Наследница Горячих Ключей, стр. 2

Хлоя допила мягкое темное пиво и вытерлась грубым полотенцем. Кожу пощипывало, в теле не утихало волнение. Она закрыла глаза и вознесла молитву, чтобы, когда она откроет дверь, там не было этого развязного ковбоя, вообразившего, что он – мечта любой женщины.

Но он и не думал уходить. Стоя на коленях, Зеб раздувал в сторонке костер. Выгоревшие волосы закрывали лоб. Она отметила широкие плечи под синей рубахой и узкие бедра, обтянутые джинсами. У него потрясающее тело, и никакая одежда не сможет это скрыть…

Но тут Хлоя напомнила себе, что это потрясающее тело покушается на ее собственность, и решительно направилась к нему через поляну.

Он поднял глаза. Не спеша, оглядел ее всю: ноги, бедра, груди – и, наконец, встретился с ней взглядом.

– Если вы не против… – начала она, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

– Нисколько, – бросил он и жестом указал на плоский камень.

После горячей ванны и бутылки пива она еле держалась на ногах, но продолжала стоять и смотреть на него сверху вниз.

– Если вы не против, – повторила она, – я бы хотела знать, что вы тут делаете. Не считая купания в ванне, разумеется.

– Сейчас я готовлю обед, – просто ответил он и установил на костре почерневшую сковороду.

Соглашаться не стоило, но с утра у нее не было во рту ни крошки. Со вздохом она сдалась и села на камень напротив нахального ковбоя, который занял ее ванну и даже не извинился за вторжение.

– У вас есть дом? – спросила она, глядя, как он швыряет куски рыбы на раскаленную сковородку.

– Да, есть.

– А жена? – спросила она. С чего бы это? Какое ей дело, есть у него жена или нет?

– Жены нет, – сказал он, покосившись на нее. – Ты задаешь кучу вопросов.

– Разве вы не задали бы кучу вопросов, обнаружив незнакомого человека в своей ванне?

– Смотря кого. Увидев тебя, я бы первым делом спросил, надолго ли ты пожаловала, – заметил он.

Она оглядела ветхие строения, освещенные заходящим солнцем, и вздохнула.

– Не знаю.

– Разочарована? Не удивительно. Старый курорт развалился. Но Горацио не виноват. Он сделал все что мог.

– Вы знали его?

– Мы были соседями. Он ведь упоминал о нас – братья Боуи?

– Дикари, которые будоражат всю округу?

– Ага, – с задиристой ухмылкой ответил он. – Значит, ты о нас слышала?

– Нет, – сказала она. – Просто угадала.

Его улыбка погасла. Он наложил на жестяную тарелку гору поджаристой рыбы и подал ей.

– Теперь моя очередь строить догадки, – растягивая слова, сказал он. – Ты живешь в городе. Тебе все здесь кажется примитивным. Ты разочарована. И думаешь: что мне с этим делать? Я вот к чему веду: я тебя избавлю от этого курорта. Назови разумную цену.

Она уронила вилку.

– Что?

– Ты думала, что здесь оживленный курорт, веселый, заманчивый. Но тут, как видишь, пусто.

Она огляделась. В одном он прав: она действительно разочарована.

– Не принимай поспешных решений, – сказал он. – Утро вечера мудренее. Поспи тут. – Он помедлил. – Кстати, где ты собираешься спать?

Он прислонился к стволу дерева и снова начал ее разглядывать. С такой гладкой кожей и красивым личиком она вряд ли спит на земле. Похоже, она привыкла спать на большой, мягкой двуспальной кровати, с горой подушек, одетая в такую коротенькую шелковую штучку с глубоким вырезом, из-под которой видны и длинные ноги, и ложбинка между полными грудями.

Его взгляд упал на облегающие джинсы, на обтягивающую грудь трикотажную рубашку, и у него перехватило дыхание. Собственные джинсы стали ему тесны. Наверное, он поторопился со своим предложением о покупке курорта, но у него почти не оставалось времени.

– Я не знаю, где буду спать. Может, в одной из хижин? – И она оглядела ветхие строения.

Он покачал головой.

– Там все разграблено.

– Где же здесь спят люди? – удивилась она.

– В гамаках. Или на земле в спальных мешках.

У Хлои упало сердце.

– Значит, люди лечат подагру, ожирение и разбитые сердца тем, что спят на земле?

– А ты явилась сюда лечить разбитое сердце? – спросил он, сверля ее глазами.

– Я явилась сюда, чтобы заявить права на свою собственность, – отрезала Хлоя, надеясь, что в сгустившихся сумерках он не разглядит вспыхнувший на ее щеках румянец. Как он узнал про разбитое сердце? Он что, ясновидящий? Откуда ему известно о ее недавнем разводе?

Да нет, он самый обыкновенный ковбой. Судя по крепким мускулам, он целыми днями клеймит скот и заарканивает бычков. Зачем ему понадобился старый курорт на горячих ключах? Чтобы по вечерам спокойно париться в баньке? Она вспомнила, как он стоял в клубах пара, не скрывая свою мужскую стать, и задохнулась. Странное дело: красивый парень оказывается в ее ванне, поит ее домашним пивом, подносит чемодан, готовит обед, а потом предлагает купить ее имение. С чего бы это?

– Не нравится мне все это, – сказала она и обхватила руками колени.

– Но ты все съела. – Он уставился на ее тарелку.

– Нет, я имею в виду…

– Я знаю, что ты имеешь в виду. Ты думаешь, я слишком хорош, чтобы предлагать такое, – самодовольно скачал он, снова откинулся к стволу дерева и отправил в рот кусок рыбы. – Мы тут, на Западе, гостеприимные люди. Таков обычай.

Свет костра играл на его угловатом лице. Обычай, традиции, гостеприимство? Насколько ей известно, мужчины, кем бы они ни были, редко проявляют гостеприимство без особых на то причин.

– Что вы будете делать с курортом, если я вам его продам? – небрежно поинтересовалась она, склонив голову набок.

– А что ты собираешься с ним делать? – ответил он вопросом на вопрос.

– Не знаю, – солгала она. Не хватало еще, чтобы этот самоуверенный ковбой стал над ней насмехаться.

– И я не знаю. – Он всыпал горсть молотого кофе и чайник, где кипела вода, и Хлоя раскрыла рот от удивления.

– Что это?

– А как ты думаешь?

– Но так же нельзя варить кофе, – поморщилась она.

– А я варю.

– Кофе будет ужасным.

– Спорим?

Она выпрямила спину.

– Я никогда не спорю.

– Не пьешь, не споришь. Что же ты делаешь?

Хлоя не отвечала. Она пристально смотрела на огонь и, казалось, была за тридевять земель отсюда.

Зеб начал терять терпение. Что за женщина! Если бы не отчаянная нужда в деньгах, он бы сейчас же залил водой костер и ушел. Но ему до тошноты надоело ждать. Надоело пытаться осилить чемпионское стадо, не имея быка-чемпиона. Вот он и ловит каждый шанс. Иногда его ставки не окупаются. Но это дело у него выгорит. Обязательно.

Зеб поставил кружку на камень, встал и обошел вокруг костра. Поглядывая на Хлою, он решил, что сейчас самое время сказать «спокойной ночи» и уйти. Но не мог. Ее волосы, высохнув, превратились в роскошные локоны и в свете костра отливали красным золотом. Уткнув подбородок в колени, она мечтательно смотрела на огонь.

У него тоже есть мечта. И он не даст этой богатенькой городской девчонке встать на его пути. Погладить бы сейчас ее волосы, намотать на палец, выбившийся шелковый завиток. Встряхнуть за плечи. Заставить посмотреть ему в глаза и признать, что ей здесь делать нечего. Потом целовать эти пухлые красные губки, пока не утихнет вожделение, и – забыть о ней.

Зеб уже давно понял, что женщины не приспособлены к жизни на природе, поэтому, когда ему хотелось пообщаться не с коровами, а с женщинами, он отправлялся в город. Но сейчас в город ехать поздно, к тому же его ждет работа.

– Спокойной ночи.

Хлоя машинально подала ему руку, и он рывком поставил ее на ноги. Сумерки спустились на разоренное поместье, угловатое лицо ковбоя скрывала тень. Только шипенье последнего березового полена в костре нарушало тишину. Вдалеке прокричала сова, и Хлоя вздрогнула.

– Здесь… здесь есть звери? – неуверенно спросила она.

– Немного. Несколько рысей, койоты, горные львы… – Он взял ее под локоток. – Но ты же не боишься, правда?

– Нет, конечно… Я только поинтересовалась, чего ожидать. – Ее голос дрогнул, потому что его рука в этот момент продвинулась выше и накрыла ей плечи.

×