Сильная слабая женщина, стр. 1

Миранда Ли

Сильная слабая женщина

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Переплыв двадцать раз бассейн туда и обратно, Лия вылезла из воды. Невольно покосилась на свое левое бедро, где тянулись длинные грубые шрамы, и грустно вздохнула: скорее всего, они уже никогда не исчезнут! Впрочем, стыдно беспокоиться о таких пустяках, как обезображенная нога, ведь в той произошедшей два года назад автомобильной аварии погибла ее мать!

По сравнению с этой трагедией все остальное ничтожно, даже уход мужа, бросившего ее через несколько месяцев после несчастного случая. Ей никогда не забыть выражение лица Карла, когда тот впервые увидел ее травмированную ногу!

Вначале он долго придумывал различные предлоги, чтобы не заниматься с нею сексом, пока, наконец, не объявил, что хочет развестись из-за того, что она, видите ли, сильно изменилась: стала замкнутой, мрачной и полностью утратила чувство юмора.

Лии ничего не оставалось, как согласиться с доводами и выводами Карла. Не объяснять же близкому человеку очевидное: она только что потеряла мать и сама пролежала больше месяца в больнице, какое тут веселье? Тем более что истинная причина подобного решения крылась, разумеется, совершенно в ином: его просто-напросто испугало ее увечье.

Хромота, слава богу, почти полностью прошла, но шрамы, на ногах и на сердце, останутся навсегда. И как теперь, спрашивается, жить дальше, если ей в глаза заявили, что она больше физически непривлекательна? А ведь раньше Лия считала как само собой разумеющееся, что она красива, ибо как две капли воды напоминала мать: натуральную блондинку с большими зелеными глазами, белоснежной кожей и хорошей фигурой. Столь же очевидным считалось и ее привилегированное положение в обществе. Единственный ребенок одного из самых успешных биржевых маклеров Сиднея, разве могла она в чем-нибудь нуждаться?

Лия росла испорченной, избалованной маленькой принцессой, уверенной в том, что весь мир вращается вокруг нее. Вопрос о деньгах никогда не стоял перед ней. В ее распоряжении имелась кредитная карточка, обеспеченная постоянным и вполне приличным ежемесячным доходом. Немудрено, что ходить на работу и сидеть с девяти до пяти она считала лишним и ненужным. Когда люди спрашивали ее, чем она занимается, Лия отвечала, что она начинающая писательница. Однажды в школе преподаватель по английскому языку сделал ей комплимент, прочитав всему классу ее сочинение. А после окончания школы Лия даже посещала литературные курсы и, купив себе компьютер, написала свой первый роман в форме дневника. Особого успеха он не имел, но тираж более или менее разошелся, и издатель даже предложил попробовать написать второй. Но руки до него так и не дошли.

Позже девушка решила, что первый блин, конечно же, вышел комом. Да и как могло быть иначе, если жизнь ее была бессмысленной и мелкой, лишенной какого-либо смысла, каждый день заполнялся посещением магазинов, благотворительными обедами и праздными часами, потраченными в салонах красоты, в которых она готовилась к званым вечерам. И так неделя за неделей.

А потом она влюбилась в Карла… Ей было двадцать три, а ему – тридцать. Он был красив и очень богат, короче говоря – наследник алмазного короля.

Но через полгода их совместной жизни произошел тот самый несчастный случай, и они расстались. Вряд ли Карл успел бы ее разлюбить за столь короткий срок, значит, никаких особых чувств он и раньше не испытывал. Видно, выбрал, как товар в магазине, чтобы было не стыдно в дом привести. Так, красивая безделушка, удачный трофей, которым можно похвастаться среди друзей и коллег по работе!

– Миссис Би велела передать тебе, что завтрак будет готов через десять минут, – раздавшийся за спиной голос вывел девушку из задумчивости.

Она оглянулась.

На балкон вышел ее отец, одетый в свой любимый шелковый халат. Крепкий, загорелый, он выглядел значительно моложе своих шестидесяти двух лет. Даже легкая полнота и крашеные каштановые волосы не портили его внешний вид.

– Ты прекрасно знаешь, почему я приезжаю домой каждые выходные, – отозвалась девушка.

– Я обожаю кухню миссис Би.

Конечно, это было ложью. Ей просто хотелось провести время со своим отцом, почувствовать себя нужной и любимой. Но признайся она в этом, и Джоаким Блум постарался бы прибрать ее к рукам. А ей не хотелось терять независимость.

– Чушь! – парировал ее отец.

– Ты тощая как жердь. И ешь ты, как курица клюет. Но, так или иначе, я рад, что ты приехала, у меня к тебе важное дело, которое мы обсудим с тобой за завтра ком. Так что поторопись.

– Надеюсь, хоть приятное? – пробурчала Лия ему в спину.

– Или не очень? У меня сегодня настроение не ахти, поэтому лучше мне ничего плохого не говори.

– Это как посмотреть, – закатив глаза, буркнул он и ушел в столовую.

Перекинув полотенце через плечо, Лия поднялась в свою спальню, одну из шести в большом двухэтажном особняке в восточном предместье Сиднея, который, вероятно, стоил несколько миллионов.

Через несколько месяцев после смерти матери отец предложил продать дом, но Лии тогда удалось отговорить его, ведь здесь все хранило память матери.

Пока девушка стояла в душе, ей в голову пришла неприятная мысль: а что, если отец надумал все-таки продать дом.

Я не позволю ему это сделать, решила она, выходя из душа. Буду биться с ним насмерть!

Несколько минут спустя она сбежала вниз, одетая в синие джинсовые бриджи и розовую футболку; ее длинные влажные волосы были завязаны в конский хвост.

Когда Лия вошла в столовую, сердце Джоакима дрогнуло – дочь была удивительно похожа на Изабелл в молодости.

– Если ты думаешь, что сможешь продать дом, папа, – со злостью бросила Лия, усевшись за стол, – то глубоко ошибаешься. Я категорически против. Ничего другого мне не надо. Да, я пре красно знаю, что ты хочешь купить себе какую-нибудь квартиру, чтобы меньше возиться с уборкой, но потерпи, пожалуйста, еще немного. Я не могу пока выехать отсюда, ведь все мое детство прошло здесь.

Джоаким вздохнул. Да, характер у дочери совершенно не похож на материнский! Упрямая и независимая. Впрочем, когда тебя в трудной ситуации бросает муж, тут неизбежно станешь толстокожей.

– Нет, Лия, – заверил он ее с улыбкой. – Дом продавать я не собираюсь. Хотя мне действительно было бы лучше куда-нибудь переехать. Но я прекрасно знаю, как ты любишь его.

Лия почувствовала облегчение. Тогда о чем же отец собирался говорить с нею?

– Признаться, ты меня заинтриговал, – воскликнула она, вынув хлебец из серебряного тостера.

– Ты ведь не собираешься поднимать шум по поводу моей работы, не так ли? Разве ты не гордишься, что я стала самостоятельной?

Когда Лия год назад сообщила, что собирается искать работу, ее ошеломленный отец спросил, чем же, спрашивается, она думает заниматься.

«В наши дни даже официанткам нужны определенные навыки», – сказал он ей тогда.

Лия поняла его скептицизм лишь после того, как разослала свое резюме. Помимо общительности и смазливой внешности, особо похвастаться ей было нечем, разве что средним образованием, которое явно не делало чести принцессе из высшего общества, да весьма поверхностным знанием компьютера. С таким багажом ей интересная должность не светила!

Вот и вышло в результате, что единственная работа, которую она сумела отыскать после бесконечных собеседований, секретарь-регистратор. Причем в не самом роскошном предприятии города, производившем косметические товары. Завод и его главный офис располагались в Эрмингтоне, индустриальном пригороде Сиднея.

– Разумеется, горжусь, – кивнул ее отец, – очень горжусь! Причем без всякой иронии. Все лучше, чем дома шататься.

Вошедшая в комнату миссис Би с подносом, на котором стояли тарелки с яичницей-болтуньей с жареными помидорами и беконом, прервала их беседу.

– Все это выглядит просто восхитительно, миссис Би! – улыбнулась Лия домохозяйке свое го отца, когда та поставила перед нею поднос, а про себя подумала: какое счастье, что она ест зав траки миссис Би только раз в неделю, иначе непременно стала бы огромной и толстой как корова.

×