты и старался! — Корделия буквально пронзила Джеффри взглядом. — Сквозь камень твой кулак видно!

— И не видно! А вот я точно вижу твои два пальца, они и вовсе на ножницы не похожи!

— Врешь! — взвизгнула Корделия.

«Дети, дети! — урезонивал их Фесс. — Пожалуйста, воздержитесь от чрезмерного употребления гипербол».

— Ничего не получится, Фесс, — вздохнул Магнус. — Они не остановятся, хотя знают, что Грегори наводит иллюзии лучше нас всех.

— И ничего я такого не знаю! — Джеффри покосился на Грегори, который испуганно попятился, вытаращив глаза.

— Вот это верно — ничего-то ты не знаешь, — согласилась с ним Корделия.

— Вы уйметесь?! — прикрикнул Магнус. — Или у вас так руки чешутся, что не можете удержаться без ссоры?

Корделия сердито покосилась на старшего брата, но смолкла. Джеффри только пожал плечами:

— А почему бы и нет? Или ты предпочитаешь драку, братец?

Магнус одарил его ленивой усмешкой.

— Предпочитаю. Если, конечно, у тебя хватит дурости подраться. Будем бороться или побоксируем?

— Нет! — крикнула Корделия. — Вы же знаете, что мама говорит о драчунах!

— Да мы понарошку, — Джеффри расстегнул камзол. — Поборемся… жарко сегодня.

«Пусть поборются, Корделия, — посоветовал Фесс. — Это даст выход избытку энергии. Кроме того, мальчикам полагается драться… в определенных пределах».

Магнус, улыбаясь, стянул свой камзол.

— Предупреждаю, братец, я выше и тяжелее тебя.

— А я ловчее! — огрызнулся Джеффри.

— Прекратите! — взмолилась Корделия. — Даже папа сказал бы… — девочка обескуражено замолкла, глядя, как братья, пригнувшись, медленно закружили, подкрадываясь друг к другу.

— Ах! Грегори, неужели ты ничего не можешь придумать, чтобы остановить их?.. Грегори! Куда ты подевался!

Магнус поднял глаза, и всплеск беспокойства заставил его на миг позабыть о поединке.

Джеффри увидел в обороне щель, нырнул, поймал Магнуса за колени и с победным кличем рванул на себя.

Тот грохнулся на спину.

«Джеффри! — огорчился Фесс. — Нечестно!»

Магнус вскочил на ноги с кровожадным воплем:

— Это нечестно! Нападать, когда меня отвлекла забота о твоем брате?

— Верно, ты отвлекся, — с готовностью согласился Джеффри. — А на войне всегда нечестно. Даже папа так говорит.

Магнус покраснел, и драка едва не превратилась во всамделишную, но в этот момент рядом с хлопком появился Грегори.

— Чужие!

Братья тут же забыли о ссоре.

— Чужие? Где?

— Вон там, на лужайке, — ткнул пальцем Грегори. — Мне показалось, что я услышал случайную мысль, и я слетал посмотреть — там такой большой дом, и люди в коричневых плащах пашут вокруг землю!

— Но та лужайка была пустой ещё в прошлое воскресенье! — воскликнул Джеффри. — Мы там пикник устраивали!

«Это было в позапрошлое воскресенье», — поправил Фесс.

— А сейчас там дом, — упрямо возразил Грегори.

— Два десятка человек смогут поставить глинобитный дом за день-два, — нахмурился Магнус. — А что за коричневые плащи, братец? Крестьяне носят холщовые штаны и рубахи!

— Откуда я знаю, — невинно закатил глаза Грегори. — Мне только семь.

— Тоже верно, — Магнус подхватил камзол и торопливо натянул его. — Пойдем посмотрим — только тихо!

«Нельзя, дети! Это может быть опасно!» — спохватился Фесс.

Но Магнус уже несся по воздуху прочь, стрелой проскальзывая меж деревьев. Джеффри ухнул и полетел следом, на ходу натягивая камзол.

«Только не подходите слишком близко», — безнадежно вздохнул Фесс.

Корделия схватила свою метлу, стоявшую рядом с деревом.

— Отлично, малыш! Ты сделал все, чтобы они не наставили друг другу синяков!

Грегори довольно улыбнулся и полетел за ней.

* * *

Дом был точно такой, каким его описал Грегори, — большой, крытый соломой, с глинобитными стенами. По крайней мере, с одной стеной. Остальные три пока еще недалеко ушли от голого плетня, и две пары работников усердно обмазывали их глиной. Изгородь окружала с четверть акра вокруг дома, и еще двое мужчин в коричневых рясах достраивали ее. Солнце поблескивало на потных выбритых макушках над откинутыми назад капюшонами ряс. Треть лужайки уже лишилась буйной зелени травы: две команды монахов усердно распахивали целину, каждый плуг тащили двое, а третий шел следом, направляя. За плугами тянулись темно-коричневые полосы свежевспаханной земли.

— А с чьего это позволения они забирают всю лужайку себе? — вспылил Джеффри.

— Так ведь никто и не запрещал им, братец, — пожал плечами Грегори.

Джеффри решительно направился вперед, засучивая рукава.

— Не смей! — Магнус ухватил его за шиворот, легко увернувшись от удара. — Это не твоя лужайка, чтобы ты разрешал или запрещал этим людям воспользоваться ею, — она принадлежит Королю!

— Но мы здесь всю жизнь играли!

— Мы играем во всем лесу, на каждой поляне и опушке, — напомнил Магнус. — И, конечно, можем уступить одно такое местечко святым отцам.

— Отцам? — Джеффри перестал вырываться и недоуменно уставился на брата. Затем широко раскрыл глаза.

— Ну да! Коричневые рясы, капюшоны — какой же я дурак, что не заметил этого раньше?

— Дурак и есть, — утешила его Корделия. — Это монахи.

Джеффри озадаченно посмотрел на поляну.

— А что они тогда здесь делают? Монахи живут в монастыре, далеко к югу… Тихо! Кто-то идет…

— А кто идет? — Магнус посмотрел через голову Джеффри на лужайку.

— Еще одни чужаки! — воскликнула Корделия.

— Они нехорошие, — помрачнел Грегори. Новые незнакомцы действительно казались не очень хорошими. Одежда у них была перепачканная, бороды нестриженные, а волосы — всклокоченные. Они появились из леса с нескольких сторон, крадучись подбираясь к монахам. Каждый нес щит и длинную дубину, а у одного или двух были еще и мечи.

Один из долгополых заметил врага и что-то тревожно прокричал. Его товарищи испуганно вскинули головы и мигом похватали из высокой травы стальные шлемы и дубинки. К ним через лужайку уже неслись, на ходу напяливая доспехи, пахари от второго плуга. Те, что ставили изгородь, и те, что строили дом, тоже побросали свои инструменты, вооружились шлемами и дубинами и бегом бросились на выручку к пахарям.

Джеффри помрачнел.

— Что ж это за монахи такие, с оружием?

— Ага, так значит, святым отцам нечестно защищаться от разбойников? — подковырнула брата Корделия.

Джеффри, сердито вспыхнув, обернулся к ней, но Магнус зажал ему рот, прошипев;

×