Дэниел Мартин

Добавлено 2015-04-11
Книга заблокирована
Купить книгу
«Дэниел Мартин», Книга, которую сам Фаулз называл «примером непривычной, выходящей за рамки понимания обывателя философии» и одновременно «попыткой постичь, каково это – быть англичанином». Перед вами – британский «сад расходящихся тропок».Фаулз – величайший прозаик нашего времени У него удивительное чувство слова, мастерское владение литературным языком и поразительный дар создавать поистине волшебные строки.«Дэниел Мартин» – настоящий tour de force, взрыв энергетического воображения и страстной искренности, книга, даже случайные недостатки которой, без сомнения, куда более привлекательны, чем скромные удачи многих других писателей.«The Times»Калейдоскоп ярчайших персонажей и завораживающе-драматичных сюжетных поворотов… Равно хороши и сцены девонширского детства героя, и романтическая «идиллия» отношений с девушкой-соседкой, и изящно-ироничные картины гедонистического Голливуда, и изумительные «путевые заметки»… «Дэниел Мартин» – роман старомодный в лучшем смысле этого слова: читатель может войти в книгу и погрузиться в нее полностью.«New York Times»Несомненный шедевр… Образец сдержанного аристократизма.«Daily Telegraph»

Цитаты 10

— Может, у тебя сохранилось странное убеждение, что газеты покупают, чтобы информацию получить? — А что, только чтобы развлечься? — Даже и не для этого. Чтобы освободиться. От скучной необходимости самостоятельно мыслить.
Он так и не понял, что способность совершать ошибки не делает человека уродом.
Иногда понятия «иметь всё» и «не иметь ничего» гораздо ближе друг к другу, чем могут вообразить те, кому не очень повезло.
Прозрачность — прекрасная вещь. Пока не начинаешь понимать, что она основана не столько на внутренней честности, сколько на отсутствии воображения.
У меня такое ощущение, что общество наше ослепло. Что все заняты только собой. Только это я и вижу вокруг. А люди — те, кто только и способен хоть что-то сделать, разумно изменить жизнь, — пальцем о палец не желают ударить. Ни от чего не желают отказаться. Ничем не хотят поступиться. Это уже где-то вне политики. Какая-то всеобщая слепота. Поэтому и бросаешься к тем, кто хоть как-то хоть что-то видит. К маоистам, к коммунистам, к кому угодно.
Стремление к совершенству на поверку оказывается лишь боязнью провала.
А что, по-твоему, больший грех — изменить человеку или изменить человека?
И воцарилась тишина: так мало мы могли сказать друг другу, и так много надо было сказать.
У истории нет целей. История — это поступки людей, преследующих свои цели.
Всегда можно распознать плохой сценарий по тому, что сюжет строится на упущенных возможностях.

Комментарии

    Нет результатов.
×