Хок и Фишер, стр. 37

Он вытащил из-за голенища сапога кинжал и быстро вонзил его себе в сердце. Потом рухнул на колени, посмотрел на Хока, упал на пол и затих. Хок осторожно подошел к нему и перевернул тело. Никакой реакции. Хок попытался прощупать пульс. Адам Сталкер был мертв.

— Кончено, — прошептал Доримант.

— Да, — подтвердил Хок, устало поднимаясь на ноги. — Думаю, теперь все.

Он взглянул на Фишер.

— С тобой все в порядке, девочка?

— Жить буду, — лаконично ответила Изабель, ощупывая раненую ногу.

— Он был одним из лучших, — сказал Доримант, печально глядя на тело Сталкера. — Я никогда не любил его, но всегда им восхищался. Он величайший герой Королевства. И ведь он действительно совершил те подвиги, о которых сложили легенды.

— Да, я согласен, — решил Хок. — И поэтому мы скажем, что всех убил Хайтауэр. Оборотней воспринимают однозначно. Легенда о Сталкере нужна Хейвену больше, чем правда о нем.

— Вы, наверное, правы, — согласился Доримант. — Прошлое человека уходит вместе с ним.

Дом внезапно закачался, словно оседая. Напряжение в воздухе исчезло.

— Запирающее заклятие, — сказала Фишер. — Его действие кончилось. Пойдем из этого чертова дома.

Они посмотрели на Гонта, мирно спящего в кресле.

— Вы идите, — отозвался Доримант, — а я подожду, пока он проснется. Кто-то должен же рассказать ему нашу версию. И еще… Я обещал Визаж, что присмотрю за ней. Я не хочу оставлять ее здесь одну среди чужих.

— Хорошо, — согласился Хок. — Мы ненадолго. Что вы теперь будете делать, Доримант, ведь Блекстоун мертв?

— Подумаю, — ответил Доримант. — По крайней мере, на званые обеды ходить не буду долго.

Все невесело засмеялись. Стражи вышли. Они прошли через холл к закрытой входной двери. Хок минуту колебался, потом пинком распахнул ее. Свежий ветер подул им в лицо, прогоняя ночную духоту. Солнце уже встало, и на небе собирались долгожданные тучи, в воздухе пахло дождем. Хок и Фишер некоторое время стояли на пороге, наслаждаясь утренней прохладой.

— Во всем виновата жара, — произнесла Фишер. — Она будит в людях самое худшее.

— Да, — кивнул Хок. — Но только тогда, когда есть что будить. Пойдем, девочка, пора…

Они захлопнули за собой дверь, вышли в сад и направились вниз по холму к центру города. Даже при ярком утреннем свете Хейвен — мрачный город.

×